Евгений Астахов – Путь Водного Дракона (страница 45)

— Рен, пойми, — произносит она, — для нас секта стала домом. Мы столько лет провели здесь, следуя её учению. Мы не можем просто так предать её.

— Даже если она ведёт вас по неверному Пути? К смерти и бессмысленным жертвам? — я смотрю на них с горечью. — Неужели наша дружба ничего не значит?

— Значит, но… — Юн сжимает кулаки. — Ты же сам ушёл к Черепахам. Как мы можем доверять тебе? Вдруг это уловка, чтобы ослабить Лазурный Поток?

Мне будто пощёчину залепили. Подавшись назад, смотрю него тяжёлым взглядом. Неужели они могут так думать обо мне?

Хочу ответить, но осекаюсь. Бессмысленно. Они слишком глубоко увязли, мои слова их не убедят. Нужно что-то посильнее.

— Хорошо, я понимаю вашу позицию, — ровно говорю я. — Просто приглядитесь внимательнее к тому, что происходит в секте. Обещайте, что не станете слепо верить всему, что вам говорят, а подумаете своей головой. Хорошо?

Юн и Лиу переглядываются.

— Ладно, обещаю, — нехотя бурчит девушка. — Раз ты так просишь… Присмотримся.

Её спутник кивает.

— Спасибо, — искренне улыбаюсь я. — Для меня это очень важно.

— Эх, и почему всё так сложно⁈ — взъерошив волосы, стонет Юн и заказывает ещё вина. — Вот раньше было проще. Тренируйся, служи, и голова не болит. А теперь думай тут, кто прав, а кто виноват.

— Цена мудрости, — невесело хмыкает Лиу.

На этом наш разговор увядает. Мы ещё немного сидим, вспоминая беззаботные деньки, но тяжесть недосказанного висит между нами. Однако мне кажется, что я посеял зерно сомнения. Остаётся лишь надеяться, что оно прорастёт. Рано или поздно они поймут, что я прав. Вопрос лишь, не будет ли тогда уже слишком поздно.

Мне ничего не остаётся, как вернуться к тренировкам. Проводя время в основном павильоне, я больше узнаю о настроениях. Завоевав уважение у части учеников, мне несложно получить информацию, но стараюсь делать это ненавязчиво, чтобы меня ни в чём не заподозрили. Слишком рано действовать открыто. Надо заручиться большей поддержкой, и желательно из обеих сект.

Слухи и истории, гуляющие по секте, мне не очень нравятся. Кто-то с горечью рассказывает о загадочных убийствах на территории секты, а другие с гордостью заявляют об удачных вылазках на территорию Лазурного Потока. Я уверен, что без крови там точно не обошлось. И это опять кровь невинных людей.

После тренировки в основном павильоне я возвращаюсь во дворец к учителю и неожиданно встречаю Наоки. Выглядит обычно миловидная девушка так себе. Бледная кожа, чёрные круги под глазами и печать усталости на лице.

Она рассказывает, что её перевели сюда совсем недавно. До сих пор мечница находится в статусе наставника, но патриарх скоро должен повысить её до мастера. Я искренне радуюсь этому событию, но прошу уединиться, отчего вгоняю девушку в краску. Она смущена, но соглашается.

Мы с ней выходим на небольшую аллею рядом с одной из пагод, где можем поговорить без лишних ушей. Я замечаю, как она нервничает, теребя рукав одежды. Но стоит мне завести серьёзный разговор, как она тут же берёт себя в руки.

— Наоки, послушай, — начинаю я, глядя ей прямо в глаза. — Ты же видишь, что творится вокруг. Секты на грани войны. Мы должны что-то предпринять, пока не стало слишком поздно.

Она хмурится и отводит взгляд.

— Что за вздор ты несёшь, Рен? — её кулаки сжимаются, но в этом жесте нет истинной злости. Скорее, сомнение и усталость.

— Неужели ты не замечаешь, как растёт напряжение? — настаиваю я. — Все эти стычки, убийства мирных жителей… Разве ради этого мы ищем силы? Чтобы убивать безобидных селян?

— Рен, я… Я не могу… — Наоки прикусывает губу, явно борясь с собой. — Нефритовая Черепаха — моя семья. Я столько лет отдала ей. Как я могу пойти против неё?

— Даже если она ступила на кровавый Путь? — тихо спрашиваю я.

Наоки молчит, отвернувшись. Я вижу, как дрожат её плечи.

— Ты не понимаешь, — наконец произносит она срывающимся голосом. — Я… Со мной творится что-то странное. Эти сны, видения… Я почти не сплю. Этот голос преследует меня, но я боюсь слушать его. Боюсь того, что он может сказать…

Признание даётся ей нелегко. Я слышу в её словах усталость и смятение. Вот почему она выглядит такой измождённой в последнее время! Но всё же… всё же она цепляется за свои убеждения.

— Голос? — я вскидываю бровь.

Она лишь отмахивается.

— Я бы хотела помочь тебе, но… Я пока не могу, — она качает головой. — Прости, Рен.

Наоки вымученно улыбается и уходит, оставляя меня одного. Я смотрю ей вслед, чувствуя горечь и разочарование. Что ж, по крайней мере, она честна со мной и с собой.

Видения, что мучают её. Быть может, в них кроется что-то важное? Ключ к прошлому, к примирению? Не знаю. Однако я чувствую — нити судьбы сплетаются всё туже. Сколько ещё у нас времени, прежде чем всё запылает?

Я тяжело вздыхаю и возвращаюсь к тренировкам. Надо становиться сильнее. Достаточно сильным, чтобы суметь потушить грядущее пламя. Или хотя бы направить отвести его от тех, кто не заслужил подобной участи.

Странная просьба Рена становится для Юна и Лиу откровением. Видимо, они действительно слишком много времени провели в секте и в упор перестали видеть очевидное.

Событий вокруг происходит немало, но за тренировками на них сложно обратить внимание, если целенаправленно не искать правду. Болтать любят везде, а где болтовня, там и вранье. Так что поначалу ни Юн, ни Лиу не верят своим ушам, однако в один из дней историям про грядущую войну находится вполне реальное подтверждение.

В секту на лодках прибывают тела дюжины учеников, погибших в столкновении с адептами Нефритовой Черепахи. И это лишь верхушка айсберга. Секта быстро полнится слухами, что в этой стычке погибли не только бойцы, но и мирные жители, оказавшиеся меж двух огней.

Оглядев тела павших, Лиу пристально смотрит на Юна. Тот вздыхает и медленно кивает. Безмолвная договорённость связывает их крепче верёвки.

Теперь они сами хотят повидаться с Реном, чтобы дать свой ответ. Поэтому в ожидании следующей поездки в Хукоу начинают искать противников войны в секте.

Время продолжает лететь с бешеной скоростью. Сражения с учителем приносят свои плоды. Я беру ещё одну ступень Серебряного Богомола. Однако даже так пропасть, лежащая между нами, остаётся непреодолимой.

— Отлично, Рен! — одобрительно хлопает мне Драсс, когда я едва стою на ногах. — Ты сегодня действительно отлично поработал.

— Непохоже, что вы устали, мастер, — глухо отвечаю я, восстанавливая дыхание.

— Сегодня я полон сил, так что не удивляйся. Наши тренировки полезны не только для тебя, но и для меня! — раскатисто хохочет учитель. — Хочешь продолжить?

Я сажусь на вытоптанную моими же ногами землю тренировочной площадки.

— После небольшого перерыва, если позволите.

— Простите, господин! — к нам на площадку выбегает ученик, прислуживающий сегодня во дворце.

— Говори, что стряслось?

— Мастер Наоки просит вашего разрешения увидеться с Реном.

Мастер? Патриарх Карнато не стал тянуть и повысил её. Интересно, зачем я ей понадобился? Хочет поделиться со мной радостью?

— Это же твоя бывшая наставница, Рен? — смотрит на меня учитель.

— Да, мастер, — киваю я.

— Всё же старик выполнил мою просьбу, — довольно улыбается Драсс Фен. — Сходи в центральный павильон, как раз отдохнёшь. По возвращении жду от тебя ещё один спарринг!

— Благодарю, учитель! — я вскакиваю и торопливо покидаю дворец.

В центральном павильоне иду к пагоде, где живут мастера, и подле дверей дежурными встречаю своих товарищей — Ярна и Дерра. Два здоровых, крепко сбитых парня, типичные представители секты. Они братья-близнецы, похожие на приручённых диких зверей. Не особо умные, зато искренние и добрые. С ними я хорошо поладил во время тренировок.

— Привет, Рен, — машет рукой Ярн. — Мастер Наоки тебя уже ждёт.

Отличить эту парочку сложно. Они похожи почти как две капли воды. Помогает цепкий взгляд художника. Я распознаю их только по родинкам. Однако сегодня на лице Дерра красуется синяк, из-за чего его глаз заплыл и почти не открывается.

— Вас, смотрю, сегодня поставили здесь в наказание? Вы же личные ученики мастеров, — по-доброму смеюсь над ними. — Что случилось, с кем-то подрались? И кто этот смельчак, рискнувший бросить вам вызов?

— Он, — Дерр тычет пальцем в своего брата.

От этого мне становится ещё веселее. Узнав, где живёт Наоки, я иду внутрь пагоды, как меня окликает Дерр:

— Послушай, Рен, вот что я вспомнил. Мы тут недавно в Хукоу заглядывали, в трактир… Название не припомню.

— Короче, неважно, — перебивает его Ярн. — Трактирщика вроде Янисом зовут. Так мы там с этим недоумком, — кивок в сторону брата, — опрокинули настойку, болтали и о тебе разговор зашёл. Так вот, тогда хозяин подошёл и расспросил нас.

— О чём? — тороплю я близнецов.

— Говорит, твои друзья какие-то скоро в Хукоу будут. Через неделю где-то. Просили тебе весточку передать.

— Спасибо! На обратном пути поболтаем.

Общие знакомые у меня с Янисом только Юн да Лиу. Возможно, они всё же одумались.

Уже на подходе к двери в комнату Наоки в нос ударяет приятный аромат жасмина.