Евгений Бергер – Очень приятно, Царь! Блюдо третье (страница 47)

— Мила! Я же…

— Доброй ночи! И не забывайте про контрацептивы.

С этими словами секретарочка захлопнула дверь, и судя по всему — быстро удалилась.

Дерьмо… Но ладно. С ней я разберусь потом.

— Ты довольна?

— Весьма. — улыбнулась Амелия и слегка смущённо посмотрела на меня: — Прости пожалуйста. Мне правда очень стыдно за всё это… Но с другой стороны — я чувствую себя так легко… Как будто, вся эта тяжесть и ответственность с меня, наконец-то, сбросили. И… на душе так приятно… Наверное, утром я умру от стыда.

— Не умрёшь. Я всё прекрасно понимаю. Видел огромное количество пьяных людей.

— Ты такой замечательный придурок… Я восхищаюсь тобой!

— Последнее было лишнее.

— Про восхищение?

— И про придурка тоже. — я кое-как отцепил Амелию от себя и расправил кровать: — Всё! Сейчас я тебя положу. Оставлю воду и аспирин. Проснёшься утром — сразу выпей. Поняла меня?

— Понимаю, что наглею… Но ты можешь посидеть со мной, пока я не усну?

— Это ещё зачем?

— Я боюсь темноты…

— Ох, ладно. — я быстро снял с Госпожи Симоновой пиджак и туфельки, а затем уложил в кровать.

— Какие у тебя нежные руки! — восхищенно прошептала Амелия и накрылась одеялом. Спустя две секунды мне в лицо прилетели блузка, кружевной бюстгалтер и юбка: — Кстати, я впервые засыпаю с парнем… Очень необычные ощущения.

— Угу… — обречённо вздохнув, я аккуратно свернул одежду и сложил на стуле: — Может быть, почитать тебе? Знаешь, как детям перед сном.

— Мне никогда не читали.

— Правда? Хотя… Что уж говорить? Мне тоже. — я подошёл к столу и нашёл несколько книжек: — Ну, давай глянем, что у тебя тут есть.

Честно говоря, мне казалось, что в этот вечер удивить меня, чем-либо ещё — будет сложно. Но нет! Госпожа Симонова продолжала раскрываться с самых невероятных сторон.

Первая книга называлась: «Молочко для Госпожи». И судя по аннотации, главные герои активно «дружили» телами. Вторая: «Засунь его поглубже!»… Третья: «Сладкий язычок Руслана». Боже! Я хочу вырвать себе глаза. Или хотя бы стереть память.

— Амелия… Прости, а чьи это книги?

— Мои. — широко улыбаясь, ответила она.

— Тебе нравится восемнадцать плюс?

— Да! Это так весело и интригующе! Но мы с Милой храним это в секрете. Поэтому, если ляпнешь кому-нибудь — я тебе «штакен-блокен» оторву.

— Какая ты милая…

— Стараюсь.

— В общем, я сильно сомневаюсь, что подобная литература поможет тебе уснуть. — я отложил книжки обратно на стол и сел рядом с кроватью: — У тебя всегда такая реакция на алкоголь?

— Угу… Ну, как «всегда»? В первый и последний раз я попробовала алкоголь, когда готовила мясо по-французски. Случайно хлебнула капельку и всё… Моя ассистентка довела меня до комнаты… А потом я сразу отключилась.

— Почему сейчас не отключаешься?

— Мне с тобой интересно. Хочу, чтобы время остановилось…

— Я сильно в этом сомневаюсь.

— Почему?

— Потому что, когда человек выпивает определенную дозу алкоголя — его сознание меняется. И люди, которых ты терпеть не можешь, будучи трезвым — вдруг становятся для тебя самыми милыми и любимыми. Я через это проходил и неоднократно.

— Но я не ненавижу тебя, когда трезвая.

— Мне так не кажется. Давай ты будешь спать?

— Не могу. — Амелия перевернулась и посмотрела на потолок: — Знаешь… Отец всегда учил меня скрывать свои эмоции. Мол, я же наследница аристократического рода. И я всегда буду под прицелом врагов и конкурентов… До пяти лет я была обычной счастливой девчонкой. Можно сказать, ребёнком с идеальным детством. А потом… Потом началась муштра. Отец хотел сделать из меня идеальную экстру! Но в итоге… В итоге я и сама не заметила, как перестала улыбаться. Просто, как по щелчку пальцев. И это… проблематично. Люди меня не понимают. Я чувствую себя неполноценной… Мне страшно сближаться, с кем-либо.

— А как же Мила?

— Мила… У нас с ней больше сотрудничество, чем дружба. По крайней мере — мне так кажется. Она моя верная помощница. Она всегда рядом. Всегда мне помогает. Но… Её ко мне приставили. Понимаешь?

— И что с того? Поверь мне на слово, если бы Мила не являлась твоим другом — то общалась бы совершенно иначе.

— Ты думаешь?

— Ага. Некоторые вещи видны исключительно со стороны.

— Приятно слышать. — Амелия снова улыбнулась: — Но… меня напрягает, что ты говоришь про ненависть. Я не ищу ошибки. И не пытаюсь тебя подловить. Просто, твоя еда вызывает внутри меня дикое… — Госпожа Симонова осеклась.

— Дикое… что?

— Хр-р-р… — Королева, наконец-то, отключилась. Причём — в самый ответственный момент.

Приготовив минералку и аспирин, я ещё раз взглянул на спящую Амелию. Такая милая и беззащитная… Совсем не похожа на ту, что расхаживает в стенах Харитоновки и держит многих студентов в страхе.

Всё-таки, даже самые необычные персонажи на самом деле — просто люди или визитёры. С такой же душой. Таким же сердцем. И такими же чувствами.

Как бы всё это не выглядело со стороны, но здесь тоже нужен определенный подход.

Амелия простая девчонка, на которую свалилось очень много всего. Это надо понимать.

Но одно мне не давало покоя…

«Сладкий язычок Руслана»? Серьёзно⁈

Как только я зашёл обратно в номер «Великого Гэтсби», то тут же заметил Милу и ту блондинку, которая хотела купить мой филей.

— Чёрт… — секретарочка тут же отвернулась от меня, как будто и не видела вовсе.

— Эй! Мил… Ты реально всё не так поняла. — я подошёл к ней: — Неужели твоя замечательная подруга не рассказала, что произошло?

— Что Госпожа вылетела отсюда красная, как рак? Да, Дерек. Рассказала. — недовольно фыркнула Мила: — Но ты знаешь… меня это совсем не касается. Я рада, что у Госпожи появился… мальчик. Просто… меня слегка смущает, что всё развивается, как-то слишком быстро. А ещё я знаю… кто ты, Дерек Цареградцев.

— Давай, бомби.

— Жуткий бабник!

— Вау-у-у-у! — блондиночка очаровано хлопнула в ладони: — Вот это поворот! Серьёзно?

— Мне не очень нравится, когда подобные вещи обсуждаются при посторонних.

— А мне не очень нравится потенциальная опасность для моей Госпожи! — Мила схватила меня за руку и тихо произнесла: — Дерек, это не шутки! Амелия — не из тех, кто разбирается в отношениях и чувствах. Она… экстра! Сверхчеловек. Понимаешь? Она может рассказать про жаренную куриную ножку такое, что ты сойдёшь с ума. Но она совершенно не шарит в парнях!

— Ну… Я видел, какие книжки лежат у вас в номере… Так что, про «не шарит» я бы поспорил.

— У каждого есть свои увлечения! Ты просто не понимаешь. Для тебя это эротика. А для неё — развлекательная литература, чтобы посмеяться и расслабить мозг. Она видит вещи совсем иначе! А ты… Орудовал своей волыной у неё во рту…

— Во-первых, прекрати называть моего младшОго «волыной».

— Пф-ф-ф-ф-ф… То есть, «младшОй» — это лучше, чем «волына»? К тому же… Ну, что я могу поделать если там реально «волына»⁈

— Во-вторых, я ничего не делал с Амелией.