Евгений Аверьянов – Руины древних (страница 48)

Три ядра есть. Три врага впереди.

Значит, осталось сделать невозможное всего… три раза.

Хранитель нахмурился, когда я упомянул, что пора бы узнать, кто следующий в моём списке безумных целей.

— Следующий, — начал он, медленно чертя пальцем по воздуху, — обитает в зоне, которую мы зовём Грозовым венцом. Представь себе бесконечную бурю. Молнии сверкают каждую секунду, гром гремит, не умолкая ни на миг. Небо над этим сектором разорвано на части, как будто в самой атмосфере поселился гнев богов.

— Звучит… романтично, — пробурчал я, поджимая губы.

— В центре этой симфонии хаоса живёт Грозовая птица. Огромная. Пернатая. Скорее, полуживая стихия, чем зверь. Она питается самой бурей, поглощает молнии, будто это вода для неё. Быстро летает, ещё быстрее убивает. Но…

— Вот сейчас будет часть про «но», да? — с надеждой спросил я.

Хранитель кивнул:

— Но… к ней редко кто заходит. Она не ждёт угроз. Поэтому почти не следит за округой, не патрулирует, как тот же ящер. Не отлавливает случайных разумных, как огр. Она лениво дрейфует в самом центре.

Это её слабость — самоуверенность. Тебе не придётся бегать от неё по всей зоне. Всё, что тебе нужно — добраться до неё незамеченным. Ну или почти незамеченным.

— Добраться до центра грозовой зоны, наполненной молниями и звуками, — я прищурился. — Скрытно. Прекрасно. Почему бы ещё и барабан не взять, чтобы не так скучно было?

Хранитель усмехнулся:

— Не забудь зонтик.

Я закатил глаза и посмотрел на растрескавшуюся землю у своих ног. Следующая цель — буря на крыльях. И мне нужно либо пробраться к ней и нанести удар первым, либо… ну, на второй вариант лучше не рассчитывать.

Я вздохнул.

Грозы, молнии, летающая смерть.

Отличный день, чтобы поджариться.

Дорога к границе зоны гроз не была сложной — земля выжжена, деревья обуглены, а воздух несёт в себе постоянный гул напряжения. Даже не войдя в зону, я уже чувствовал, как волосы на руках встают дыбом от накопленного электричества в атмосфере.

Я остановился у разлома в земле, за которым начиналась настоящая буря.

Небо там было постоянно в движении: тучи клубились, сверкали и взрывались, испуская молнии с такой частотой, что глаз просто не успевал фиксировать вспышки. Пыль, искры, статический воздух — каждый вдох будто пощёчина.

Я невольно отступил на шаг.

«Одна молния — и меня можно выковыривать из земли щепоткой соли».

Шанс выжить там без защиты… стремится к нулю.

Слишком плотные разряды. Слишком частые удары.

«Нужен громоотвод. Да какой громоотвод?.. Я что, буду бегать с шестом из меди и надеяться, что молнии в него попадут, а не в мою башку?»

Я обернулся, глядя на руины позади себя. Может, где-то там ещё остались остатки древнего оборудования? Или хотя бы что-то из металла, что можно использовать?

— Мне бы зенитку, громоотвод и костюм из резины, — пробормотал я и хмыкнул. — Или хотя бы храбрость уровня самоубийцы.

В голове всплыл старый принцип — электричество всегда бьёт в самое высокое и самое проводящее. Значит, если сделать высокую мачту, которая примет на себя удар, а сам спрятаться ниже — есть шанс.

Но тогда возникает другая проблема:

«А как это перетащить на территорию? И не расплавится ли она с первого же разряда?»

Размышления сменялись идеями, идеи — сомнениями.

Но ясно было одно: без плана я туда не сунусь. Это не ящер, которого можно взорвать. Это не огр, которого можно заманить в яму. Это — ходячий ураган, и мне нужно либо стать молнией, либо научиться её переживать.

Я выдохнул и взглянул на зону.

— Пожалуй, начнём с поиска куска железа. Или чего-нибудь похожего.

Я сгребал в кольцо всё, что напоминало металл: обломки древних механизмов, остатки арматуры, куски колонн. На вид — мусор, а по сути — мой шанс не превратиться в поджаренного голубя.

Рядом, как из воздуха, возник Хранитель.

Он молча наблюдал, как я обрабатываю очередной прут и натягиваю на него заострённый кусок меди.

— Что ты творишь, дитя техногенного безумия? — наконец не выдержал он, скрестив руки на груди.

— Изготавливаю громоотводы. Хочу воткнуть их по границе сектора, сделать коридор для прохода. Если повезёт, выживу и даже не задымлюсь.

Хранитель прищурился.

— И ты правда веришь, что пара железяк спасёт тебя от птицы, питающейся самой бурей?

Я пожал плечами.

— Это лучше, чем просто шагнуть туда и ждать, когда из меня вылетит душа. Ты же сам сказал: она не следит за территорией. Может, удастся подкрасться.

— Ох, — он тихо хмыкнул. — Сразу видно — дитя мира машин и технологий, только недавно вынырнувшее в магическую реальность.

Он подошёл ближе, коснулся одного из металлических прутов.

— Знаешь что? Ты на правильном пути… почти. Но такие штыри — нужно усиливать рунами. Простая железка — это просто металл. А вот руна-притяжения молнии… Она не просто притянет разряд — она возьмёт его на себя.

Я приподнял бровь.

— Ты знаешь такие руны?

— Знаю. Покажу. Но ты сам будешь их вырезать, я не ручной мастер. И учти, наконечники лучше из серебра, а если не хватит — медь сойдёт. Эти металлы более «чувствительны» к энергии. И магии тоже.

— А если всё равно шарахнет?

— Тогда постарайся не орать слишком громко, я не люблю крики боли. Нарушают атмосферу.

Я кивнул и усмехнулся.

— Значит, вырезаем руны, расплавляем серебро и делаем штыри. Ужасно не хочется умирать от молнии после всего, что я пережил.

Хранитель сделал жест рукой, и передо мной возник светящийся символ — узор рун, похожий на спираль и стрелу одновременно.

— Начинай с этого. Это основа. Если выживешь — я научу тебя усиливать молнию. Вдруг решишь кормушку этой птицы отобрать.

Первые руны я вырезал дрожащими пальцами, чувствуя, как металл сопротивляется. Уж не знаю, магия ли, напряжение ли от предстоящего похода сквозь ураган, но каждый удар резца будто требовал от меня не только силы, но и концентрации. Когда первые десятки штырей были готовы, с выгравированными рунами-приманками и наконечниками из меди и серебра, я взглянул на них с удовлетворением — настоящая колючая стена между мной и смертью.

— Красиво, — хмыкнул Хранитель. — Почти жаль, что их сейчас начнёт поджаривать один за другим.

Я промолчал. Перекинул связку готовых штырей в пространственное кольцо и направился к границе зоны.

Глава 20

Первый шаг внутрь сектора бурь — словно вошёл в гнев богов. Воздух вибрировал, волосы вставали дыбом. Я вбил первый штырь — и почти сразу в десятке шагов от меня ударила молния. Приземлилась на штырь. Работает.

Дальше — ещё один. И ещё. Постепенно, по мере вбивания, я начал прокладывать узкий коридор. Каждый шаг вперёд давался с трудом, и с каждым ударом молнии становилось жарче, хотя дожди лились сплошной стеной.

На тридцать третьем штыре молния попала не в него — а в меня.

Меня отбросило назад, в доспехах пошёл дым, и только привычка падать правильно спасла от перелома шеи.

— Уф… — выдохнул я, лежа на холодной земле за пределами сектора. — Ну хоть не на голову.

Хранитель появился рядом, ухмыляясь: