Евгений Черносвитов – Руководство по социальной медицине и психологии. Часть четвёртая. Частная социальная медицина и психология (страница 6)
Если называть вещи своими именами, то «холодная» война была вполне реальной современной войной, с применением не только характерных для этой войны экономических, политических, морально-психологических, средств спецслужб и информационных средств, но и новейших, пока еще не известных общественному субъекту, видов оружия, например, геофизического (метеорологического, климатического, озонового).
«Геофизическое оружие – совокупность различных средств преднамеренного воздействия на окружающую среду или физические процессы, протекающие в твердой, жидкой или газообразной оболочках Земли, для использования сил природы в военных целях. Предполагается, что с помощью геофизического оружия удастся изменить погоду или климат, создать наводнения, землетрясения, штормы, „окна“ в озоновом слое и др. Средствами воздействия на природу м.б. ядерного и обычного (при массированном применении) оружия, спец. хим. реагенты, мощные генераторы электромагнитного излучения и др. Разработка и применение подобного оружия подпадают под Конвенцию о запрещении военного и любого иного враждебного использования средств воздействия на природную среду. 1977 г.»3
Военный социальный врач, осмысливая «распад» СССР, должен уметь оценивать происшедшее как профессиональный военный. Для этого он должен досконально знать и современные методы психологической войны, также примененные для уничтожения СССР. Несколько слов об этих методах.
Психологическому фактору современные военные стратеги развитых стран придают значение, гораздо большее, чем разработке новых видов ядерного, биологического или химического оружия. В вооруженных силах развитых стран существуют не только институты, где производится «психологическое оружие», но и лагеря, где готовятся спецподразделения для ведения психологической войны.
К техническим методам ведения психологической войны относятся все современные средства массовой информации и коммуникации. От обычного компьютера до обычного «мобильного» телефона, которые в определенных условиях могут «поразить» своего хозяина и всех, кто находится с ним в контакте. Не будем расшифровывать, каким образом. Хотя, в художественных фильмах Голливуда, под видом фантастики, часто показывают давно уже применяемые коммуникативные средства ведения психологической войны. Здесь же, к примеру, находится и уфология. Современные лазерные установки еще к середине восьмидесятых годов могли воспроизвести не только полет «тарелки инопланетян», но и всевозможные «контакты» с «пришельцами». «Летающая тарелка» и все, что с ней можно связать, так сильно действует на воображение человека, что в настоящее время почти в каждой развитой стране существуют секты уфологов, непосредственно или опосредованно управляемые представителями вооруженных сил спец. назначения своей или чужой страны.
Главные задачи психологического воздействия на противника (врага): 1) дезориентировать его, влияя на подсознательное человека, лишив, таким образом, возможности правильно оценивать поступающую информацию и адекватно на нее реагировать; 2) деморализовать противника (врага), разрушив его психологическую защиту, и таким образом или ввести его в состояние продолжительной (которая может действовать десятилетиями, вплоть до самой смерти) апатии или пассивной подчиняемости по внедренному в его психику условному сигналу («зомбирование»), 3) вызвать среди военных психические эпидемии, 4) превратить отдельные формирования в криминальные толпы.
Современные технические средства психологической войны способны «зомбировать» миллионы людей одно моментно, путем не диагностируемых даже профессионалами психических эпидемий. Один из авторов по «горячим следам» опубликовал в 1989 году в статье: «Мы устали преследовать цели»? («Наш современник». 1989 г. №10) основные направления и механизмы распада СССР, и назвал вещи своими именами, в том числе и то, что СССР будет уничтожен. Публикация вызвала сильнейшее сопротивление с самых неожиданных сторон, в том числе и со стороны ред. коллегии журнала, которая сама заказала эту статью. Статья была опубликована по просьбе А. Д. Сахарова и И. Р. Шафаревича. Некоторые ярые противники публикации статьи, ныне видные политические фигуры, теле-магнаты, олигархи.
К средствам психологической обработки («зомбирования») «противника», от одного-двух VIP, до целого народа (sic!) относятся и технологии PR. Печальный пример, и вновь из нашей недавней трагической истории. Президент благодарит лидера оппозиционной правительству партии, за принятие активного участия в переговорах с террористами на Дубровке. Подчеркивая, «особенно делает честь переговорщику, (которому удалось вывести с собой из захваченного здания, несколько человек), что он не воспользовался этой акцией в качестве PR. Тем самым, формируя классический PR для лидера-оппозиционера. Ведь, эту встречу показывали по центральному телевидению, да еще по «правительственному» каналу. Некоторые современные политические «вожди» и «старлетки» ведут со своим обществом с целью «вербовки» «лектората» настоящую психологическую войну, с применением всех доступных современных средств и технологий. Конечно же, прежде всего, СМИ. Даже обыкновенная, невинная реклама пива может в руках профессионала стать мощным психологическим оружием. Не многие догадались, что такие безобидные рефрены, как «кто пойдет за клинским?», «город ждет», или «а я люблю по-русски», являются ключевыми словами продуманных суггестивных программ, или PR
Данная глава не может быть полной без рассмотрения еще одного аспекта раскрываемой темы с точки зрения интересов и необходимых знаний практикующего военного социального врача. Поэтому, мы возвращаемся к концепции так называемых «малых армий», связав эту, отвергнутую с недавних пор всеми современными государствами теорию, с другой, наоборот признанной всеми современными государствами, теорией «маневренной обороны». То, что любые маневры есть большие маневры, поется даже в оперетте.
«Малая армия – большая победа», – любил повторять Ганнибал. Концепция «малых войн» почему-то считается, возникла после 1-ой мировой войны. Великая Отечественная война показала не научность этой концепции. Тем не менее, Правел Сергеевич Грачев, профессионально грамотный и боевой командир, Герой Советского Союза, знал, что говорил, когда предложил остановить войну в Чечне двумя парашютно-десантными дивизиями. До падения берлинской стены и вывода советских войск из восточного Берлина, европейские страны испытывали постоянную напряженность, ибо знали, за сколько часов советские танки, расположенные в городах Восточной Германии, смогут покрыть собой все Европейские страны, входившие в НАТО. Тогда верили в малые армии, которые могли бы принести СССР большую победу. Трагический опыт «венгерского» и «чехословацкого» мятежей убедил потенциальных врагов СССР, в правоте слов древнего и мудрого полководца. Кстати, Ганнибал не считал дилеммой – «малая армия» или «война, требующая массовой армии». В ходе Пунических войн участвовали с обеих сторон и «малые» и «большие» армии. Венцом полководческого искусства Ганнибала считается как раз победа «малой армией» в сражении при Каннах.
Царь Спарты Леонид вошел в историю, ибо с тремястами воинами несколько суток удерживал триста тысяч отлично вооруженных воинов персидского царя Ксеркса при Фермопилах. И не важно, что Фермопилы – узкий проход между скал.
«Горячие точки», возникшие на территории СССР после его разрушения – действия как раз «малых армий»: в Приднестровье и в Карабахе. В Риге и Вильнюсе. В Москве и разных регионах Кавказа, еще до чеченской войны.
Малые войны малыми армиями значительно разрядили напряженность и избавили Страну от большой Гражданской войны. Врагам нашего Государства было опасно развязывать полномасштабную войну на территории великой атомной державы. В ее пожарище исчезла бы не только Европа!
Маневренная оборона известная с древних времен и широко применялась во всех крупных войнах, в том числе в Гражданской войне в России и в Великой отечественной Войне. Задача тактики маневренной обороны – мобильностью и введением в бой различной военной техники, изменением направления нанесения удара и имитацией отходов и наступлений войска, дезориентировать и измотать противника. В настоящее время война России с оккупантами на территории Чечни носит с обеих сторон маневренную оборону. Конечно, армия, которая с нами воюет под видом чеченских «банд. формирований», кроме маневренной обороны использует все способы малых, диверсионных и партизанских войн. И, как показали события в Москве на Дубровке, имеет «подполье» во всех крупных городах России и, вероятно, поселках.
Есть логика войны «неизвестных интернациональных сил» против современной России, откровенная поддержка на деле этой войны, под различными предлогами: «защиты прав человека», миротворчества, «гуманного отношения» к преступнику и т.п., политическими и государственными лидерами стран, входящих в НАТО. (Хотя на словах они поддерживают нашу борьбу с оккупантами, провозглашают «всеобщий крестовый поход против международного терроризма»). И неудержимое движение НАТО к нашим границам. Все это приводит к единственному выводу: военная тактика и стратегия- «Drang nach Osten» 4– в самом разгаре.