Эвелин Бризу-Пеллен – Тайна Карты вечности (страница 42)
– Мисс Обриэн! С дороги!
– Не вмешивайтесь, мисс Салливан. Вы хороший человек. Это не ваша война. Если вы влезете, мне придется вас убить.
– Нет, это теперь и моя война! Пусти меня к моим ребятам и его высочеству! Живо!
– Мне придется вас убить.
Мейбл ощутимо трясло от адреналина, от ужаса происходящего и беспокойства за тех, кто остался в доме. Она посмотрела на окна особняка, выглядывающие пустующими глазницами над плечами Паулины, но ни криков, ни движения не услышала. Она не хотела верить в то, что ей придется скрестить клинки с начальницей охраны, верой и правдой служившей принцу Йохиму, но все складывалось только так, и никак иначе. Времени было мало и становилось все меньше.
Мейбл прикусила губу и встала в боевую стойку, крепче вцепившись в рукоять. Лицо Паулины на мгновение удивленно вытянулось, а потом она приняла более устойчивую позу. Сердце Мейбл отчаянно заколотилось. Сможет ли она потягаться с начальницей охраны, которая, по слухам, владела мечом столь искусно, что могла сражаться с целой толпой вооруженных людей?
– Было честью общаться с вами, мисс Салливан, – тихо сказала Паулина.
Мейбл сильнее прикусила губу, бросила взгляд туда, откуда кричала Шерил, куда рвалось ее сердце, а затем Паулина напала.
С грохотом их клинки скрестились, отражая блеск молнии.
Они расходились и сходились с громким звоном, с хлестом царапали лезвиями металлические грани друг друга, желая добраться до плоти. Мейбл кружилась вокруг Паулины, едва успевая уклоняться от ее стремительных атак. Она невероятными усилиями заставляла себя сконцентрироваться полностью на бое, хотя все время хотелось посмотреть на окна особняка, чтобы увидеть в них силуэт Шерил и мальчишек с принцем, но у нее не было такой возможности. Почему-то именно сейчас Мейбл вспомнила, как в детстве отец учил ее фехтованию, хотя тогда она ужасно не любила это занятие. Мейбл была слишком доброй, упрямой и убежденной в том, что драться ей предстоит только с чудовищами, что в их общине никогда не будет такого, чтобы она подняла оружие на человека. Отец ругал ее каждый день, устраивал взбучку и силой заставлял выходить против него на бой. Когда подрос Джек, он стал ставить их друг против друга, но к мальчику отец был в миллион раз строже и требовал еще больше. Позже они вдвоем зализывали раны, прячась в сарае, где жили их овцы, и ругались на родителей, хотя сейчас Мейбл была благодарна отцу за то, что он так хорошо ее натренировал. Он был строгим, она вечно ходила вся в ссадинах и синяках, но зато сейчас это помогало ей выжить.
Как жаль, что все убеждения Мейбл пошли трещинами и рассыпались мелкой крошкой. Она дралась с людьми, дружила с чудовищами, а ее мать была первой, кто сдал ее на суд, хотя девушка искренне ее любила и верила в то, что та не предаст. Отец поддержал мать, но от него хотя бы это было ожидаемо, потому что заветы и правила общины для Салливана-старшего были важнее собственной семьи.
Мейбл очнулась от размышлений, благодаря свое тело за то, что даже бессознательно оно продолжало двигаться в бою. Она едва успела уклониться от близко просвистевшего лезвия и вздрогнула, услышав со стороны особняка грохот и крик. Мейбл бросила мимолетный взгляд в сторону окон, и этого хватило, чтобы пропустить удар.
Паулина по инерции потянулась за оружием всем телом, когда Мейбл увернулась, и из этого же положения сумела как следует врезать девушке локтем в ребра, стоило той отвлечься. Мейбл охнула, едва не завалившись в траву, но успела выставить локоть и предплечье, сдерживая новый удар ногой от мисс Обриэн. Бок и грудь скрутило острой болью, мышцы словно дернула судорога, но Мейбл прикусила изнутри щеку и заставила себя двигаться даже через боль, отталкивая женщину. Она тут же напала снова, нанося хаотичные удары, но Паулина ловко их отклонила, чтобы в очередной раз подловить ведьму и атаковать уже с другой стороны, метя в плечо.
Мейбл застонала, сделала вид, что упала на землю, а когда Обриэн нависла над ней, чтобы нанести удар, извернулась и сделала ей подсечку, взмахнув ногой. Паулина совсем не изящно шлепнулась на задницу, тут же попыталась откатиться в сторону, но Мейбл предугадала ее действия и успела пихнуть стопой в живот. Паулина зарычала совсем не по-человечески, вцепилась пальцами в лодыжку девушки и дернула на себя. Мейбл вскрикнула от неожиданности, но рывком поднялась и ударила кулаком наотмашь ей в лицо. Разъяренные женщины отскочили друг от друга, как кошки, встрепанные и покрытые сухими листьями и травой. Паулина вытерла кровь с подбородка тыльной стороной руки и с изумлением уставилась сначала на алые пятна на своей коже, а потом на Мейбл.
– Пропусти меня, и мы закончим бой, – сказала Мейбл, заставив себя выпрямиться через боль в ребрах.
– Вы нарываетесь, госпожа ведьма, – холодно процедила Паулина. Еще немного – и ее зрачки стали бы тонкими ниточками, как у змей.
– Надо же, я больше не мисс Салливан, – едко бросила Мейбл.
– Тот, кто, как баран, не видит главного, недостоин моего уважения.
– Уважение?! Там что-то происходит! Вы решили убить детей и его высочество! Ты думаешь, мне есть дело до твоего уважения?! – возмутилась Мейбл. – С дороги!
– Человеческий вид так слаб. Неизменно защищает тех, кто слабее, не видя, как они тащат его на дно, – прошипела Обриэн.
Мейбл не стала ничего говорить на этот выпад, она замахнулась клинком и понеслась в атаку, чтобы пробиться к особняку. Они снова схлестнулись в битве, окружая себя звоном стали. Над ними сгущались тучи, норовя прорваться остужающим дождем. Поднимался пронизывающий ветер. Возможно, становилось прохладнее, но Мейбл в пылу битвы не чувствовала холода, продолжая атаковать и уворачиваться.
В отчаянии Мейбл решила пойти на хитрость, только бы удалось проскочить мимо Паулины. Она выждала момент, схватила пригоршню рунных камешков из кармана поясной сумки и тут же швырнула в лицо мисс Обриэн. Та вскрикнула, закрывая глаза рукой, а в следующий миг, едва Мейбл шепнула заклинание, она закричала, отмахиваясь от дыма.
Мейбл успела заметить, как Паулина согнулась пополам, как ее всегда собранные в тугой пучок волосы неожиданно рассыпались по плечам и спине, но ей было не до разглядываний. Изначально Мейбл не хотела сильно ранить этим мисс Обриэн. Она даже не думала, что рунные камешки сработают на ней, ведь Паулина была человеком, правда ведь?
Правда?
Глава 14
Шерил казалось, что прошла вечность, прежде чем она осознала, что произошло, но на деле промелькнуло несколько секунд. Что-то влажное, теплое оросило каплями ее ноги, окрасило пятнистым подол платья и даже попало на лицо.
– Чад! – сорванным голосом вскрикнул Йохим.
Тело Чада перестало напоминать человеческое. Его руки и ноги удлинились, покрылись древесной корой и жгутами лиан, в черных волосах запутался клочьями мох, а из глазницы и виска проросли ветвистые деревца-рога. Несмотря на то что все тело Чада стало деревянным, словно сотканным из огрубевших лиан, оно не было крепче человеческого, и острое блестящее лезвие стрекозы увязло в его плече так глубоко, что рука только чудом осталась держаться на теле. Через густо и тесно сплетенные стебли сочилась темно-вишневая кровь. Она капала на пол частыми каплями, стекалась в крупные лужицы, заполняла щели между досками.
Шерил до болезненного вздоха задержала дыхание, а когда нашла силы выдохнуть, из ее горла вырвался сдавленный стон. Она поднесла руку к лицу, а затем с ужасом оглядела перепачканные кровью пальцы.
Чад застонал с ней в унисон, пошатнулся, но устоял и вцепился рукой в голову механического стража, оплетая лианами. Его древесное тело с неприятным хрустом заполняло пространство перед дверью, лианы-жгуты стелились по полу и крепко держали ноги второй стрекозы, задержав ее на ходу. Та дергалась вперед и назад, озадаченно расправляла и складывала обратно крылья, и гул механизма в ее грудной клетке попеременно сбивался с ритма.
Первая стрекоза распахнула крылья, зажужжала, пытаясь вытащить голову из захвата, ее клинок задвигался в теле Чада, и Шерил едва не вытошнило на собственные туфли. Они вчетвером были зажаты древесным телом Чада и стрекозами у запертых дверей, и мир Шерил сузился до этого клочка особняка, до крови на их одежде и лицах и металлическом привкусе на губах. Сердце билось так громко, что закладывало уши.
– Чад, нет! – Йохим выронил ключи, которыми пытался открыть дверь, и вцепился в плечо существа, не зная, что делать и как быть. Стрекозы от голоса принца словно пришли в ярость, и механизмы в их телах загудели с удвоенной силой.
Второй механический страж дернулся вперед, не замечая скованности ног, и взмахнул острой лапой-клинком, но Чад дернулся вбок и принял удар на себя, подставляя второе плечо. Лезвие прошло насквозь, задевая бок Йохима, и тот заорал от боли.
– Ваше высочество, бегите, – прохрипел Чад.
– Надо уходить! – взволнованно воскликнул Джек.
Эден, сориентировавшийся в общей панике, дрожащими руками уже вскрывал замок за его спиной ключами принца.
– Но, Чад… – Шерил едва могла оторвать взгляд от крови.
Стрекозы продолжали пытаться выдернуть лезвия, которые будто увязли в теле Чада.
– Бегите! – крикнул Чад.