Евгений Бергер – Пермский Губернский 8. Финал (страница 7)
Всё. Собрался!
— Фёдор Александрович! Проверка связи. Приём. — из встроенной гарнитуры прошуршал голос Глеба — того самого «лидера» группировки уличных гонщиков «Боевые Жигули», которого мы наняли в качестве споттера. Этот человек координирует пилота, помогая обходить особо опасные участки трассы. Семён утверждал, что лучше него мы специалиста в данной области не найдём.
— Слышу хорошо.
— Первые поехали. Готовьтесь!
— Принял.
Энцо, обдав меня чёрным дымом дизельного двигателя, полетел вперёд. Взмах зелёного флага, и я плавно выехал на трассу.
Ознакомительный круг — последний шанс, как следует изучить все потенциально сложные повороты и выбрать тактику для прохождения квалификации.
Энцо улетел очень далеко. Я лишь изредка видел его стоп-сигнальные огни, скрывающиеся от меня за очередным поворотом. А позади всё норовила догнать чрезмерно дружелюбная француженка на «Пыжике».
Пришлось даже сделать вид, что я не замечаю её игривых намёков… Быть умным — это вовремя притвориться тупым.
В целом, траса далась мне без проблем, кроме последнего поворота и той самой колеи. Страшно представить, что случилось бы с машиной на обычной зимней резине… Чутка перебрал со скоростью и всё. Вытаскивай болид из ледяного блока.
— Как ощущения? — поинтересовался Егор.
— Колея перед финишем портит всю малину.
— Понимаю. Попытаюсь донести об этой ситуации судье при участниках.
Заехав в накопитель, я заметил небольшую суету, которая творилась вокруг «Мерседеса» Мартинеза. Наглый парнишка жестикулировал в воздухе, изображая рулёжку. Два мужичка в тёмных комбинезонах лишь разводили руками. Неужто технические проблемы?
— Квала, Фёдор Александрович! Проедете так же, как на ознакомительном круге — займёте двадцатое место.
— Это хорошо?
— Самое дерьмо — от двадцать пятого до сорокового. Там куча-мала!
— Принял. Буду стараться.
— Федя! — из гарнитуры послышался голос Микухи: — Та колея стала ещё хуже! Перед финишем придётся замедлиться по полной. Постарайся сорвать дополнительные доли секунд на прямых участках. Но без фанатизма!
— Хех, легко сказать… А с чего ты взял, что колея стала хуже?
— Её дербанят шипами. Представь, сколько машин за тобой ещё проехало? К тому же, там небольшой подъём и сразу бруствер. Есть вероятность, что не все пройдут квалификацию.
— Главное, чтобы мы прошли.
— И то верно.
Тридцать минут, пока все пилоты проезжали ознакомительный круг — длились для меня целую вечность. Я уже успел передумать в голове всё, что только можно. К примеру, что с точки зрения наблюдателя гонки очень эффектное и красивое мероприятие. Блестящие в лучах солнца автомобили. Светящиеся азартом и адреналином пилоты. Брызги шампанского. Запах выхлопных газов и машинного масла. Шик, да и только!
Но внутри всё это превращалось в самый настоящий квест и проверку самого себя на прочность, ловкость и внимательность.
Одно неверное движение и всё — гонка для тебя окончена. Увы и ах.
— Готовься. — прошуршал Микуха из гарнитуры: — Я поехал.
— Удачи.
Спустя мгновение стартовал и Энцо. На этот раз дыма было меньше, но машина, как-то странно дёрнулась в бок. Словно, «Мерседес» хотел резко войти в занос.
Однако спустя долю секунды немецкий седан выровнялся и полетел дальше. Видимо, отстойный характер передается от пилота к автомобилю…
— Фух… — выдохнув, я дождался взмаха флага и плавно покатил за диким испанцем.
Главное — не торопиться! И, конечно же, оставаться собранным. Трасса, по сути, не такая уж и сложная. Главное — не моргать слишком медленно.
Поворот. Резкая шпилька. Разгон по прямой до 170 километров в час… В целом, всё шло очень даже неплохо! И главное — я не забывал про экономию долей секунд на прямых участках. Благо, что модернизированные покрышки позволяли резко тормозить.
— Делов-то! — с усмешкой произнёс я, подкатывая к последнему повороту.
— ФЁДОР АЛЕКСАНДРОВИЧ!!! — заверещал Глеб в гарнитуре.
— Что за…
— ИСПАНЦЫ-Ы-Ы-Ы!!!
В мою сторону, словно дикий снежный смерч, переворачиваясь с морды на задницу, летел знакомый «Мерседес». Куски пластика отрывались и рассыпались по льду… А из-под мятого капота вырывалось пламя. До столкновения оставались доли секунды.
Отлично. Видимо, Энцо решил добить нашу команду режимом «Камикадзе»…
Глава 2
Мир людей — прекрасен! Он завораживал своей простотой и абсолютной свободой.
Впервые за всё время своего пребывания на очередном Абсолюте, Глэю выпала уникальная возможно отдохнуть, а заодно и изучить нюансы нового мира.
Большая часть жителей дома разъехалась по своим делам. К примеру — рыжий объект обожания Последнего, служанка со взломанным местными заряженными частицами ДНК, маленькая девочка-повар, от которой веяло невероятным обожанием в сторону Последнего и представительница местного мутировавшего вида зооморфов — девочка-баран — уходили на работу. Это такие ежедневные мероприятия, чтобы получать ресурсы для существования.
Глэй уже встречал нечто подобное в других мирах. По сути — это было простейшей системой для регулирования экономических взаимоотношений для населения.
Местные люди ещё слишком не самостоятельные, поэтому управленцам приходилось прибегать к уловкам. И чем дальше в развитии уходило человечество, тем сложнее обеспечивать контроль.
За утро Глэй понял всю систему, и лишь с горечью вздохнул, когда прочитал очередную новость о коррумпированном чиновнике.
— Что такое? — в комнату заглянула Голубика — интересный гибрид титана и человека.
Честно говоря, лишившись сил Ультимата, Глэй очень опасался представителей данной расы гуминитов… Хитрые, коварные, умные, а главное — очень сильные существа. И если учесть, что гибриды брали всё самое лучшее от обоих видов — перед богом войны сейчас стояла идеальная машина для убийства.
— Читаю про ваших управленцев, которых делают козлами отпущения.
— Не поняла. Ты про что?
— Вот. — Глэй развернул ноутбук экраном к Агни: — Я про дело Одинцова.
— А… Обычный казнокрад, каких много. Дорвался до кубышки с деньгами, вот крыша и слетела. Что такого?
— Хм-м… То есть, ты не знаешь, как работает ваша система управления?
— Знаю. Но это не отменяет того, что Одинцов — ворюга, коих там очень много.
— Хех, думаешь, власть имущие допустят алчных людей к бюджету?
— Во-первых, контролировать некоторые объекты чисто физически сложно. Чем дальше от столицы Империи, тем больше коррупции и казнокрадства. А что творится в наших колониях в странах третьего мира… У-у-у-у… Полнейший беспредел! И во-вторых, эти люди не сразу алчные. Я слышала, что жадность приходит со временем. И проблема лишь в том, что большинство не знает меры.
— Всё немного сложнее. — Глэй закрыл ноутбук и отложил его на тумбочку: — Проблема в том, что местное человечество ещё на той ступени развития, когда приходится развлекать народ финансовыми схемами, дестабилизированной экономикой, военными конфликтами и идеологией абсолютного потребления.
— Ничего не поняла. Это как?
— Человек — существо склонное к самопознанию и «мусорному мышлению».
— Мусорному?
— Ага. Люди зачастую очень ведомы. И если не направить их мысли в нужном, а главное полезном направлении, то они попросту начинают переваривать идеологический мусор. В мире легкодоступной информации — это очень опасная болезнь. К тому же, некоторые люди склонны ударяться в философию, если надолго оставить их без дела. А философия приводит к главному вопросу: зачем я живу? В чём смысл? И как только человек начинает задаваться этим вопросом — считай, что всё. Конец. Он потерян для общества.
— Что плохого в поиске ответов?
— Человек — это функция. Его задача простая. Размножаться и воспитывать следующее поколение. Впрочем, как и у большинства живых организмов. Правда, есть один нюанс…
— Какой?