Евгений Аверьянов – Руины древних (страница 32)
Лезвие — в бок.
Щит — в грудь.
Подсечка — и первый упал.
Клинок — в горло. Конец.
Оставался второй.
Он не убежал. Не попытался сдаться. Он просто воткнул себе кинжал в грудь, глубоко, уверенно — с мерзкой усмешкой на губах.
— Ну нет. Нет-нет-нет, — выдохнул я, чувствуя, как волосы на шее встают дыбом.
Тело его вздрогнуло. По полу разлилась густая, багровая кровь, будто расплавленное железо. От неё тянулись тонкие линии — в воздух, в камень, в само пространство.
Сквозь них пробилось низкое, дрожащие биение энергии, как пульс из недр самого кольца.
— Вот только этого не хватало…
— О да, — раздался знакомый голос.
Старик появился сбоку, словно просто шагнул из воздуха.
— Поздравляю, мальчишка. Твой тёмный активировал маяк. Это как развесить над головой табличку: "Свежее мясо здесь!"
— Ты выглядишь... немного обеспокоенным, — сказал я, медленно оборачиваясь.
— Не льсти себе, — фыркнул он. — Я не беспокоюсь. Я стар. Я опасен. И я умею договариваться.
Он посмотрел на остатки ритуального круга, который начал медленно тлеть фиолетовым пламенем.
— А вот ты — нет.
— Этот тёмный принёс себя в жертву, чтобы приманить Хозяина зоны. Возможно даже… не одного.
Я сглотнул.
— То есть… ты хочешь сказать, что монстр с хорошим аппетитом сейчас идёт ко мне?
— К тебе, к твоим костям, к твоим друзьям, — старик пожал плечами. — Вопрос философский. Главное — ко мне не идёт. Я уже пообщался с местным однажды. И, по иронии, остался жив. А вот ты...
Он наклонился чуть ближе.
— Ты ведь ещё даже к чаю не пригласил.
Он улыбнулся. Насмешливо. Почти с добротой.
— Держись подальше от центра зоны, если не хочешь стать жеванкой. И, да — спасибо за шоу. Правда. Особенно момент с новым щитом. Такой драматичный, почти театральный.
Он исчез, растворившись в воздухе, оставив только запах палёной пыли и ощущение, что что-то большое уже смотрит в мою сторону.
— Отлично, — выдохнул я. — А я ведь думал, день уже испорчен.
Я взглянул на рукоять меча, затянул потуже ремень на доспехе и побрёл вперёд — подальше от ритуального круга и ближе к неизбежным проблемам.
— Готовься. — Голос старика раздался откуда-то из темноты, как всегда внезапно. — Он близко.
Я хотел что-то ответить, может быть даже саркастическое, но не успел.
Мир впал в бездну.
Тело словно придавило тысячами каменных плит.
Я рухнул на колени. Дыхание сбилось. Грудная клетка — будто в тисках.
Даже мысли замедлились, прилипли к черепу, как жевательная резинка.
И тогда он появился.
Фигура — вытянутая, окутанная живыми тенями, будто ткань на нём была соткана из змеящихся щупалец ночи.
Он не шёл — скользил по воздуху, как иллюзия, как кошмар, ставший реальностью.
От него разливалась аура, давящая, словно само пространство отказывалось существовать рядом с ним.
И голос.
Не слова — раскаты грома, вгрызающиеся в кости:
— Кто посмел меня побеспокоить?!
И тут, совершенно спокойно, даже лениво, раздался знакомый голос старика:
— Изыди из храма света, слуга тьмы.
Тени вокруг фигуры шевельнулись, и голос стал ещё громче, с металлическим лязгом:
— И кто меня изгонит? Немощный старик?..
Пауза.
— Или, быть может, вот этот полуживой человечишка?
— И не таких роняли, — спокойно бросил старик.
Секунда — и в его руках вспыхнул шар пламени, огромный, ревущий, живой.
Он метнул его.
Пламя взвыло, пронеслось через зал, озарив стены. Воздух задрожал.
Тени метнулись навстречу, поглощая огонь, будто всасывая его в себя, но на мгновение фигура вздрогнула.
Это её задело.
Тьма сгустилась, вздрогнула... и рассосалась.
На её месте теперь стоял... молодой человек.
На вид — лет двадцать пять. Приятное лицо, немного уставшее, с лёгкой щетиной. На нём была тёмная, но вполне обычная одежда.
Голос тоже стал обычным, живым:
— Велигор, старый ты колдун... Опять тёмных изводишь?
Старик, теперь — Велигор, усмехнулся, резко сменив тон:
— А я их не звал. Сами приползли. Чай будешь?
— Конечно буду. А это что за еле живой парнишка? Не похож на тёмного.
— Да вот, свалился на мою седую голову. Криворукий, но живучий. Учить приходится понемногу.
Давление сошло на нет, как будто с меня сняли бетонную плиту. Я жадно вдохнул, ощутив, как в тело возвращается сила.
— Я... ещё жив? — хрипло выдавил я.
— Угу, — буркнул Велигор. — И не скажу, что заслуженно.