Евгений Белогорский – В годину славы и печали (страница 18)
В этот раз они двигались всей огромной зеленой массой, стремясь разом опрокинуть и подавить любое сопротивление уцелевшего врага. Робкие одиночные выстрелы, раздававшиеся с горных склонов перевала, немедленно получали в ответ многоголосый залп из солдатских винтовок, который либо уничтожал вражеского стрелка, либо заставлял его испуганно прятаться. Голова колонны уверенно втягивалась в горловину перевала, когда неожиданно ожили, казалось бы, подавленные пулеметные точки.
Как оказалось, немецкие стрелки заранее покинули свои места и благополучно отсиделись в небольших пещерах неподалеку, чьи каменные своды надежно укрывали их от вражеских снарядов. Теперь же огнем своих ручных пулеметов они принялись яростно сводить старые счеты с солдатами его величества. Идущие впереди пехотинцы моментально залегли, стараясь связать пулеметчиков ответным огнем, тогда как другие устремились в атаку. Разбившись на цепочки, британцы стали перебегать от одного места к другому, стремясь побыстрее достичь каменной гряды и разделаться с проклятыми стрелками.
Наблюдая за боем со стороны, Саммерс уже собирался отдать приказ о повторном подавлении пулеметов врага, когда среди наступающих цепей взорвался артиллерийский снаряд, затем другой, третий. Вначале генерал решил, что это кто-то из своих канониров случайно выстрелил по своим товарищам, но одного гневного взгляда в сторону батарей было достаточно, чтобы понять, пушечный огонь ведет противник.
Шестидюймовые пушки, подтянутые ночью турками, легко сорвали британскую атаку. Огонь из четырех орудий полностью простреливал всю горловину горного прохода, делая его труднопроходимым для армии Саммерса. Едва только на пехотные цепи англичан упали первые снаряды, как они дружно стали падать на землю и залегать за любой камень или бугорок.
– Вперед, вперед! – кричали офицеры, стараясь поднять солдат и как можно быстрее проскочить опасный участок пути и ударить по вражеским стрелкам.
Два взвода австралийцев, презрев грохочущую опасность, сумели проскочить простреливаемое пространство и ринулись на засевших на каменных склонах турков. Следуя их примеру, стали подниматься и другие солдаты, но в это время застучали пулеметы. Предвидя возможность прорыва, немецкие инструкторы стянули сюда большое количество своих пулеметов, которые ликвидировали опасный прорыв.
Видя напрасную смерть своих солдат, Саммерс приказал дать белую ракету, сигнал отхода. Потери британцев были ужасающими, шестьдесят девять человек было убито и свыше ста пятидесяти ранено или пропало без вести. Контрбатарейная дуэль, предпринятая англичанами сразу после отхода солдат, ничего не дала. Пушки Саммерса били наугад по площадям и без всякого результата. Это подтверждали ответные выстрелы со стороны противника, которые благодаря своим корректировщикам огня били точно и слаженно всякий раз, как только британские отряды приближались к проходу.
К концу дня генерал Саммерс был в ярости от столь неприятного конфуза. Его армия несла большие потери, при полном отсутствии какого-либо результата. Безрадостное положение британцев спасли сикхи, которые входили в состав армии Саммерса. Все они выросли в горах и могли быстро и незаметно передвигаться в горной местности, в отличие от остальных британских солдат.
Темной ночью они смогли скрытно подобраться к турецким часовым и напасть на них. Один из турков успел вскрикнуть, прежде чем кривой кинжал сикха оборвал его жизнь. Всполошившиеся немцы спешно открыли стрельбу по врагу, но было уже поздно. Многие из индийцев погибли под смертельным огнем врага, но уцелевшие сикхи смогли забросать пулеметные гнезда врага ручными гранатами, а затем добить уцелевших штыками и кинжалами.
Едва только раздались взрывы гранат и пулеметные очереди, британцы немедленно устремились в новую атаку. Спотыкаясь в темноте об острые камни горной дороги, на этот раз они смогли пройти опасное место и выйти на горный склон перевала. Охранявшие проход турки в панике бежали, без боя уступив противнику столь важную позицию.
Обрадованные успехом англичане попытались развить успех, но тут же потерпели фиаско. По спускающимся солдатам неожиданно сбоку ударили два пулемета, которые поддержали винтовочные залпы опомнившихся турок. Вскоре к ним присоединились пушки, которые стали бить по гребню перевала, четко вырисованному на ночном небе при свете луны. Получив отпор, англичане отвели солдат, оставив на перевале только наблюдателей.
Когда взошло солнце, Саммерс увидел, что противник в полном порядке отступил в глубь страны. Такое быстрое и умелое отступление врага навеяло британскому генералу неприятное предчувствие. Что, впрочем, не помешало ему отправить в Лондон победную реляцию об одержанном успехе. Так начиналась борьба за покорение последнего оплота некогда блистательной Оттоманской империи.
Из письма вице-короля Индии лорда Чемсфилда премьер-министру Ллойд-Джорджу от 25 сентября 1918 года
Дорогой сэр! С прискорбием извещаю вас, господин премьер-министр, о трагической гибели нашей миссии в Кабуле, принявшей мученическую смерть от рук религиозных фанатиков.
По словам чудом спасшегося от ужасной смерти садовника миссии мистера Мортимера, здание миссии подверглось нападению афганской черни утром 23 сентября, которой руководили кабульские муллы и улемы. Несмотря на мужественное сопротивление солдат охраны нашей миссии, открывших огонь по толпе нападавших, афганцы все же смогли прорваться на британскую территорию и стали избивать наших соотечественников.
Возбужденная пролитой кровью и осознанием вседозволенности взбунтовавшаяся чернь принялась убивать всех подряд, невзирая на пол и возраст. Сам мистер Мортимер сумел спастись бегством, переодевшись в мусульманскую женскую одежду. Хорошо зная город, он смог покинуть мятежный Кабул и, достав лошадь, благополучно вышел к нашим пограничным постам в районе Джелалабада.
Узнав об уничтожении миссии, я отдал приказ о направлении к границе частей армии генерала Ридженса, с целью наведения порядка в Кабуле и проведения надлежащего возмездия. Все виновные в этом ужасном преступлении и в первую очередь Аманулла-хан подлежат аресту и передаче особому трибуналу. Все, кто окажет сопротивление действиям британских войск, будут уничтожены согласно законам военного времени.
Секретная телеграмма из Ташкента от спецпредставителя по особым поручениям поручика Вяземского в Ставку Верховного Главнокомандующего генералу Духонину от 30 сентября 1918 года
Согласно последним сведениям, поступившим из Андижана, экспедиция господина Рериха благополучно пересекла Ферганские горы и добралась до Кашгара, где и находится в настоящее время, готовится к переходу в направлении Яркенда. Среди членов экспедиции больных и отставших нет. Все идет согласно первоначальному плану.
Из секретного меморандума гросс-адмирала Шеера, направленного кайзеру Вильгельму от 23 сентября 1918 года
…Оценивая положение дел нашего флота после последних неудач на Балтике, считаю необходимым временно отказаться от борьбы на два фронта и сосредоточить все усилия против британского флота, чьи главные силы на данный момент базируются в Скапа-Флоу, на севере Шотландии.
Оценивая возможность нападения нашего флота на британские корабли в Скапа-Флоу, офицеры моего штаба прогнозируют большие потери среди наших судов, как от огня вражеских линкоров и крейсеров, так и многочисленных минных полей, прикрывающих подступы к вражеской стоянке. Кроме этого, подходы к Скапа-Флоу постоянно патрулируются большим числом миноносцев и подводных лодок, что сводит к нулю результативность нашего удара.
Единственным способом одержания полной победы над врагом, по моему твердому убеждению, является поддержка наших кораблей во время проведения нападения на Скапа-Флоу всеми дирижаблями отряда генерала Берга…
Резолюция Вильгельма:
Секретная телеграмма от премьер-министра Ллойд-Джорджа британскому представителю в штабе союзных сил Уинстону Черчиллю от 21 сентября 1918 года
Срочно приступайте к проведению операции «Возмездие».
Глава IV
Некоторые неизвестные сложного уравнения
В конце сентября в Шарлоттенбурге уже было по-осеннему довольно прохладно, и в камине кайзера весело потрескивали аккуратно колотые поленья. Любое возвращение холода кайзер Вильгельм воспринимал очень болезненно и потому требовал у прислуги хорошо протопить свой кабинет, прежде чем начинать прием докладов. Нынешним первым посетителем был фельдмаршал Людендорф, которого кайзер специально вызвал к себе без Гинденбурга, не желая слушать его нудное старческое кудахтанье. И пусть для всей Германии он по-прежнему оставался героем нации, спасший страну в августе 1914 года от орд русских варваров, единственным военным, способным спасти фатерлянд от позорного поражения в этой войне, по твердому убеждению Вильгельма, являлся Людендорф.
– Начните свой доклад с положения на Западном фронте, Эрих, – произнес кайзер, держа в руке оловянный солдатский стакан с горячим грогом, – на данный момент он важнее всех остальных фронтов.
– Сейчас каждый фронт по-своему важен для нас, ваше величество, – не согласился с мнением кайзера Людендорф, но тем не менее послушно вытащил из общей стопки карту Западного фронта. – На сегодняшний момент здесь нет ничего угрожающего для нас. С большими для себя потерями дивизии противника прорвали «линию Зигфрида» и благополучно уперлись лбом в укрепления «линии Гинденбурга». Без дополнительных дивизий и большого количества танков в ближайшие недели они не смогут начать нового штурма наших укреплений. Я не исключаю такого варианта, что союзное командование попытается продолжить свое наступление, делая ставку на недавно прибывшие во Францию американские части, а также на те танки, которые французские заводы ударными темпами выпускают каждый месяц. По данным разведки, они уже начали появляться в районе Камбре и долины Уазы. Скорее всего, именно здесь Фош и попытается прорвать наши позиции.