Евгений Астахов – Аутсайдер (страница 8)
Насколько понимаю, это атака чистой плазмой, что хорошо.
Потому что у меня как раз есть способность, позволяющая впитать чужую энергетическую атаку.
Я активирую
Огненные фракталы и частицы, едва коснувшись границы барьера, теряют свою разрушительную силу. Молниеносно втягиваются в бушующее пламя, становясь его частью, питая его своей энергией. С каждой поглощённой крупицей адского огня моя аура разгорается всё ярче и жарче.
Метеор, кажется, не сразу понимает, что происходит. Он продолжает направлять в меня потоки светлячков, но те лишь усиливают мою
Я чувствую, как во мне концентрируется чудовищная мощь. Это уже не просто пламя — это суть неукротимой стихии огня, очищенная и сконцентрированная до предела. Нет, даже больше — сама квинтэссенция звёзд, вырванная из солнечных недр. Кажется, сожми я её в кулаке — и испепелю половину этой планеты.
Но у меня есть цель поинтереснее.
Вскинув руку, я возвращаю всю накопленную энергию обратно Орду. В тот же миг ослепительный поток чистого, концентрированного света срывается с моих пальцев и несётся к цели.
Противник пытается защититься, посчитав, что огонь ему нипочём. Зря. Моя атака настигает его в мгновение ока и обрушивается на него со всей колоссальной мощью первозданных звёзд.
То, что происходит дальше, можно описать с трудом. В месте попадания вспыхивает новое солнце. Яростная вспышка на миг затмевает всё вокруг, а следом приходит ударная волна, швыряющая меня прочь, впечатывая в стену.
Когда зрение проясняется, я вижу врага… вернее, то, что от него осталось. Большая часть его тела просто испарилась, распалась на атомы под воздействием чудовищных температур. Уцелевшие фрагменты брони оплавлены и деформированы до неузнаваемости. Из культей рук и ног торчат почерневшие обломки костей.
Каким-то чудом ублюдок ещё жив. Его грудь судорожно вздымается, а пустые глазницы запрокинуты к потолку. Из обожжённой глотки вырываются сдавленные хрипы — в вакууме не услышать, но я прекрасно их представляю.
Неторопливо подхожу к поверженному врагу. Метеор мелькнул и погас. Сожжён дотла собственным же огнём. Иронично.
Я склоняюсь над обугленными останками и с холодной яростью произношу:
— Решил напугать меня огнём? Думаешь, меня впечатлит этот жалкий фейерверк? Я прошёл сквозь инферно, чтобы оказаться сегодня в этом зале, дружок. Может быть, мы и вскарабкались оба по трупам, но в отличие от тебя, я здесь не один. За моей спиной поколения Стрелков, которые прекрасно знают, как нужно обходиться с такими кровожадными ублюдками, как ты.
Выпрямляюсь и добавляю уже равнодушно:
— Когда окажешься внизу, передавай, что тебя послал Егерь.
Ксенос пытается просипеть что-то в ответ, но Колючка ставит точку в нашей дискуссии одним ёмким выстрелом.
Убираю револьвер в кобуру и уже тянусь к мерцающему жетону противника, но замираю. Что-то не так. Какое-то… предчувствие? Интуиция?
Нет ни шума, ни смазанного силуэта, ни предупреждающих точек от
А в следующий миг мир взрывается болью. Правую руку, чуть выше запястья, словно перерубает невидимым раскалённым лезвием. Вспышка, удар в грудную клетку, и меня отшвыривает к стене. В глазах на секунду темнеет от боли, а в ушах стоит звон.
Вокруг всё ещё пусто, если не считать распластанного Метеора.
Перевожу ошарашенный взгляд на свою конечность и с губ срывается поток проклятий. Кисть, вместе с креплением наруча, отсечена начисто. Культя дымится, прижжённая энергетическим лезвием, а доспехи вокруг неё оплавлены.
Рука вырастает новая — на неё плевать.
Проблема в том, что на одном из её пальцев красовалось Экстрамерное кольцо.
С тремя ключами.
Глава 6
Приближаю к себе обгорелый обрубок и мрачно рассматриваю срез. Что ж, бывает. Конечность отрастёт, не впервой. А вот потеря трофеев — это куда серьёзнее. Я в один миг лишился как экипировки, так и всех ключей, что успел насобирать за время этого безумного квеста. Сказать, что я в ярости — это ничего не сказать.
Обшариваю взглядом зал в поисках руки с кольцом, но без толку. Ни следа похитителя, словно его тут и не было. Впрочем, ничего удивительного. Судя по тому, как лихо меня раздели, работал профи. Какой-нибудь мастер-невидимка или карлик-фантом. Если такой спец не хочет быть обнаруженным, хрен его найдёшь.
Неожиданно в гарнитуре Трансивера раздаётся незнакомый голос:
— Считай это платой за наглость, ублюдок. Пропорциональный ответный удар за проявленное тобой на Карнии неуважение к нашему клану. В следующий раз будешь знать, как без спросу охотиться на чужой территории. Мы таких выходок не прощаем. Радуйся, что сегодня потерял только руку, а не голову.
Кипящее во мне бешенство только усиливается. Они серьёзно полагают, что если поделили Сектора на карте, то получили право вымогать плату за уничтожение монстров на их землях?.. А рожа не треснет⁈
— Слушай сюда, умник, — цежу я сквозь зубы. — На морде того гада не было написано, что он чужая собственность, но даже, если бы и знал, мне насрать. Хотите взимать дань за охоту в вашем Секторе? Для начала, докажите, что способны его контролировать. Желаешь мне что-то предъявить? Возвращайся, обсудим.
Ответом мне служит лишь едкий смешок, а затем связь обрывается. Матерюсь сквозь зубы. Гнида! Ударить исподтишка и свалить, даже не показав личика. Ну ничего, я до тебя ещё доберусь…
Так, табличка с держателями ключей. У Азуриона всё ещё один, у Калисты — тоже. А вот у загадочного Эльмодара теперь красуются аж пять штук! Тех самых, что были у меня буквально минуту назад. Всё сходится.
Значит, ты и есть тот говнюк, что оттяпал мне конечность. Ну держись, сучонок. Сейчас я до тебя доберусь — и мы продолжим этот разговор на языке жестов. Посмотрим, как запоёшь, когда я запихну свой ствол тебе в глотку.
Сцепив зубы, перевожу дух. Так, надо взять себя в руки. Точнее, в руку, хех. Подумаешь, потерял барахло. Бывает. Зато голова цела, а это главное. Прорвёмся.
Напоследок обыскиваю остывающий труп Орда.
В деньгах улов неплохой, а вот способность мне явно зажали. Сучье мстительное Сопряжение.
Собрав трофеи, включая кольцо мертвеца, я решительно шагаю к лифтовой шахте. В голове уже прокручиваю возможные тактики, прикидываю ресурсы. Итак, что там у меня осталось? Два револьвера в кобурах на поясе, излучатель Гелиос на спине, нож, тройка гранат. Негусто, конечно, но на первое время хватит.
В Экстрамерном хранилище Метеора беглый взгляд находит запас инъекторов, взрывчатки и здоровенный пулемёт[1], который больше подойдёт стационарной зенитке.
Похоже, покойный просто обожал большие пушки. Учитывая размер его топора, немудрено. Где он, кстати? А, вот. Потом продам какому-нибудь коллекционеру. Ступень A, между прочим.
Краем глаза замечаю, как культя руки начинает подрагивать и пульсировать. Следом приходит знакомое ощущение — будто тысячи раскалённых игл потихоньку впиваются в плоть. Регенеративный инъектор, автоматически активированный Модулем управления, произвёл укол. Регенерация пошла, дела налаживаются. Через четверть часа снова буду как огурчик, разве что злой как чёрт.
Выбравшись наружу, тут же подзываю Баярда. Аэростид послушно опускается рядом, гулко лязгнув копытами по иссушенной земле. Да уж, денёк выдался тот ещё. С трудом забравшись в седло, с силой сжимаю коленями стальные бока скакуна.
— А теперь давай, дружище, найдём этого хитрожопого хмыря.
И мы взмываем в небо, поднимая клубы серой пыли.
Я пытаюсь нащупать Эльмодара при помощи
Вся материя в радиусе километра становится ретранслятором, передающим мне отголоски окружающей действительности. Я напитываю их крупицами своей арканы, и постепенно они сплетаются в единую сеть, невидимую паутину, опутывающую развалины древнего города. Теперь малейшее колебание энергетического фона отзовётся во мне, как дрожь струны в душе музыканта.