Евгений Борисов – Серые годы (страница 4)

Артём поднял её. В этот момент где‑то вдали раздался глухой удар.

Глава 4. «Тень у окна»

Утро выдалось непривычно тихим. Не было привычного свиста чайника, не слышались голоса из соседних квартир – будто весь дом затаил дыхание. Артём проснулся от того, что Соня трясла его за плечо.

– Папа, – шептала она, прижимая к груди плюшевого медведя. – Там.

Он приоткрыл глаза. В комнате царил полумрак – шторы были задёрнуты, но сквозь щель пробивался бледный свет.

– Что, солнышко? – пробормотал он, пытаясь собраться с мыслями.

– Там, – она указала на окно. – Он смотрит.

Артём сел на кровати. Лена спала рядом, свернувшись под одеялом. Он осторожно встал, подошёл к окну и раздвинул шторы.

За стеклом – обычный двор: детская площадка, припаркованные машины, соседский балкон с сушившимся бельём. Ничего необычного.

– Где, Соня? – спросил он, стараясь говорить мягко.

– Вот. – Она подошла, встала рядом и прижала ладошку к стеклу. – Он был там. Высокий и тонкий. Как палка. Но с глазами.

Артём всматривался в очертания деревьев, в тени между машинами. Ничего.

– Наверное, это тень от дерева, – сказал он. – Ветер качнул ветку, и тень двинулась.

Соня посмотрела на него так, что ему стало не по себе – взгляд был слишком взрослым, слишком осмысленным.

– Нет. Он стоял и смотрел. Он ждал, когда я проснусь.

На кухне Лена молча заваривала чай – новый чайник, купленный вчера за наличные, шипел неуверенно, будто не привык к своей роли. Она выглядела измученной: под глазами – тёмные круги, волосы собраны в небрежный хвост.

– Опять не спала? – спросил Артём, доставая чашки.

– Сон плохой. – Она поставила чайник на плиту. – Как будто кто‑то ходил по квартире. Но я знала: никого нет. Просто… шаги.

Артём хотел сказать: «Нервы. Всё из‑за этих дней», но слова застряли в горле. Вместо этого он налил себе чаю, стараясь не замечать, как дрожит рука.

Соня села за стол, но есть не стала. Она смотрела в окно, время от времени проводя пальцем по стеклу, будто стирала невидимые следы.

– Соня, – позвал Артём. – Ты уверена, что видела что‑то? Может, это был сон?

Она повернула голову. В глазах – ни страха, ни слёз, только странная, пугающая ясность.

– Он не сон. Он настоящий. Он приходит, когда темно. Или когда тихо. Он ждёт.

Лена вздрогнула, обернулась.

– О чём она говорит?

– Да ерунда, – Артём махнул рукой. – Детские фантазии. Вчера смотрела мультик про монстров, вот и…

Но внутри что‑то сжалось. Почему именно сейчас? Почему она говорит об этом?

На работе Артём пытался сосредоточиться на тексте – очередной заказ про «устойчивое развитие в условиях санкций». Слова расплывались перед глазами, а в голове крутились фразы Сони: «Он ждёт».

Он открыл браузер, чтобы проверить почту, но страница не загружалась. Снова.

– Интернет опять упал, – вздохнула Марина, его коллега. – Уже третий раз за утро. Говорят, провайдер не может починить. Или не хочет.

Артём закрыл ноутбук. В окне напротив – здание банка, где неделю назад он пытался снять наличные. Сейчас двери были заколочены, на стекле – объявление: «Временное закрытие».

Временное. Это слово теперь звучало как насмешка.

Он достал телефон, чтобы позвонить Лене, но экран показал: «Нет сети». Артём выругался, сунул аппарат в карман. В этот момент в коридоре раздался шум – кто‑то бежал, громко топая.

– Пожар? – крикнул кто‑то.

Все повскакивали с мест. Артём выглянул в коридор – толпа у окна. Люди показывали вниз, на улицу.

– Что там? – спросил он у коллеги.

– Не знаю. Кто‑то кричит. Вроде… – мужчина запнулся. – Вроде тень.

Артём подошёл к окну. Во дворе, между машинами, стояло нечто высокое, тонкое, как силуэт человека, но без чётких очертаний. Оно двигалось – не шагами, а плавными рывками, будто скользило по воздуху.

Кто‑то закричал. Люди отпрянули от окна.

– Это… это же… – Марина схватила Артёма за рукав. – Это не человек. Это…

Тень резко повернулась в сторону здания. На секунду её «лицо» – если это можно было назвать лицом – обратилось к окну, где стояли люди.

Потом она исчезла.

Артём шёл домой быстрее, чем обычно. В голове стучало: «Соня. Лена. Дом». Он достал телефон – сеть появилась, но сообщений не было. Они в порядке?

В подъезде пахло сыростью и чем‑то металлическим. На лестнице – ни души. Странно. Обычно здесь шумно.

Он вошёл в квартиру. Тишина.

– Лена? Соня?

Из детской донёсся тихий голос:

– Мы здесь.

Он бросился в комнату. Лена сидела на полу, прижав к себе Соню. Обе были бледные, глаза – широко раскрыты.

– Что случилось? – Артём опустился рядом.

– Она видела, – прошептала Лена. – Опять.

Соня подняла голову. В руках – тот же плюшевый медведь, но теперь его глаза казались чёрными, пустыми.

– Он был у окна, – сказала она. – Я рисовала, а он стоял за стеклом. Я позвала маму, а он… – она запнулась. – Он улыбнулся.

Артём посмотрел на окно. Шторы были задёрнуты. Он медленно подошёл, раздвинул их.

Двор. Машины. Балкон с бельём.

Ничего.

– Сонечка, – он сел перед ней на корточки. – Это просто тень. От дерева. От фонаря. Понимаешь?

Она посмотрела на него с такой печалью, что ему захотелось закричать.

– Ты не веришь мне.

– Я верю, что тебе страшно, – поправился он. – Но это не значит, что там кто‑то есть.

– Есть, – тихо сказала Лена. – Я тоже видела.

Артём обернулся.

– Когда?

– Утром. Пока ты спал. Я встала, чтобы налить воды, а в коридоре… – она сглотнула. – Там стояла фигура. Высокая, тонкая. И она смотрела на меня. А потом… растворилась.

Они сели ужинать – хлеб, консервированные овощи, чай из нового чайника. Молчали. Только тиканье часов на стене нарушало тишину.