Евгений Бергер – Очень приятно, Царь! Блюдо второе (страница 59)

— Ох, мальчики… — вздохнула Зоя: — Не ту вы работу выбрали, если хотите «разнести» имеющийся рынок труда. Быть настоящим поваром — это, как раз, про переработки. Вы уже сейчас перерабатываете.

— Мы учимся. Я вот даже представить себе не мог, что японская кухня, которая изначально казалась мне максимально простой, окажется таким жутким и адским мероприятием! Рис… ЧЁРТОВ РИС сожрал у нас несколько часов. И килограммы драгоценной рыбы.

— А дальше будет хуже. Я же работала бренд-шефом. — Зоя задумчиво посмотрела на Жанну, которая всё ещё мурлыкала и любовалась потолком: — Поначалу это кажется интересно. Новые блюда… Новые вкусовые горизонты. Исследования в области пищевой индустрии. Знакомства с такими же улетевшими людьми. А потом в голове щелчок. Ты, вроде счастлива… Вроде, всё есть, что хотела. Но тебе уже тридцать шесть, а дома вместо любимого мужа и детишек ждёт пустой холодильник и тишина. Ты думаешь — не страшно! Тридцать шесть, это же ещё молодость. Можно сказать, девчонка неопытная. Затем снова: «Щёлк». А тебе уже сорок. Молодость закончилась. Из зеркала на тебя смотрит не молоденькая и красивая девочка, а одинокая взрослая женщина, которая всю свою жизнь, только и делала, что готовила.

— К чему ты клонишь? — поинтересовался я, нарезав лосося на идеальный полоски.

— К тому, что повар — это не профессия. Это призвание! И вы будете продолжать развиваться. Будете продолжать отдавать свою жизнь во имя кулинарии. Поэтому… вам сейчас не стоит говорить про «разнос» рынка труда. Вы оба — такие же конченые трудоголики, как и все в «Шашлычке».

— Я не трудоголик! — Жанна тут же поднялась, а затем села обратно к Зое: — Я всё ещё прихожу ровно к восьми тридцати!

— А уходишь? — с усмешкой поинтересовалась мясная фея.

— А ухожу в… — кошка задумалась, а затем с грустью опустила ушки: — Бли-и-ин! Я ухожу чуть ли не ночью, потому что вы все учите меня готовить…

— Вот именно! Да, ты можешь говорить, что это просто учёба. Да только вот, нормальный гражданин Империи в это время смотрит телевизор, гуляет с собакой, общается с близкими, копошится в сетевых узлах.

— Но-но! — возразил Хуан: — Вообще-то, Жанне всего двадцать два. В её возрасте девочки, как правило, либо учатся, либо во всю работают.

— Да. Это факт. Но даже у них в разы больше свободного времени, чем у Жанны сейчас. И мы все постоянно работаем-работаем-работаем. Такова суть профессионала — ставить свою работу выше всего в этой жизни.

— И ты думаешь, что мы с Коляном сейчас развернёмся и уйдём? — улыбнулся я.

— Нет. Я просто хочу, чтобы вы всегда помнили, что повар — это не про «посидеть в офисе с девяти до пяти». Это работа, которая будет занимать большую часть вашей жизни. Это страсть! Именно поэтому Рубен так сильно переживает за хобби у всех своих сотрудников. Постоянная готовка сводит с ума…

— Да мы всё это прекрасно понимаем. Но лично мне есть, с чем сравнивать. Я и до того, как пришёл в «Шашлычок» был вечно занят. И уж лучше заниматься любимым делом, чем батрачить за чужие идеалы и цели.

— Хех… Это где же ты так уработался, дружок? — поинтересовался Хуан.

— Поверь… Тебе лучше не знать.

— Ой, жути нагнал. — отмахнулся йоборотень: — Но в целом, я с тобой согласен. Раньше мне тоже приходилось несладко. Особенно, когда работодатели узнавали, что один из их поваров может внезапно превратиться в меховой шар.

— Честно говоря, я не представляю, как тебя терпели бывшие работодатели. Это же странно, что ты просто две недели не можешь работать…

— В том-то и дело. Никто меня не терпел. Выкидывали сразу, как узнавали про мою ликантропию. — усмехнулся Хуан: — А тут — хорошо! Мне нравится. Апартаменты в центре Москвы. Ещё и работа рядом… Всего-то — спуститься вниз по лестнице. Красота!

— Рад, что ты нашёл себя. А что же касается сложности поварской жизни. Так мы же сами её выбрали. И прекрасно понимаем, что это такое. По первости, я, конечно, очень переживал за Коляна… Но он показал себя первоклассным специалистом.

— Увы, меня затянуло. Окончательно и бесповоротно. — вздохнул мой проводник, тонкой соломкой нарезая свежий огурец.

— Вы просто ещё такие молодые… — Зоя задумчиво взглянула на здоровенную сковородку: — А то, что я вам сейчас сказала… Это уже давно сидит у меня в душе. Я очень благодарна судьбе за всё, что со мной произошло. Но иногда в голову лезут мысли, а что если бы всё было иначе?

— Это бесполезная трата нервов. — сухо ответил я, аккуратно раскладывая рис по циновке: — Мы не умеем возвращаться в своё прошлое. Жизнь — это ВСЕГДА движение только ВПЕРЁД. Иначе не получится. Поэтому, просто наслаждайся тем, что у тебя есть сейчас. И никогда не переживай на тему того, что если бы всё пошло иначе. Как разница? Мы всё равно этого никогда не узнаем. Может быть, лучше. Может быть, хуже. Да и чёрт с ним.

— Ты прав. Наверное, я слишком часто заморачиваюсь…

— Вот именно. Не отвлекайся! Ты хотела связать свою жизнь с готовкой? Вот и радуйся, что всё получилось. — заключил я: — А теперь, давайте всё же вернёмся к нашему блюду. Сейчас мы приготовим для вас урамаки! Это очень популярный вид суши, которые у нас называют роллами, а в Японии — «ролл наизнанку».

— Обожаю сторитейлинг! — восхитилась Жанна.

— Суть урамаки заключается в том, что здесь нори остаётся под рисом вместе с начинкой. А сверху, кроме оболочки из риса, могут добавлять икру Тобико, сырую или обработанную рыбу. А также омлет, различные морепродукты и даже мраморную говядину. Этот вид суши стал весьма популярным на Западе. В Американской Республике были придуманы такие легендарные урамаки, как «Филадельфия» и «Калифорния».

— А сколько всего урумаки существует?

— Великое множество. — пожав плечами, ответил я: — Точно количества видов никто не знает, потому что многие суши-бары создают свою интерпретацию данного блюда. Сейчас мы будем дегустировать урумаки «Филадельфия»! Готовится он очень… Я бы хотел сказать: «просто». Но после всего, что нам пришлось сделать с рисом — у меня язык не поворачивается назвать этот процесс легким или простым.

— Это уж точно. — согласился Колян, очищая авокадо.

— Для того, чтобы сделать вкусную «Филу», нам необходимы свежий лосось, свежий огурец, авокадо, сыр «Филадельфия», нори и специально подготовленный рис… Будь он не ладен! Выкладываем этого хитрого неподатливого ушлёпка ровным слоем на циновку. Чтобы сантиметр выступал за лист нори. А сантиметр нори выступал из-под риса.

— Как-то странно звучит. — Хуан даже подошёл, чтобы посмотреть: — А… Теперь вижу. Мне же можно посмотреть?

— Конечно! Но я всё равно буду пошагово объяснять. У меня так лучше получается запоминать чёткую последовательность.

— Супер. Да и мне так тоже нагляднее. — согласился йоборотень: — Вдруг, когда-нибудь, Дядя Рубен захочет добавить в наше меню суши?

— Упаси господь! — отмахнулась Зоя: — Я, конечно, титулованный шеф… Как и большинство присутствующих. Но на такой геморрой точно подписываться не хочу!

— Это факт. — согласился я: — Да и к тому же, я искренне считаю, что за роллами стоит идти в специализированный ресторан. Когда заведение пытается и в пиццу, и в суши, и в бургеры — получается лютый шлак.

— О, я такое видел. И даже ел там пару раз… — Хуана аж передёрнуло: — Так! Что-то мы опять отвлеклись. Что там дальше?

— Дальше мы готовим начинку для наших урумаки. Две полоски творожного сыра «Филадельфия», несколько кусочков тонко порезанного огурца. И два кусочка авокадо. А затем придерживаем за начинку, и аккуратно поджимаем ролл. Вот так! — я закрутил урумаки при помощи циновки: — Не забываем подравнивать по бокам. Если этого не сделать, то крайние роллины рассыпятся. И это поведёт к разрушению всего блюда.

— Очень интересно. И даже немножечко понятно. — заключил йоборотень.

— Теперь финальный финал. Выкладываем кусочки рыбы. Начинаем с концов. И заканчиваем к середине. Вот так! Снова немного поджимаем циновкой, чтобы рыба плотно прилегала к рису. Срезаем неровности с краёв. Затем разрезаем напополам. И только потом делим на восемь частей. Красота, да и только!

— Вай, как здорово! — Жанна снова алчно потерла ладони.

— Ты же сказала, что больше не сможешь? — усмехнулся я.

— У меня открылось второе дыхание! Давай сюда!

В итоге, с горем пополам, мы добились идеального вкуса. Свежий лосось гармонировал с рисом, творожным сыром и свежими овощами. А в фильме всё заканчивалось личной победой над агрессивным японцем на стареньком «Ниссане».

Теперь оставалось лишь закрепить знания и навсегда запомнить одну мудрую вещь. НИКОГДА НЕ НАЧИНАЙ ИЗУЧЕНИЕ КУЛИНАРИИ С ЯПОНСКОЙ КУХНИ!!! Вот просто — никогда!

Эти чёртовы любители выживать на камнях — явно долбанутые. Вот я даже не удивлён, что у них там всякие непотребства рисуют. И автоматы эти… с ношенными труханами.

В общем, странный народец. И кухня у них странная. Но, сцуко, вкусная!

Полный «ямэте кудасай», мать их.

— Как же это было восхитительно! — Жанна вновь распласталась на диване: — Хоть я уже и объелась… Но у меня ощущение, что хочется чего-нибудь ещё.

Мы с Коляном тут же злорадно ухмыльнулись.

— Ой… Что-то так спать захотелось! — Хуан максимально неправдоподобно зевнул, и залпом осушив стакан, пулей покинул кухню.

— Засиделись мы, что-то… Прям сильно засиделись! — Зоя подхватила Степаниду, и положив на плечо, тоже вылетела в зал.