Эве Лин – Отец подруги. (не) для меня (страница 4)
Мужчина уходит, оставляя меня одну. С грохотом закрывая дверь.
Все так же стою, прижимаясь к стене. Что это сейчас было? Закусываю губу, только со мной могло такое произойти.
Закрываю дверь на защелку и только тогда раздеваюсь. Тело стало чувствительным и покрылось мелкой россыпью мурашек, соски набухли, и только сейчас я понимаю, что они точно выделялись через тонкую ткань, а значит, мужчина видел это…
Захожу в душ, тут есть несколько баночек с шампунем Клавы. И один мужской. Сама не осознаю, что делаю: тянусь именно к нему.
В ноздри сразу же ударяет запах ментола и чего-то пряного. Мне нравится этот запах, отмечаю, что он идеально подходит своему владельцу. Прихожу в чувство, заставляя себя больше не думать об этом. Быстро моюсь и выхожу.
Через полчаса ко мне заходит сонная Клава. Предлагает позавтракать. Опасаюсь, что, возможно, мы будем делать это с ее отцом, но на кухне его нет.
– Какие планы на сегодня? – спрашивает подруга, намазывая на булочку масло.
Пожимаю плечами, особых планов и не было.
– Прогуляюсь недалеко. Возможно, куплю еще немного тетрадей для универа.
– Эх, Анька, скучная ты, – со вздохом произносит она, и мне становится немного обидно. – У тебя такие возможности, ты же теперь живешь в столице!
– И что с того? – немного обиженно произношу я.
Подруга не успевает ответить, так как на пороге появляется ее отец. Мужчина теперь в красивом костюме, который идеально сидит на нем. Несколько татуировок все равно видны под белой рубашкой, расстегнутой на две пуговицы. Массивные дорогие часы украшают его запястье. Теперь он выглядит как бизнесмен с обложки журнала.
– Я на работу. Буду поздно, – бросает он, смотря сначала на дочь, а потом на меня. И, честно, меня словно пронзает током от тяжести его взгляда. Перед глазами проносится то, что сегодня произошло в ванной.
– Хорошо, пап, удачно там всех «проглотить»! – кричит Клава.
Мужчина уходит, оставляя нас одних. А я вопросительно смотрю на нее.
– Мой папа – крупный инвестор, покупает акции прибыльных компаний, приумножая их доходы. И да, я считаю, что это порабощение, потому что после этого они всецело подчиняются ему, – объясняет подруга.
– Ого, – выдыхаю я. До этого мне слишком далеко, но суть я поняла.
– Так вот, я предлагаю не тухнуть тут, а сходить куда-нибудь в центр, посмотреть красивые и знаменитые места. Ты вот была на Красной площади?
– Нет, – отрицательно качаю головой.
– Все, решено! – она хлопает в ладоши. – Сегодня едем туда! Без возражений.
Я и не пытаюсь. Если подруга что-то решила, так тому и быть. После плотного завтрака мы одеваемся и направляемся в центр города. На машине не вариант, поэтому проходимся пешком.
Все же хорошо, что Клава предложила мне сходить именно сюда. Потому что видеть вживую и по телевизору – разные вещи.
– Я, когда приехала сюда первый раз, тоже не могла оторваться от вида.
Мы стоим в самом центре площади, среди оживленных туристов, которые тоже, как и мы, фотографируются.
– А что на самом деле случилось? – наконец-то решаюсь спросить я. Когда подруга резко уехала, забрав все документы из школы, все были в шоке, как и я. Она не рассказывала, что планирует переезжать. – Ты так резко уехала…
– Тогда мою маму позвали сюда на более заманчивую должность. – Знаю, что ее мама работала в одном из филиалов известной торговой марки. – Конечно же, денег на жилье у нас не было. Если продать нашу двушку, то тут даже самую дешевую квартиру не купишь. И тут подсуетился отец. Мама ненавидела его, запрещала мне общаться с ним, хотя я знаю, что он пытался, помогал деньгами…
Она отворачивает голову и смотрит в сторону, на серые тучи.
– Знаешь, я же тоже его ненавидела, думала, он плохой. А сейчас понимаю, что мое рождение было ошибкой этих двоих.
– Не говори так, ты не ошибка!
Конечно же, мне не понять, каково это – когда твои родители ненавидят друг друга. Мои всегда жили в любви, мире и согласии. Я была для них долгожданным ребенком.
– Нет, это так. Эти двое совсем разные, они бы просто не ужились друг с другом. И да, я для них была полной неожиданностью. Мама возненавидела отца, ведь у нее как раз пошла карьера. Она думала, это он во всем виноват, хотя это совсем не так.
Удивляюсь, с каким теплом говорит дочь об отце, которого обрела не так давно.
– Но вот ей дали новую должность, и отец предложил мне переехать к нему. А ей – занять вожделенный пост. Мама теперь часто улетает в разные страны. И с отцом даже как-то легче жить. А еще я ему очень благодарна за то, что он помог мне поступить на журналистику.
Это мечта Клавы с самого детства. Помню, что учитель всегда хвалил ее сочинения за живой язык и интересность. Также подруга увлекалась фотографией, и даже подзарабатывала на этом.
– Ну ладно, пошли выпьем кофе, тут недалеко есть уютная кофейня, – она указывает рукой в сторону. – Нам не помешает согреться.
Это я за. На улице и правда похолодало. Кофе в кофейне, куда мы зашли, действительно очень вкусный. Я взяла миндальный раф, а подруга – пряный латте.
С хорошим настроением мы решили продолжить нашу прогулку. Делая это почти до самого вечера. Домой мы вернулись часов в семь.
Поужинав, мы решаем посмотреть фильм на огромном дисплее, а потом расходимся по комнатам. Отца Клавы все еще нет.
Ложусь, начиная дремать. Но потом резко просыпаюсь. На улице еще темно, только лунный свет пробивается сквозь задернутые шторы.
А потом я слышу шаги, тяжелые. И запах. Его запах. Отца подруги. Все мое тело напрягается, словно перед прыжком. Чем ближе он, тем сильнее учащается мое дыхание.
Шаги слишком близко к моей двери. Он останавливается прямо напротив. А я чувствую, как замерла, не дышу. Что он хочет?..
Не знаю, сколько это продолжается, но мне кажется, я даже чувствую его запах, такой насыщенный, попадающий в легкие, словно никотин.
Вот сейчас он повернет ручку, чтобы открыть мою дверь. Чтобы… проверить, что все хорошо, или… закончить начатое…
Глава 5
Вспоминаю его слова о том, что больше это никогда не повторится.
Но нет, ничего не происходит. Я слышу, как шаги удаляются от моей комнаты. Еще долго не могу успокоиться, думая одновременно обо всем и ни о чем. Но все же усталость берет свое, и я засыпаю.
За завтраком о ночном происшествии не вспоминаю. Отец Клавы вообще не упоминает об этом, хотя откуда он знает, что я не спала. Сегодня он, наоборот, слишком молчалив и не обращает на нас никакого внимания. Взглядов в мою сторону нет, хотя я сама украдкой бросаю их. Карим Тагирович напряжен, вся его поза свидетельствует об этом. Он что-то читает на планшете, попивая только кофе, хотя на столе много блюд.
Мне приходится болтать с Клавой, которая любит это делать по утрам. В отличие от меня.
Мы решаем сходить сегодня по магазинам. Мне еще нужны кое-какие канцелярские принадлежности, а Клава просто хочет купить обновки к началу учебного года. Поэтому все это совмещаем.
Вечером опять садимся смотреть фильм. На этот раз к нам присоединяется отец подруги. Диван большой, но нам все равно приходится соприкасаться друг с другом. Особенно мне, так как получилось, что я сижу в середине.
– Какой фильм будем смотреть? – спрашивает Клава, включая плазму и уже заходя в специальное приложение.
– Давай «Тихоокеанский рубеж», – слышу я совсем близко от себя. Табун мурашек опять проносится по моему телу.
– Первый фильм? – уточняет Клава.
– Конечно, второй уже неинтересный, – отвечает Карим Тагирович, а потом резко тянется к попкорну, лежащему на тумбочке. При этом ему приходится соприкоснуться с моей ногой, отчего я немного дергаюсь. Клава не видит этого, но мужчина замечает. Но руку не убирает, а спокойно берет то, что ему нужно, при этом не отодвигаясь ни на миллиметр от моей ноги.
Дальше начинается фильм. Я делаю вид, что смотрю, а сама мысленно ругаю себя за такую реакцию моего тела на близость мужчины. Возможно, дело в том, что у меня практически нет опыта в отношениях и я воспринимаю отца подруги как того, кто может дать его. Но нет, лучше бы мое тело выбрало кого-то другого. Хотя бы моего сверстника. Весь фильм я чувствую взгляд отца подруги на себе, или это моя разыгравшаяся больная фантазия? Но факт остается фактом, мне нужно как можно реже соприкасаться с ним. И вообще постараться не думать и не провоцировать…
И вот судьба словно сжалилась надо мной. Карим Тагирович уезжает в командировку, а у меня наконец-то начинается учеба.
Первого сентября я очень волнуюсь. Словно не в университет иду, а в первый класс.
Тщательно подбираю одежду, хотя запас у меня скудный по сравнению с гардеробом Клавы. Она, кстати, тоже собирается с самого утра. Даже раньше меня встала, проведя почти два часа в ванной, так что мне пришлось стучаться, чтобы быстрее сделать свои дела.
Ну все, вот я и готова. На мне простой черный пиджак, еще со школы, и голубой свитер. Конечно, видно, что он старенький, но такой удобный. А еще я верю, что именно он принесет мне удачу.
Клава не зря встала так рано. Она выглядит великолепно. Светло-русые волосы красивой волной лежат на ее плечах. Скромный, но очень удачный макияж. Идеальные стрелки… Кажется, что их сделал профессиональный визажист. Элегантный костюм темно-бордового цвета и остроносые черные лаковые туфли на высокой шпильке завершают образ.