Вернусь опять к Тане. В желании секса она неудержима и преград для нее нет. Изощрена и ловка. Коварна. Редкий мужик может, когда Таня в «охотке», ускользнуть от нее, если она на него глаз положила. Рано или поздно она своего добивалась. Так, она соблазнила даже местного, как его называли в селе, «пидора» Шавчука. Москвич, демобилизовался из СА в звании майора, построил дом на окраине у леса. Ни с км не общался. Периодически опускал ставни на окнах, когда гулял с «коллегами» из Москвы и Питера. Я положил Таню в ПБ15 к своему учителю психиатрии, профессору Валентину Федоровичу Матвееву. В отделение хронических психических больных. На что, Таня, кстати, легко согласилась – «лишь бы «поправиться!». Не пролежала и неделю, Валентин Федорович попросил забрать ее, ибо она соблазнила его ассистента, скромного и порядочного семьянина.
Жжение в мочеточнике я однажды лечил тоже по методу шамана Ульгучье. Вернее, я бы не осмелился это сделать, просто рассказал Тане, что нужно при ясной луне и хорошей росе сесть голой задницей на муравейник в лесу (конечно, хорошо закрыв естественные отверстия). И не думал, что Таня это сделает! Она сделала. Потом Коля неделю смазывал задницу Тане облепиховым маслом.
Таня тогда, когда все это с нами происходило, была худой. Юркая, волосы обесцвечены перекисью водорода. Все волосы. Рост 1 метр 55 см. О таких дамочек в Завидово говорят: «Ни титек, ни письки». И еще. Завидовские женщины были к Тане снисходительны и не ревновали своих мужей к ней: «А, че? Пусть! У ней же все вырезано!» И, важная черта характера Тани: из всех видов секса она предпочитала анальный. Вот ее слоган; «Женщина один раз попробует как следует в задницу и потом всегда будет этого хотеть сильнее всего другого!» Другой секс в понимании Тани – это групповой. Так, она брала две бутыли «Афанасия» и шла в баню париться к соседу, когда там парились мужики, его приятели.
На этом я пока закончу. В приложении потом порассуждаю о сексе в СССР в 70-х. Я категорические не согласен с байкой, что секса тогда не было. Был… Но, какой?
Катамнез: Сейчас, когда я это пишу, Таня и Коля живы. Таня продолжает лечиться у разных специалистов, в том числе и у врачей в Завидово. Пьет разные снадобья и таблетки. Коля вот уже 20 лет не пьет. Ходит с костылем, правое колено не разгибается. Боли постоянные, терпит, в позвоночнике. Не работает, и ничего по дому не делает. Толстый, рыхлый. Или спит, или смотрит ТВ. Таня сохранила в хозяйстве только цветы. У ней прекрасный сад. Таня по профессии агроном. У Коли – незаконченное среднее образование. Тогда Таня работала в библиотеке. Коля шабашил.
Черносвитова Зинаида Антоновна, Председатель Фонда Милосердия и Здоровья, Ветеран Труда ВОВ выступает на военном кладбище в Завидово в годовщину 50-тилетия. Рядом с ней в орденах Алексей Николаевич Юсупов.
Статья в газете о Фонде Милосердия и Здоровья и о маме, его председателе.
Медная табличка на калитке нашего дома.
Казус 7. Февраль 15. Сретенье
«Мало того, что нам надо туда, куда не надо,
так мы ещё никак не можем туда попасть»
Чудные мгновения
«Возьмите еще три бутылки и две в добавок будут бесплатно».
Я поставил на двигающуюся ленту перед кассой две бутылки «Пино нуар» молдавской фирмы Плай и пятилитровую бутыль воды «Русский лес». Продуктами меня обеспечивает дочь Катя и брат Слава, а, вот, вино и воду покупаю в «Пятерочке», что рядом с моим завидовским домом, если идти напрямую через овраг. Можно и по шоссе, но это в обход и далеко. «Пино нуар», красное, сухое, продают только в «Пятерочке». В «Магните», что совсем рядом с домом, его нет. «Пятерочке», где я сейчас стою перед кассой, первый магазин в поселке, который приватизировали. Тогда в Завидово приватизировали все, что еще могло как-то работать, в 1990 году. Молодые энергичные сельчане брались за дело с комсомольским энтузиазмом и у них получалось! Этот магазин приватизировал Цветков, имя не помню. Ребята – новые собственники, всячески и бескорыстно помогали Фонду Милосердия Черносвитовых. Если не деньгами, то «рабочей силой», транспортом, заготовляли дрова подопечным Фонда, осуществляли ремонт их домов и т. д. Цветков помогал ящиками водки, извиняясь, «чем богаты». Вообще фамилия «Цветковы» – очень близкая и моим родителям, и мне. Во время Великой Отечественной войны Цветковы-женщины работали с мамой на трудовом фронте, готовили посылки на фронт – рукавички, носки, шарфы, – все своими руками. Аня Цветкова, муж которой погиб в первые дни войны, была моей крестной. А ее бабушка, «баба Дуня» Цветкова – крестной моего младшего брата Славы. Анастасия Ананьевна Цветкова – мой классный руководитель и преподаватель литературы и русского языка в 6 класс 36 средней школы Хабаровска, была моей «первой любовью»…
«Не надо мне бесплатных бутылок, хватит и двух…» Я, конечно бы, не капризничал и взял семь бутылок моего любимого вина, но… Все дни мело и овраг был так завален снегом, что сугробы были высотой с частные дома, стоявшие по его краям. Из окон домов – овраг узкий, не шире тридцати метров. И, проходя мимо – я собирался идти в обход в магазин – я увидел в сугробах дорожку, шириной в фанерную лопату, которой она была прорыта! Надо же, какой-то добрый человек прорыл в сугробах метров двести! Я пошел осторожно – вдруг дорожка прервется? И так дошел до площадки перед шестиэтажным домом, весь первый этаж которого занимал магазин «Цветкова» – «Пятерочка».
– Возьмите! Вино кончается… – настаивала кассирша.
– Пока мне хватит, потом приду, надо будет… – Я доставал карты «Мир» и «Пятерочки», не смотря на заботливую кассиршу. За мной стояли два парня лет до 30-ти, Шерочка и Машерочка, уж точно! Одеты одинаково – в куртках с капюшонами, на голове вязанки, а под ними опять тужурки с капюшонами. Получалось так – капюшон на голову, вязаная шапочка, на нее опять капюшон. Все одинаково, только первые капюшоны разного цвета – у одного синий, у другого вишневый. Мой взгляд привлек не понятный мне предмет на шее сбоку у одного из них. Никак не мог разобрать, что это такое? Похож на огромный микрофон (в старых голливудских фильмах у певичек ресторанов; например, в фильмах с моими кумирами Фредом Астером и Джинджер Роджерс). Возможно, что это современный респиратор против ковида. Но, почему-то сбоку на шее. Еще мой взгляд привлекали три огромных парня с детскими лицами и ужимками. Ну, судя по их кривлянию у кассы и хихиканью, им не больше лет 10—12. А ладони, как у ломовых извозчиков. Двух первых парней я мысленно назвал охламонами, а, этих, с психа-физической диспропорцией – хунвейбинами. Автоматически назвал, не думая…
– Не будет…
– Что не будет – переспросил я и перевел глаза на кассиршу, с которой уже вел некий диалог. Я оцепенел. Обомлел. Растерялся!..
– Контракт с Плай закончился.
Так всегда, когда что-то выходит за пределы моего сознания и проникает в иную сферу – воображения, мне на помощь выскакивают разные слова не к месту, отрывки стихов, звуки музыки и… запахи. Сейчас это: «Красавица. Богиня. Ангел». «Я имени ее не знаю, и не хочу узнать. Земным названьем не желаю ее назвать». «Эльф среди Орков, гномов и гоблинов… Нет, Фея с Озера, которое не прощает нелюбви, Лох Ке туманных болот Ирландии». «…В твоих молитвах, Нимфа, да вспомнятся мои грехи!»… Короче, чертовщина какая-то! «Вот и растерялся!» – Уж совсем не к чему я услышал добрый и теплый голос друга нашей семьи, великого и любимого всеми, Николая Крючкова (кажется, это его герой подшучивает над героем Петра Алейникова в фильме «Трактористы»). Перед глазами замелькали огромные таежные цветы – красные, голубые и ярко желтые. А ноздри мои жадно втягивали запахи лилий, что росли когда-то под окнами моего кабинета в доме родителей, запахи приторные, тягучие и сладкие. Запахи женщины, которая в страсти! А в ушах «Lady Sings The Blues» Билли Холидей!
– Не Фея, не Сид, и не Ши… Скорее Дриада… – Вдруг рассмеялась Красавица, внедрившись в мое воображение и увидевшая, что там происходит!
– Да, конечно, Дриада. — Также громко ответил я, машинально сгребая бутылки в пакет пятерочки, и протягивая ей, нимфе или фее, карты «Мир», и «Пятерочка»… Чудесной красавице, совсем юной девчонке, в фирменной одежде продавца, в прозрачной косынке, из-под которой на лоб и на плечи спускались прекрасные тончайшие и густые – как… не найду сравнения! Вьющиеся светло-русые волосы. Шерочка с Машерочкой и хунвейбины окаменели с раскрытыми ртами, глазея на нас. Какая-то маленькая и толстая старая женщина с морщинистым пухлым лицом, невероятным образом повернула голову в нашу сторону, рискуя свернуть себе шею, проехала мимо нас с нагруженной с верхом тележкой прямо к выходу. И никто ее не останавливал!..
– Введите пин код… «Пятерочку» я отметила. — Прошептала Чудесная Дриада, прикладывая одной рукой с длинными нежными пальчиками мой «Мир» к терминалу, а другой рукой протягивая мне карту «Пятерочка». Я, не отводя от нее, вернее, уже от ее больших карих глаз, свои, голубые, машинально ввел пин код, а потом также машинально забрал из ее рук, свой «Мир». Магазин ожил, сбросив оцепенение и сразу о нас забыл. Шерочка с Машерочкой выложили на конвейер перед кассой бутылки пива, хунвейбины начали подталкивать друг друга плечами, и пытаться щелкнуть по носу. Толстая, маленькая, с пухлым дряблым лицом старуха, пятясь, тянула за собой тележку, набитую до верха пакетами, кульками, разнокалиберными упаковками с пищей, возвращаясь к кассе и становясь в очередь за хунвейбинами. Жизнь в «Пятерочке» быстро вошла в свое русло и запульсировала в обычном ритме. А я… Я уходил с двумя тяжелыми фирменными пакетами: в одном пять бутылок «Пино наур, красное, сухое». В другом еще две бутылки этого, моего любимого вина и бутыль с водой «Шишкин лес»…
