Евгений Астахов – Пробуждение Силы. Том I (страница 23)
Бесконечный гвалт: крики торговцев, стук телег, ржание лошадей, визги чаек над головой. Повозки громыхают по широкими улицам, а людей здесь целое море. Разделение на пешую и проезжую части более явное, в некоторых местах даже мостики есть для пешеходов.
Всё бурлит и шумит, кружа мою голову. Замираю и жадно вдыхаю воздух. Он иной, ведь здесь нет деревьев, только камень. Дома, словно сваленные друг на друга, безустанно стремятся к небу и порой его зажимают, превращая улочки в узкие тёмные каньоны.
Город бесконечен и похож на лабиринт. Если уйти далеко от центральных проспектов, здесь можно навеки потеряться. А что ещё хуже, есть риск нарваться на проблемы. Деревенщина с открытым ртом очень легко может поймать боком сталь в тёмном переулке. Поэтому я стараюсь меньше походить на жертву, веду себя максимально неприметно и уверенно, как свой. Вот только с моим ростом и телосложением это даётся непросто. Я, как скала, нависаю над остальным людом.
На ночь остаюсь в трактире и узнаю, как добраться до Академии. Ответ простой — туда ведут все дороги. Звучит дико, но завтра смогу проверить.
Город не спит даже ночью, лишь громкость производимого шума меняется. Она накатывает на окнами комнаты тихим прибоем. Сон не идёт, а когда удаётся забыться, сразу вскакиваю. Мешают мысли. Большую часть ночи провожу в медитации и стараюсь собраться. Волнение никак не проходит.
На следующее утро всё же умудряюсь заплутать. Приходится уточнить у трёх дам, одетых в шелка, что, хихикая, тычут в меня пальчиками, как добраться до Академии Великого Пути. Выглядят они словно драгоценные камни. Ухоженные, яркие и крайне блестящие.
— Откуда же ты такой взялся? — говорит высокая и стройная незнакомка, прикрываясь узорчатым рукавом роскошного ханьфу цвета неба.
— Из твоих грёз, — с поклоном отвечаю я, пряча усмешку.
— О-о, красавчик… — пищит другая в изумрудном наряде, выглядывая из-за подруг.
— В моих снах точно не было такого деревенщины. Разве что в кошмарах, — надменно фыркает рыжая в рубиновых одеждах, подпоясанная золотистым поясом, но глаза её блестят интересом. — Все дороги ведут в Академию, — повторяет она мне ранее услышанную присказку. — Центральные, по крайней мере.
Острая на язык девица указывает точёной рукой с дорогими перстнями, каждый стоит не меньше моей деревни.
— Ещё увидимся, — долетает мне в спину, и следом раздаётся звонкий смех, так похожий на трели экзотических пташек.
Я упорно шагаю через волны народа и камни строений. Добираюсь до огромной площади перед ещё одной грядой величественных стен. На входе возвышается красочная арка, где стоит стража, а по краю шагает караул, отбивая ритмичную дробь.
Под высокие своды спокойно проходят люди, и я устремляюсь туда же, но мой путь мгновенно преграждает остриё пики.
— Эй, куда собрался? — внимательно смотрит нам меня страж в дорогих доспехах.
— Это же Академия? — со всей учтивостью спрашиваю я, слегка поклонившись.
— Да, — кривится он, — но ты не ответил на мой вопрос!
— В неё и собрался, — пожимаю плечами.
— Вход для прислуги с другой стороны, — хмыкает он, разом теряя ко мне всякий интерес.
— Я не из прислуги, а собрался поступать в Академию, — по телу прокатываются волны Ки, высвобождаю свою ауру, но не агрессивную, а спокойную, отражающую мои эмоции прямо сейчас.
От моих слов ближайшие стражи заливаются громовым хохотом, а проходившие внутрь люди сдержанно хихикают, прикрываясь рукавами.
— Тебе лет-то сколько, парень? — закатывает глаза охранник. — И до сих пор Журавль. Не позорься.
Смешки продолжаются.
— Этого недостаточно, — более дружелюбно отзывается его сосед. — А денег, видно по одежде, у тебя не хватит. Разве, что обе сумки ими набиты.
Они ещё смеются, а потом просто игнорируют, пристально изучая каждого входящего. Даже у богатеев в нарядных одеждах время от времени требуют какой-то пропуск. Незамысловатая деревяшка с несколькими символами и плетёной косичкой нитей. Такой у меня нет.
Ненавязчиво стараюсь разузнать у людей, выходящих из Академии, как туда можно попасть, а также хоть какую-то информацию о незнатных учениках. Многие со мной даже говорить не хотят и воротят нос. Однако и среди знати есть отзывчивые люди. Первым из заговоривших со мной оказывается парень в розовых одеждах с золотыми узорами. Статный и спокойный, он сразу же прерывает попытки его охранников отогнать меня.
— Слышал, что в нашей Академии учатся и простолюдины, даже видел их пару раз, но больше мне сказать нечего. Ты кого-то ищешь? — глаза у него добрые, и смотрит участливо.
— Сестру, она должна учиться в Академии, но связь с ней оборвалась.
— Тогда тебе лучше попытать счастья на входе для прислуги. Там народ приветливее, — улыбается он без какой-либо насмешки.
Мне удаётся разузнать про подработку на грузовых воротах от нескольких человек из прислуги. Их удаётся вычислить по униформе и поведению.
Я уже собираюсь отправиться к другому входу, когда возле арки на площади разыгрывается интересная сцена.
— Где мой сын⁈ — пожилой мужчина в недорогой накидке буквально штурмом пытается пробиться в Академию.
Охрана небрежно, словно отмахиваясь от назойливой мошки, преграждает ему путь оружием.
— Эй, мужик, напился, что ли? Иди просохни! — рычит один из стражей, делая шаг к нему.
— Что вы с ним сделали? — мужчина настроен серьёзно, он делает ещё одну попытку.
Представление прерывает несколько караульных, проходивших мимо, они быстро уводят незнакомца, чтобы он не привлекал внимания других людей. Уводят, к моему сожалению. С радостью бы пообщался с этим человеком. Сдаётся мне, нас может связывать похожая ситуация.
Здание Академии огромно, и к служебному входу я добираюсь только к закату. Ворота в исполинских стенах по левую руку от главного входа больше похожи на калитку, в сравнении с высотой стены. Здесь тоже дежурит бдительная стража, а ещё стоит с десяток телег на разгрузке, и целая вереница ожидает своей очереди.
Заправляет здесь крепкого вида мужчина с закрученными в стороны усами, подкрепляя беспрерывный процесс крепким словечком, а нерасторопных грузчиков — шлепками длинной трости. Охрана меня примечает сразу, но даже и слова не говорит, когда видят, к кому я направляюсь. Таких желающих тут много.
Я подхожу к местному начальству, что возвышается над простыми смертными на груде ровно сложенных ящиков.
— Работники нужны?
Он опускает на меня глаза и морщится:
— Ну, если ты быстрей этих кривоногих ослов?.. — с этими словами господин вытягивает тростью по лопаткам очередного грузчика, проходящего мимо, заметно его ускоряя. — Шевелите ногами, бездари! Вам ещё овощи на кухню доставлять!
Смотрю на него, а потом на телеги.
— Прямо сейчас?
— Нет, завтра! — в голосе собеседника прорывается злой сарказм.
Киваю и опускаю к его ногам свои сумки.
— Быстрее, отребье, если продолжите ползать черепахами, урежу оплату вдвое! — мотивация так и сыплется из него.
Во дворе раздаётся недовольный крик, и я удивлённо поворачиваю голову.
Знакомый голос.
Примечание от авторов: дорогие читатели, не хватает обратной связи от вас. Как вам пока история?
Глава 16
Его обладателем оказывается Ямато, который ругается на недотёпу, перевернувшего корзину с травами.
— Что встал? — смотрит на меня усач. — Ящики сами себя не перенесут.
— Знакомого увидел, — показываю на спину уходящего старика.
— Повар с главной кухни, — накручивает ус начальник и кивает мне в сторону повозок.
Работа занимает почти всю ночь. Процесс однообразный и несложный. Я загружаюсь, как мул, и тащу от телег до кучи, что складываем на границе ворот, а оттуда уже носят дворовые слуги. Все они одеты в одинаковую белую униформу и чёрные шестиклинные шапочки, плотно облегающие череп. На шее у них висят медальоны.
Слуги распределяют товары по назначению и уже оттуда уносят в недра дворцового комплекса Академии. Ещё пару раз замечаю Ямато, осматривающего продукты. Некоторые, поморщившись, он отправляет обратно.
Попутно в редкие моменты передышки общаюсь с товарищами по работе. Узнаю, почему такой ажиотаж и как часто тут происходят подобные разгрузки. В Академии, со слов местных, работы невпроворот. Будто не лучшие из лучших приехали учиться, а пол-империи. Так что товары прибывают сюда почти без остановки. Также сейчас готовят какой-то праздник к возвращению одного из генералов с западных рубежей. Отличная возможность подзаработать для простого люда, ведь обычно дворовые слуги справляются сами.
На рассвете нас рассчитывают. Усатый начальник выдаёт каждому стопку монет, на глаз определяя ценность работника. Мне достаётся два десятка медных орионов, что вызывает удивление и даже недовольство среди остальных. Однако стоит грузчикам зашуметь, как один из стражников с силой стучит древком копья по земле, и все сразу стихают, продолжив молча принимать свою оплату.
Я отхожу в сторону, подобрав свои сумки, и начинаю проверять их сохранность. В такой толчее могли и умыкнуть что. Все мои мысли о том, как проникнуть внутрь Академии.
За всю ночь ни один из наёмных работников не пересёк границ ворот. А парочка, подошедших слишком близко, сразу получила нагоняй от стражи. Ночные работяги разлетаются словно сонные мухи, но сюда уже подходят новые желающие подзаработать. Старший сменяется. На гору ящиков взбирается худощавый мужик в дорогих золотистых одеждах и начинает командовать. Работа после десятиминутного перерыва закипает с новой силой.