Евгений Бергер – Князь Демидов. Том 1 и Том 2 (страница 98)

— Думал, мы с тобой договорились.

— Да, договорились. Но, просто… — Злова отвернула голову: — В общем, если хозяйка узнает, что я сачкую, то мне будет выговор. Я обделаюсь по полной программе!

— Кстати, а кто твоя хозяйка?

— Ну, так — Мавра. Кто же ещё? Я тут, типа местный символ мудрости и знаний. — гордо заявила птица: — В общем, постарайся меня больше не подводить. Это невыгодно нам обоим. Понял?

— Почему ты постоянно повторяешь одно и тоже?

— Ну, так… В работе духа-наблюдателя — лучше перестраховаться, чем недоглядеть, если ты понимаешь, о чём я. — загадочно ответила Злова.

— А, ну если так, то — конечно, понимаю. — усмехнулся я.

Сова только что процитировала главный девиз Бастиона.

По сути, мы могли не выполнять огромное количество операций по затиранию следов в чужом мире. Шанс того, что расследование «глухаря» приведёт к разработке новых технологий и потенциально опасному техническому скачку, равен — 0,0000000000000013%. Но Трибун Варшавий всегда утверждал, что если от наших действий есть хотя бы микроскопическая вероятность конца света, то мы должны сделать всё, чтобы снизить риски к нулю.

В целом, я был с ним солидарен.

За год работы одного корабля, Стиратели могли облететь свыше трех тысяч миров. И тут, как раз могла сработать терровская теория вероятности.

Сегодня ты оставил пару капель крови биокорпа на асфальте, а завтра какой-нибудь шизик, который совершенно случайно оказался уполномочен всё это изучать — конечно же, приступит к делу. Но за свою службу в Бастионе, я отвык использовать слово «случайность». Есть лишь флуктуация, а всё остальное — высокая доля вероятности. Говоря простым языком — в одном из сотен тысяч миров вполне мог начаться конец света по вине тех же Стирателей. Что-то упустили из виду, и по неосторожности запустили процесс. Не сразу… Человечество могло идти к этому несколько сотен лет. Но по факту — одна небольшая оплошность, и всё. За что боролись, на то и напоролись.

— Уху! Сразу предупреждаю на будущее, что побег от духа-наблюдателя — жестоко карается. — возмущенно произнесла сова и снова цапнула меня за мочку уха.

— Каким образом?

— Закрою тебя в бане и отпарю дубовыми вениками. Уху!

— Жестоко. — улыбнулся я: — А когда мне можно будет тебя погладить?

— Это исключено! Я — символ Университета, а также его хранитель. Если ты видишь во мне плюшевую игрушку — у меня для тебя плохие новости.

— Ладно-ладно. Просто шучу. — на самом деле я не шутил. Рано или поздно эта пернатая мерзавка уснёт, и я почешу её. Нормально так почешу.

— Смотри! — Толик указал на здание, отдалённо напоминающее пермский дворец культуры. Этакий типичный русский ампир с помпезными колоннами, лепниной и высокими окнами.

— То есть… это столовая? — с приличной долей сомнения спросил я.

— Она самая. — подтвердила Злова.

Когда мы зашли внутрь, я в очередной раз столкнулся с тем, что несмотря на достаточно строгие, я бы даже сказал, что почти армейские нравы Университета — выглядело тут всё крайне дорого. Обозвать «столовой» место, которое по своей солидности могло потягаться с роскошным рестораном — это сильно.

Кстати, находилась наша трапезная недалеко от общежития. Однако у меня сразу возник вопрос.

— Пятьсот новичков, так? — я огляделся по сторонам.

— Верно. — кивнула Злова.

— Значит, аналогичное количество студентов обучается на оставшихся курсах. Ну… с небольшой погрешностью болезных и второгодников, которую мы не учитываем. Пять умножаем на шесть… выходит, на данный момент в стенах Университета должно находиться около трёх тысяч человек. Но мест тут лишь на полторы тысячи. Так, в чём дело?

— Это столовая для первого, второго и третьего курсов. Всего их у нас две. Чуть подальше, рядом с общежитиями для четвертого, пятого и шестого курсов стоит вторая столовая. Так сказать, чтобы всем было удобно добираться. — объяснила сова: — Да и когда в зале одновременно галдит три тысячи ртов… это так утомительно.

— О! Продуманно. — я вновь огляделся по сторонам и начал замечать на себе слегка напряжённые взгляды: — Слушай, а чего все так на меня смотрят?

— У тебя на плече — дух-наблюдатель. Причём с самого первого дня. А это значит, что ты потенциально опасный ученик. — ответила Злова, начав ковыряться в своих перьях.

— Может быть, ты станешь невидимой?

— Я бы и рада, но мне запрещено. — с грустью вздохнула она: — Терпеть не могу, когда пялятся…

— Кстати, и много у вас учеников под наблюдением?

— Хватает. Но, как правило, Госпожи Пелагеи достаточно, чтобы абитуриент сразу обгадился и успокоился. У неё разговор короткий. Она… как обычно говорит Госпожа Мавра — человек мотивированный. — Злова чихнула, и зачем-то вновь ущипнула меня за мочку уха.

— За что? — строго спросил я.

— Вопросов много задаёшь. Ученик должен интересоваться только знаниями. А ты, как будто изучаешь тут всё… Прямо, как засланный казачок.- Ну, изучаю. И что с того? Я любознательный.

— Таких любознательных мы… — сова хотела вновь укусить меня за ухо, но я перехватил её клюв двумя пальцами.

— На этот раз за что?

— Ну… ты вкусно пахнешь. — вздохнув, призналась Злова.

— Птица-изменщица. — усмехнулся я.

— Нет! Говорю же, просто аромат души… специфический.

— Плевать мне на аромат. Главное — не увлекайся. У нас уговор.

— Ладно… — злобно ухукнула сова и отвернулась.

Возможно, местные уже привыкли, что ученики для них — озлобленная биомасса, которую можно вечно тыркать и подгонять. Но Злова сейчас явно перегнула палку, чем обрекла себя на жестокие почесушки в будущем. Это необратимое последствие… Наказание за то, что наблюдатель злоупотребляет своими полномочиями в личных целях.

— Хм-м… Не могу понять, тут шведский стол или официанты? — задумчиво поинтересовался Толик.

— Шведский стол? Это как?

— Я уже неоднократно встречал различные типы столовок для учеников… и, как правило, там было что-то вроде шведского стола. Это, когда ты сам подходишь и набираешь, сколько нужно. — объяснил очкарик: — Меню делится на шесть столов, включая диетическое для тех, у кого проблемы с желудком.

— Проблемы с желудком? — удивился я: — А как же целители, которые сращивают оторванные конечности?

— Нет, проблемы пищеварительной системы лечатся, но крайне долго. Специфика организма. — разведя руками, ответил Толик.

— Не стоим! Рассаживаемся! — Ася внимательно следила за всеми новичками, ибо второй и третий курсы уже рассосались по своим привычным компаниям.

Столики делились по количеству мест на четыре, шесть и восемь человек. Я хотел уйти к тому, что поменьше, но Иришка с Алисой подхватили меня под руки и сопроводили за стол для восьмерых.

— Попался! — обрадовалась блондинка.

— Вообще-то, мы с Толиком хотели обсудить правила Университета тет-а-тет. Можно я хотя бы тут от вас отдохну? — поинтересовался я.

— Нельзя. — строго ответила Алиса: — Мы, как старшекурсницы, обязаны защитить вас от нежелательных шалостей со стороны местных задир.

— Ты думаешь, я боюсь задир?

— В том-то и дело! Ты можешь нарушить баланс и задиры начнут атаковать тебя на протяжении последующих двух недель. Правила знаешь. У второго курса уже есть поблажки. А у тебя нет. — Иришка отодвинула стул и посадила меня за стол. Толика пристроили рядом.

Кстати, только сейчас увидел уже знакомую компанию из девчонок. Кроме неразлучной парочки котят тут были Оксана, Люси и Мария. Очень занятно… видимо, у Игнатьевой и Слуцкой назрел какой-то «гениальный» план по захвату очкарика. Да только вот, тщетно всё. Мама Кошка сказала, что даже за ручки держаться нельзя. Мол, молодые ещё… не знают, с каким Домом их семье будет выгодно заключить союз.

Но присмотревшись и прислушавшись, я понял, что девчонки просто вели беседу. Причём, Мария была максимально отстранена от диалога, а вот Люси внимательно слушала Оксану. Ощущение, будто внимала каждое её слово. И если бы не искорки в глазах, то я бы поверил в невинность миниатюрной дочери Дома Игнатьевых.

Оксану внимательно изучали. Проверяли и сканировали… Так сказать, на наличие слабых мест у конкурентки.

Толик пытался выглядеть максимально серьёзным, чтобы скрыть волнение, но получалось так себе. Ощущение, будто очкарик себе что-то прищемил. Как бы так, невзначай… И теперь всеми силами пытался это скрыть.

А вот Алиса и Иришка хитро оглядывались по сторонам. Спустя пару минут стало ясно, что посадили нас сюда далеко не из-за местных задир.

Мальчики, которые явно хотели подкатить к моей старшей сестре, завидев Злову на плече, тут же отворачивали, делая вид, что вовсе не намеревались подойти. Одно место так и пустовало, как бы давая малюсенький иллюзорный шанс, но всё тщетно. Никто не хотел иметь дело с потенциально опасным учеником.

— Добрый вечер! — к нашему столику подошла миленькая официантка и принесла семь экземпляров меню.

— Благодарю. — по-хозяйски ответила Алиса, а затем оглядела всех присутствующих: — Очень рекомендую попробовать местный борщ, отбивную из мраморной говядины и запеченные под сыром «Блю Чиз» мидии.

— Спасибо. — я открыл меню и пробежался взглядом по ассортименту. Толик, искоса поглядывавший на Оксану, увлеченную разговором с Люси, раскрыл книжицу вверх ногами. Пришлось быстро его поправлять. Иришка даже хихикнула.

После того, как мы все сделали заказ, официантка вопросительно взглянула на Слуцкую.