Евгений Белянкин – Короли преступного мира (страница 44)
Альберт рассмеялся. Он взглянул на Зыбулю, который сидел в другом ряду, но почти за ними, и радушно-глуповато улыбался. «Да, кому-кому, а Зыбуле этот театр очень нужен. Как корове седло!»
Давали «Лебединое озеро». Мазоня, к удивлению Альберта, так пристрастился к зрелищу, словно был балетоманом. Альберт повернулся и снова взглянул на Зыбулю: физиономия парня отяжелела и, скисшая, была подернута сонливой улыбкой.
В антракте Зыбуля веско заметил:
— Что за девки! Куклы какие-то! Козявки худосочные! Попросили бы меня, им таких бы ягодок притащил, задарма! А этих старух лет семь уже как не трахали…
Мазоня серьезно посмотрел на Зыбулю, но ничего не сказал.
После театра поехали в ресторан «Русь», где гуляли «мазонцы». В зале, на втором этаже, разливалась цветными огнями богато убранная елка, без конца взрывалось шампанское, и бесстыдно орала заокеанская музыка…
В эту новогоднюю ночь у Мазони были и свои дела. Из Киева появился гонец, который пытался наладить контакты с Мазоней. Пышные русые волосы и жидкая бородка делала гонца похожим на художника. Но Ворон был не художником, а закоренелым блатарем, и Мазоня знал его давно — по старым зонным делишкам.
Мазоню, конечно, интересовало общее положение на Украине, тем более, как он слыхал, малину там пополняли все больше спортсмены… Потому Мазоня и спросил:
— Правда ли, что Череп — кандидат в мастера спорта и до сих пор шерстит Крещатик?
— Да нет, — вздохнул Ворон. — Пока его песня спета.
И Ворон подробно рассказал о событиях последних лет. Действительно, Череп, в прошлом студент Киевского инфизкульта, кандидат в мастера. Смекалистый и агрессивный. Мужик быстренько сколотил вокруг себя «группировку» — около сотни человек, а может, и больше.
Боевики Черепа легко прибрали к ногтю всю центральную часть Киева. Занимаясь скупкой и перепродажей золота и изделий из драгоценных металлов, сутенерством, валютными махинациями и шмотками, они давно взяли под контроль коммерсантов: уже не городские власти, а они решали, кому площадь под офисы, а кому ларек или палатку на оживленном месте…
— У них что, хорошее прикрытие? — усомнился Мазоня, пристально вглядываясь в гонца: не тот уж Ворон — постарел… Впрочем, время не щадит никого. В том числе и блатных.
Ворон оживился:
— А как же! Без органов, местных шишек тут не развернешься. Куражный Череп брал информацию у налоговых инспекций. Они теперь лучше схватывают прибыли предпринимателей.
— Да, конечно. Слыхал я, что он снюхался с венграми?
Осенью Череп «со товарищи» рванул в Будапешт и установил там связи с бывшими советскими блатарями. Их там навалом. Теперь они знать: зарубежные коммерсанты…
— Ишь ты! — искренне удивился Мазоня, чувствуя, как любопытство его нарастает. Но он сдержал себя и предложил Ворону выпить за «новое демократическое время». Блатарь выпил и стал более словоохотливым.
Сначала жили там за счет девочек, которых прихватили с собой из Киева… Когда осмотрелись, нашли наводчиков. Те за приличные деньги с охотой продавали своих «коллег» по наркобизнесу. С торговцев наркотиками брали откупные. Череп пошел в гору. Стал паном: отдельные квартиры, машины… Но чем лучше было с «бабками», тем хуже шли дела в бригаде. Росло недовольство. Ворон полагал, что на почве жадности босса. Пропал Чайник, самый языкастый в бригаде. Слух пустили, что, мол, отправился в Австрию. Кое-кто не поверил. Через несколько дней в его квартире нашли лужи засохшей крови. Кто посообразительней, понял — убрали. И быстренько, не попрощавшись, смотались к себе в Киев — надежнее.
А там уже новая братва, новый главарь по кличке Москва, в узком кругу Глобус. Умен, смел, хитер бестия — всего тридцать три года. Возраст Христа.
Уплывала от Черепа корона. Но кто ее за так отдаст? Хоть и первоклассный борец Глобус, но Череп сдаваться не хотел.
А тут в ресторане, во время традиционных попоек, череповцы сцепились с цыганами. Драка получилась классная. Не обошлось и без стрельбы. Полиция, до сего дня не замечавшая их, задержала и тут же, без всяких проволочек, отправила «к себе на хату», в Киев.
Череп испугался и «притормозил» в Ужгороде. Он уже знал, что блатари, близкие его соратники, приговорили его к смерти. Группа наемных убийц отправилась на поиски его следа в тот же цыганский город…
— Убили? — сощурив глаза, спокойно спросил Мазоня. Ворон усмехнулся.
— Да нет. Менты помешали.
Киевские оперативники раньше вышли на след Черепа, и майор Гончаров вывез его на скорой помощи из Ужгорода в аэропорт. Прямо из самолета — в изолятор ГУВД Киева.
Со слов Ворона Мазоня узнал, что с приходом к власти Глобуса кое-кто стал уважительнее относиться к кодексу блатной чести. Мазоня задумался, пожевал губами, но ничего не сказал. Теперь, как уверял Ворон, они реже выясняют отношения с оружием и совсем отказались от контроля проституток… Им принадлежит два коммерческих магазина в Киеве, да три магазина и автозаправка в Венгрии. Куплен земельный участок, там со временем будет комфортабельный поселок и мясоперерабатывающий комбинат…
Мазоня верил, что Ворон не врал. Возможно, времена менялись и действительно уходил в прошлое рэкет с «уговорами» раскаленными утюгами… И вместо кражи заложников бригады брали дань в виде сверхвысокой зарплаты частным охранникам…
— М-да, интересная жизнь, — угрюмо заключил Мазоня. — Приходит новый класс богатых. Кто быстрее займет в нем место, тот и пан. Блатари туда же!
Ворон одобрительно кивнул головой.
— Но богатые ведь тоже плачут, — засмеялся Мазоня. — Правда, в фильмах.
Мазоня договорился с Вороном о новой встрече после Нового года. Предложения киевлян были заманчивы… Но Мазоня хотел подумать, да и посоветоваться со своими…
Альберт проснулся, но еще находился в теплом дремотном состоянии; он слышал, как открылась дверь и мягко, на цыпочках, вошел Мазоня. Постоял над Альбертом и неожиданно сел на койку. Альберт открыл глаза.
— Не спишь, — удостоверился Мазоня и, положив руку на Альберта, погладил его ровное, нежное и лоснящееся тело.
— Мой мальчик, — вдруг с чувством сказал Мазоня. — Мой хороший мальчик.
Альберт повернулся к нему, воркующе засмеялся.
— Стареешь, старик.
— Кто знает, может, и старею, — сознался Мазоня с улыбкой.
— А ты веришь, меня никто вот так, по-отцовски не гладил.
— Как никто, а я…
Альберт приподнялся и, потянувшись, поцеловал Мазоню.
— Ты у меня один.
Они сидели на кровати, и Альберт с присущим ему удовольствием и простотой рассказывал о факультете, о фарцующих ребятах, с которыми жил в общаге, о Пашке, который, пожалуй, стал ему другом.
— Это хорошо, что к тебе тянутся, — удовлетворенно сказал Мазоня. — Без кореша нельзя. Без него и жить плохо.
Мазоня встал и потянул за руку Альберта.
— Одевайся.
Альберт умылся и сделал небольшую зарядку; в большой комнате за столом, уставленным закусками из ресторана, сидели компанией очкарик Якуб, силач Федор Скирда и прямодушный Мишка Кошель. Зыбуля был за официанта и все время бегал на кухню.
Сели, потрепались и тяпнули коньячку. Выпил немного и Альберт, поморщился: и вправду говорят, что пахнет клопами…
Мазоня вытер губы и сказал:
— Хохлы предлагают бартер: они нам шмотки, мы — стройматериалы, автомобили, запчасти. Еще хотят меняться боевиками… с хорошими командировочными. — Мазоня подобострастно оглядел всех. — Ну как, приемлемо?
— А в этом что-то есть… — сказал Федор Скирда. — Но ведь там купоны?
— Нам купоны на рубли не менять, — засмеялся Мазоня. — Бартер так бартер.
— Шмотки для наших ларьков пойдут. Только как менять-то? — пожал плечами Мишка Кошель. — Все равно надо как-то оценивать. В рублях? Или в долларах?
— Нет, в злотых, — громко засмеялся молчавший Якуб.
— В принципе согласны? — И Мазоня поскреб за ухом. — Согласны, тогда Якуб встретится с Вороном да обсудят, что к чему… С людьми просто: если как наемные убийцы, то нам лезть в кашу ни к чему. Тут пусть ищут других.
Все дружно закивали головами.
— А мне можно сказать? — вдруг влез Зыбуля.
— Ну, скажи.
— Не надо класть все яйца в одну корзинку.
47
В городе только об этом и говорили: где-то на центральной улице озверевший народ «растоптал» Горбачева. Известия оказались правдивыми. В городе гастролировал театр политических двойников. Спокойно по улицам ходили Сталин и Хрущев; а вот двойника Горбачева постигло несчастье: он лежал в больнице с сотрясением мозга, в весьма тяжелом состоянии.
Мазоня горестно покачал головой:
— Ханурик, разве так надо было действовать! Башку надо иметь на плечах.
Январский отпуск цен, похоже, войдет не только в историю России, но и в учебники по криминалистике. «Либерализация» цен создала финансовый хаос, породила неслыханные прежде махинации в банковской сфере.
Мазоня об этом мог только мечтать. Еще в начале года появились банковские чеки «Россия», которые должны были упростить процедуру взаимных расчетов между предприятиями и фирмами.