Евгений Черепанов – Студент. Рассказ-трансформация (страница 2)
Надо себе верить, не в себя, что конечно тоже важно, а хотя-бы, для начала, себе.
Позавтракал. «Овсяночка» каждый день меня радует. Я терпеть не мог её раньше. А теперь, – ем с удовольствием. Что изменилось? Есть я, есть овсянка. Всё. Можно составить уравнение. Нарисовать какой-то график зависимости. Как интересно… Вот есть время, а вот некий параметр «любовь к овсянке». Тогда ось X (ну которая горизонтальная) – это время, а ось Y (которая вторая и обычно идёт вверх) – это значение функции (ну или, простыми словами, – «любовь к овсянке»). И получилось что-то типа зигзага. Это не прямая линия, а какая-то синусоида, наверное. Я знаю, там должен быть какой-то коэффициент, который и позволяет увеличиваться или уменьшаться значению этой придуманной функции. Чем больше коэффициент, тем больше любовь. С возрастом коэффициент у меня растёт.
Странно, что это уравнение исключает меня. Ведь я и овсянка – это два параметра. А если думать, что моя любовь к овсянке – это моё отношение к ней, а значит, это и есть значение функции.
В математике отношение выступает в виде дроби. Тогда, надо меня разделить на овсянку и получится любовь. Интересно, а любовь всегда рассчитывается посредством деления? Например, одного человека на другого. Тогда если у одного любовь больше, а у другого меньше, то важно чтобы тот у кого больше был в числителе? Или чтобы они постоянно менялись?
Хм. странно. Если скорость выражается, например, в метрах в секунду. То моя любовь выражается в человеках, делённых на крупу (которую можно в граммах выразить или в штуках, ну в крупинках) в единицу времени. Так что-ли? Как-то странно. Ну ладно, я вроде уже говорил, что часть вещей увеличивается, а часть уменьшается. Это значит коэффициент там нужен. Ведь, если рассматривать всё математически, то есть линия времени, она горизонтальна. А всё остальное – вертикально идёт. Любые новые знания, каша, любовь, верность, дружба, громкость голоса, качество зрения – всё можно описать с помощью уравнения вида, где – это время, – коэффициент, – измеряемая величина. Величина в примере моей любви к каше – это их отношение, то есть дробь. А из математики помним, что на ноль делить нельзя! И действительно, мы не можем к чему-то относиться если этого нет! Тогда напрашивается простой вывод – всё зависит только от коэффициента. Значит и удача должна от него зависеть! И она должна быть, ведь иначе моё отношение будет делиться на ноль. А это противоречит законам математики. Ну конечно не совсем так, говорят, что если делить на ноль, то получится бесконечность. То есть если удача = 0, то моё отношение к ней – бесконечно. Отношение возможно, но я всё таки хочу не отношение найти, а саму удачу. Тогда мне осталось найти коэффициент удачи! И тогда уравнение будет решено.
Сколько же можно сидеть в 4 стенах! Нужно пойти проветриться, но главное не вставать резко, а то закружится голова.
Нет у меня нет проблем с давлением, но резкое изменение положения тела может быть опасным, тем более когда тебе уже 40 лет.
Хм… а 40 лет я прожил или 40 лет мне осталось прожить? Значит всего 80 или как? Если думать о том, что всё умирает как сигарета, то логично считать количество оставшихся дней, а не прошедших.
Только вот загадка, это количество никто не знает. Даже у смертельно больных людей, когда их приговаривают врачи, выявляя неизлечимую болезнь, нет точной информации об оставшихся днях.
То есть мы не можем подсчитать то, чего нет и то, что нам не известно. Но, подождите, чтобы найти неизвестное для этого ведь можно составить уравнение. А поможет ли оно? Ведь бывает так, что уравнение, как говорят математики: «не имеет корней».
Как тогда быть? Мне очень хочется посчитать удачу.
Да, пора освежиться. Серый плащ, красное кашне, вишнёвые туфли и ярко-синие обтягивающие джинсы. Оделся. Вышел. На улице закурил. Светит солнце. Поют птицы. Красота!
y = k*x
Глава 3. Запах осени
Взгляд голубых глаз скользил по глади неглубокой лужи из которой жадно пил дрозд. Захар был заинтригован поведением птицы. Она абсолютно не боялась его присутствия, даже наоборот – ему показалось, что дрозд гордо игнорирует присутствие человека.
Как это унизительно! – подумал Захар и развернулся, собираясь сменить направление. Всё равно в какую сторону идти, – гулять, так гулять!
Вздох отчаяния вырвался из груди, наполнив лёгкие свежим осенним ароматом.
Чем пахнет приближающаяся осень? Безусловно шуршащими под ногами подопрелыми листьями, ощущается запах сырости, плесени и какого-то спокойствия. Осень – это пора сбора урожая, заготовок на зиму и время, пробуждающее кусочки ностальгии в нашем сознании.
Осенняя обходительность природы завораживает – мир вокруг становится словно ломбард, – всё приобретает драгоценный золотой оттенок с серебряными паутинками, наспех сплетенными трудолюбивыми насекомыми. Он – созидатель и строитель своего пути. Паук и тот, расставляет свои сети, чтобы в них угодил кто-нибудь. Да, есть чему позавидовать и есть чему поучиться.
Прогулка продлилась чуть меньше часа, захотелось домой, от быстрой ходьбы устали ноги, а нужно ещё что-то сделать, только пока не понятно что. Захар собрался идти домой, завершая вечерний променад.
В Петербурге прогулками по крышам никого не удивишь, окончание лета в этом году сопровождалось удивительно тёплой и безоблачной погодой, что романтики со всего мира вновь и вновь стремились получить новые впечатления.
Захар поднял глаза на одну из крыш соседнего дома и замер.
Расставив руки по сторонам на крыше 4-х этажного дома стоял человек. «Это явно не экскурсия» – пронеслась мысль в голове Захара. Но зачем человек стоит на краю крыши? – вопросы сменяли один другой с такой скоростью, к которой Захар не был готов. Нельзя сказать, что он туго соображал, а впрочем и не без этого…
Надо что-то срочно сделать! – промелькнула новая мысль. Ты же ещё не посчитал удачу – укорил он сам себя, а в герои уже метишь.
Захар зашёл в парадную и поднялся на крышу. Осторожно ступая по скрипучей кровле он старался решить сразу две проблемы: понять – кто перед ним, и разузнать о причинах попытки суицида.
Подойдя ближе он заметил, что перед ним стояла девушка, младше его раза в два! «У неё ещё вся жизнь впереди» – рассуждал он. Захар боялся того, что девушка его заметит и испугавшись оступится и упадёт вниз. Тогда он будет виноват в её смерти! Он не сможет простить себя никогда! Что же делать? Нельзя всё так оставить как есть?
Захар остановился.
– А, собственно, почему я буду виноват? Я же её не толкаю, вот она захотела прыгнуть – пусть прыгает. Я тут причём? Я ведь даже её не знаю… Или знаю? – Захар всё больше вглядывался в силуэт незнакомки.
Нет, ну так нельзя. Надо помогать людям бескорыстно! Не важно знакомы мы или нет! Не важно – просят они о помощи они или нет! «Помоги, не убудет» – услышал Захар свой внутренний голос.
– Не прыгай! – мысленно произнёс Захар.
Захар медленно стал подходить ближе, чтобы помочь. Он решился на это!
Даже если его помощь будет отвергнута, даже если он не успеет прийти на помощь, но он должен попытаться! Человеческая жизнь дороже всего, к ней надо относиться бережно!
Захар, подойдя ближе, узнал Лизу. Она стояла, расставив руки, и смотрела перед собой. Что же произошло у неё, что она решила покончить с собой?
Захар должен это срочно выяснить!
Глава 4. Крыша
– Не прыгай! – произнёс громко Захар, стоя на расстоянии восьми метров от Лизы.
– Не подходи! – рефлекторно ответила она, роняя перчатку на асфальт. Лизу напугало присутствие постороннего на крыше.
Перчатка летела так долго, что у Захара всё замерло. Полёт перчатки отрезвил Лизу и её испуг быстро сменился агрессией.
– Что ты тут забыл? – резко произнесла она, но эти слова так и повисли в воздухе.
Захар был в шоке. Он только что услышал, как перчатка упала в лужу, видимо ту самую, из которой недавно пил дрозд. У Захара был идеальный слух, но вопрос Лизы им попросту не был воспринят.
Лиза спустилась с парапета и подошла к Захару, посмотрела в его глаза и повторила свой вопрос:
– Что… ты… тут… забыл? – делая паузу после каждого слова.
– Ты ещё молодая! Нельзя вот так! – занудно начал Захар читать наставления.
– В смысле? – улыбнулась Лиза.
Захар непонимающе посмотрел на неё, оценил взглядом и задумался. Девушка не похожа была на самоубийцу. Зачем она тогда стояла на самом краю крыши?
– Теперь нужно найти перчатку. Ты меня так напугал, подкравшись ко мне. Нельзя вот так! – как ни в чём не бывало начала разговор Лиза, последней фразой передразнивая Захара.
Захару стало совсем не по себе. Что тут вообще происходит. Я пришёл её спасти, а она отчитывает меня, как мальчика. Совсем с ума сошла? А может у неё шок, последствия. Тогда, наверное, понятно. Главное не провоцировать её на безумные поступки – рассуждал он.
– Извини – выдавил он из себя, – я тебя не хотел напугать.
– Проехали! – ответила Лиза.
– А почему ты хотела спрыгнуть? – быстро ответил Захар, будто защищаясь. Ведь не даром говорят – лучшая защита – это нападение.
– Дядь, ты с ума сошёл – возразила Лиза, крутя правым указательным пальцем у левого виска.
Странно-неудобный жест подумал Захар и повторил его со словами:
– Это я то сумасшедший? – опустив руку он признал, что так крутить действительно неудобно, но в этом жесте что-то есть. Что-то необычное и интересное. Захар затянулся сигаретой.