Евгений Аверьянов – Якорь души (страница 11)

— Хочу, — сказал я. — Но не вслепую.

Я поднялся и подошёл к группе. Они встали, как по команде. Некоторые тревожно переглянулись.

— Прежде чем я открою вам путь, — начал я, — вы должны понять: я не играю в бога. Не раздаю силу просто так. Я не из тех, кто создаёт секту. Но… знания, которыми я делюсь, опасны. Если они попадут в чужие руки — это обернётся разрушением. Моим. Вашим. И, возможно, того будущего, за которое мы сражаемся.

Я сделал паузу.

— Поэтому — клятва. Добровольная. Через систему. Она не будет сковывать вас, не заставит служить. Но она исключит предательство. Она защитит вас и меня от того, что может случиться, если кто-то решит, что знает лучше.

Кто-то сглотнул. Один шагнул вперёд — молча. Затем ещё двое. Вскоре — все.

Система зафиксировала клятвы.

Они стали первой клятвенной десяткой. Первыми, кто не просто доверился мне, а подтвердил это на уровне, где ложь невозможна.

— Завтра утром, — сказал я, — мы выходим. Путь займет два - три дня. Если место подойдёт — оно станет нашим домом. И не просто приютом — оплотом нового порядка.

— Ты хочешь стать царём? — спросил кто-то с усмешкой.

— Я не хочу царства, — ответил я. — Я хочу, чтобы каждый разумный мог сам решать, кем он станет. Без подачек. Без кланов. Без родов.

— Но кто-то должен стоять первым, — сказал Илья.

— Возможно. Но не выше — а впереди.

В ту ночь огонь горел особенно ровно.

Мы шли плотной группой, не привлекая внимания. На рассвете миновали последние ржавые будки и сползшие с опор кабели. Вышли на открытую зону — бывшую промплощадку, где ветер гонял обрывки пластика и сухую траву. Впереди — старая трасса, уходящая на восток. Путь был свободен. Почти.

Почти — потому что нас уже ждали.

Из тени рухнувшей эстакады вышли дюжина человек — в обветшалых бронежилетах, с ружьями и кастомными мечами. У некоторых были энергетические браслеты, дешёвые, но рабочие. По походке и взглядам было ясно — не охотники, не стража. Банда. Но… официальная.

Они представляли власть трущоб.

— Куда собрались? — хмуро бросил их командир, шагнув вперёд. Высокий, с платком на лице и красной полосой на броне. Символ одной из группировок, контролирующих территорию.

Я не ответил сразу.

Ветер качнул пыль.

Я, не подавая вида, провёл ладонью вдоль бедра — и активировал щит, накрыв им всех своих. Сфера плотной прозрачной энергии легла куполом, невидимая, но неуязвимая.

На всякий случай.

— Странно, — сказал я спокойно. — С каких это пор вы решаете, куда можно идти свободным людям?

— Это наша территория, — процедил один из бойцов. — И наши люди. Мы не позволим уводить их неизвестно куда.

Я сделал шаг вперёд, не повышая голоса:

— А давно у вас тут снова крепостное право? Или, может, у всех тут на шее ошейники, о которых я не знал?

Слова повисли в воздухе.

Мои напряглись. У некоторых ладони дрогнули, тянулись к рукояткам.

Саня стоял спокойно. Илья — тоже. Остальные — молчали, но смотрели на меня. Ждали.

— Мы не рабы, — сказал один из бойцов за их спинами. Молодой, не старше двадцати. Его командир одёрнул, но уже поздно.

— Вот именно, — кивнул я. — Я не забираю их. Они идут по своей воле. И если у вас есть разум, а не только грубая сила, то мы разойдёмся миром.

Наступила тишина.

Долгая.

Густая.

Командир смотрел мне в глаза.

Потом — на тех, кто стоял позади. Слишком много незнакомых лиц. Слишком уверенно держатся.

И слишком тихо стоят — будто готовы, если что, убивать.

Он хмыкнул.

— Ладно. Не сейчас. Не здесь. Идите.

— Умный выбор, — ответил я.

Они развернулись и ушли.

Мы не двигались ещё пару минут, пока последние фигуры не растворились в пыльной дали.

Только тогда я убрал щит.

— А если бы не ушли? — шепнул кто-то из своих.

— Тогда… — я посмотрел на горизонт. — Мы бы оставили меньше свидетелей, чем хотелось бы.

Но всё же… хорошо, что не пришлось.

Дорога была долгой, но не трудной.

Не все мои люди получили новые возможности, но они старались идти не жалуясь. Иногда переговаривались, иногда молчали — но с каждым часом становились сплочённее. Ещё не воины, но уже не просто выживающие из трущоб.

Первые монстры появились на третьи сутки пути.

Из разорванной земли вырвались покрытые чешуёй твари с вытянутыми пастями и когтями, как ножи. Быстрые. Хищные. Слаженные.

— Не рыпаться, — бросил я.

Сферой магии воздуха я подрубил одного на лету, второго размазал ледяным шипом. Остальные бросились в рассыпную, но не успели. Мои заклинания обрушились на них, как буря. За полминуты всё было кончено.

Я выпрямился и посмотрел на своих. Никто не закричал. Не упал. Только Илья и Саня смотрели спокойно — они уже знали, на что я способен. Остальные — удивлены, но не дрожали.

— Это была разминка, — сказал я. — И таких моментов будет много.

Кто-то сглотнул. Кто-то сжал кулаки. Никто не сбежал.

Дальше были ещё нападения — из лесополос, из трещин в асфальте, один раз — прямо с неба. Летучее создание, похожее на сплетение крыльев и кишащих в них лиц, попыталось утащить одного из новичков. Плохая идея.

Оно упало, обледенев, и с треском разбилось.

Глава 5

На шестой день мы вышли к пологому холму. Втроём мы бы добрались намного быстрее, но я не мог рисковать и задерживаться в трущобах, для усиления всех.

— Там, — указал Илья. — Там был тот посёлок. Почти замок.

Я кивнул и обернулся к группе.

— По прибытии первым делом каждый из вас пройдёт через ритуал повышения потенциала.

Вы получите средоточия мифического уровня. Все три.

Это будет ваш фундамент.