Евгений Баранов – Последний из Богов, Рассвет Забвения. Книга 2 (страница 7)

"Так, если у меня вдруг начнётся световая болезнь от твоих фокусов, я тебе припомню," – пробормотал Илья, уклоняясь от очередного шипа, который поднялся чуть быстрее, чем Веня успел его подавить. – "Интересно, Аурен, когда строили этот Храм, думали, что его будут использовать для эвакуации от вселенского Ничто? Или они просто любили сложные головоломки с летальными исходами?"

Веня лишь устало усмехнулся. "Похоже, они были очень дотошными в вопросах безопасности. Слишком дотошными."

"Они защищали моё сердце, дитя. Знали, что Забвение стремится к нему. Их защита была абсолютной," – голос Авроса звучал с нарастающей тревогой. – "Но новый Проводник хитер. Он использует их же механизмы против нас, искажая их волю."

Именно тогда это и началось. Из ниоткуда, из глубин Храма, начали появляться древние Стражи Памяти, те самые гигантские каменные воины, которых Веня уже встречал. Но на этот раз они не были ни "успокоенными", ни "нейтральными". Их глаза горели ярко-красным, злобным огнём, а по их полупрозрачным телам пробегали тёмные вены, словно чернила под кожей. Они двигались с невероятной скоростью, их тяжёлые каменные кулаки крушили всё на своём пути.

"Ох, чёрт! Они вернулись! И они явно не в духе!" – воскликнул Илья, отскакивая назад, когда один из стражей пронёсся мимо, его кулак оставил глубокую воронку в полу. – "Их как будто… апгрейднули! Проводник, он явно не сидел сложа руки!"

Веня почувствовал волны чистой, яростной ненависти, исходящие от Стражей. Это была не их собственная ненависть, а искажённая воля, навязанная им Забвением. Проводник Забвения, стоящий у фрагмента, обернулся к ним. Его синие глаза вспыхнули, и он сделал жест рукой, словно кукловод, дёргающий за ниточки. Стражи ускорились, их движения стали резкими и непредсказуемыми. Они были не просто защитниками, а живыми машинами убийства, полностью подчинёнными воле Проводника.

"Он управляет ими напрямую!" – прорычал Веня, выставляя перед собой ладони. Из его рук вырвался широкий поток изумрудного света, который ударил в ближайшего стража. Это был не очищающий луч, а отталкивающий импульс, который отбросил каменную фигуру к стене, вызвав оглушительный грохот. Однако страж быстро поднялся, его красные глаза горели ещё ярче.

"Их воля полностью подавлена, дитя! Ты не сможешь освободить их без прямого контакта с каждым! Мы должны пройти!" – голос Авроса был полон отчаяния. Он понимал, что у Вени нет времени на "исцеление" каждого стража.

"Отлично! Значит, играем в прятки с гигантскими каменными булыжниками!" – Илья ловко увернулся от удара другого стража, его оберег вспыхнул. – "Их слишком много! Веня, сосредоточься на фрагменте! Я их задержу! Хотя бы на пару секунд!"

Илья начал метать свои диски с невероятной скоростью, создавая ослепляющие вспышки вокруг стражей, заставляя их замедляться и дезориентироваться. Он использовал свои знания тактики и свою скорость, чтобы отвлекать внимание гигантов, не давая им сосредоточиться на Вене. Это была отчаянная, но необходимая мера.

Веня понимал, что каждая секунда, потраченная на борьбу со стражами, даёт Проводнику время для осквернения фрагмента. Он почувствовал, как тьма вокруг кристалла сгущается, и из него начали доноситься искажённые, болезненные звуки, похожие на стоны умирающей памяти.

Он сосредоточился. Вся его энергия, вся воля Авроса, всё его отчаяние слились в одно. Он поднял обе руки, направляя их на пространство между ним и Проводником. Из его ладоней вырвался пульсирующий, золотисто-синий луч, который, ударившись о пол, начал расширяться, создавая купол чистой энергии. Этот купол был не просто щитом; он был барьером, который искажал пространство и время, замедляя движение Стражей и прерывая их связь с Проводником.

Проводник Забвения замер. Его синие глаза сузились. Он не ожидал, что Веня сможет создать такую мощную пространственно-временную аномалию. Нити тьмы, тянущиеся к фрагменту, на мгновение замерли, а затем задергались, словно их дёрнул невидимый кукловод.

Веня тяжело дышал, удерживая купол. Он чувствовал, как силы Авроса внутри него работают на пределе. Этот приём был невероятно мощным, но он не мог поддерживать его долго. Это был их единственный шанс добраться до фрагмента.

"Бежим, Илья!" – крикнул Веня, его голос был напряжён. – "Пока он в замешательстве!"

Илья кивнул, бросился вперёд, ловко проскальзывая сквозь замедлившихся стражей. Теперь всё зависело от скорости Вени и его способности добраться до Последнего Фрагмента раньше, чем Проводник Забвения завершит свою зловещую работу.

Купол из чистой энергии, искажающий пространство и время, дрожал и пульсировал, сдерживая ярость древних Стражей Памяти. Веня чувствовал, как каждая секунда поддержания этого барьера выжимает из него последние соки, но он не мог его ослабить. За ним, в глубине зала, Илья, ловко уворачиваясь от замедлившихся, но всё ещё грозных каменных фигур, продвигался к центру, пытаясь отвлечь их внимание.

Взгляд Вени был прикован к Проводнику Забвения, который теперь, освободившись от прямого воздействия Забвения, стоял прямо перед Последним Фрагментом. Его искажённая, теневая рука уже почти касалась сверкающего кристалла, и тьма вокруг артефакта сгущалась, словно жадный зверь, готовый поглотить добычу. От кристалла доносились мучительные стоны, звуки искажаемой памяти и исчезающих воспоминаний.

"Нет!" – прорычал Веня, его голос был глубок и полон гнева. Он не мог позволить этому случиться. Он отпустил купол, и каменные Стражи, вновь обретя полную скорость, устремились к нему с утроенной яростью. Но Веня уже не обращал на них внимания. Он рванул вперёд, направляя всю оставшуюся энергию на рывок к фрагменту.

Проводник, почувствовав его движение, резко обернулся. Его синие глаза вспыхнули, и из них вырвался ослепительный луч тьмы, который ударил прямо в грудь Вени. Это был не просто энергетический удар; это был импульс забвения, который пытался стереть его из реальности, отделить от Авроса, от всего, что он знал.

Веня почувствовал леденящий холод, который пронзил его насквозь. Образы его жизни, лица близких, воспоминания о приключениях – всё начало рассыпаться на миллионы осколков, словно разбитое стекло. Его собственное существование начало меркнуть. Это было ужасающее, невыносимое ощущение аннигиляции.

"Не поддавайся, дитя! Ты – Предвестник! Твоя воля сильнее! Вспомни!" – голос Авроса, теперь уже звучащий как миллион голосов внутри Вени, наполнил его сознание. Это был не приказ, а поток чистейшей энергии памяти, который боролся с забвением, восстанавливая утраченные фрагменты.

Веня закричал. Это был не крик боли, а крик чистого сопротивления. Он сосредоточился на каждом своём воспоминании, на каждом мгновении, которое делало его тем, кто он есть. Он вспомнил улыбку матери, шутки Ильи, вкус бабушкиных пирожков, шум океана, падение с горы… все, даже самые мелкие, детали его жизни. Сила памяти Авроса слилась с его собственной, создавая непробиваемый щит из существования.

Луч тьмы Проводника разбился о этот щит, рассыпавшись на миллионы искр, которые тут же исчезли. Проводник Забвения отпрянул, его безэмоциональное лицо выражало что-то, похожее на шок. Он не ожидал такого сопротивления.

"Ты… ты не можешь стереть меня!" – прорычал Веня, его глаза горели радужным светом, а тело окружала мерцающая аура. Он сделал шаг вперёд, ощущая невероятную, почти безграничную мощь, исходящую от полностью проснувшегося Авроса. – "Я – память! Я – воспоминание! Я – Жизнь! И я не дам тебе стереть эту реальность!"

Он поднял руку, и из его ладони вырвался ослепительный, концентрированный луч света, который был не просто энергией, а чистейшей эссенцией Существования. Это был Пульс Бытия, направленный прямо в Проводника. Луч ударил в теневую фигуру с силой, способной разорвать гору. Проводник Забвения, застигнутый врасплох этой новой силой, издал беззвучный крик, который, однако, отозвался в сознании Вени как пронзительная агония. Его тело начало рябить и распадаться, тьма вокруг него заплясала, пытаясь удержать форму.

В то же время, Илья, видя, что Веня отвлёк Проводника, не терял времени. Он подбежал к одному из Стражей Памяти, который всё ещё пытался прорваться сквозь остатки энергетического барьера. "Ну что, каменный дружище, хватит спать! Нам нужна помощь!" – крикнул он, и, к удивлению Вени, который отчаянно сражался с Проводником, Илья резко ударил своим оберегом по груди Стража. Оберег вспыхнул ослепительным белым светом, и часть тьмы, окутывающей Стража, на мгновение рассеялась. Каменная фигура дрогнула, и её красные глаза на короткое мгновение сменились на синие, полные древнего знания. Страж повернулся, его тяжёлая рука метнулась не к Илье, а к другому Стражу, отбрасывая его в сторону.

"Я его перезагрузил!" – крикнул Илья, явно гордясь своим подвигом, но тут же увернулся от ответного удара второго Стража. – "Кажется, у него короткое замыкание! Ненадолго!"

Веня не мог ответить. Он сосредоточился на Проводнике, который теперь отступал, его форма распадалась. Луч Бытия продолжал прожигать его сущность. Проводник понял, что эту битву ему не выиграть.

Пульсирующий золотисто-синий луч, испущенный Веней, насквозь прошил Проводника Забвения. Теневая фигура, издав беззвучный крик, начала быстро распадаться, словно дымка на ветру. Черные щупальца, тянувшиеся к Последнему Фрагменту, съежились и исчезли. Проводник отступил не в пустоту, а растворился в тенях самого Храма, оставляя после себя лишь ощущение глубокого, проникающего холода. Он был повержен, но не уничтожен; его сущность просто отступила, чтобы перегруппироваться, как ядовитое пятно, ушедшее под кожу.