Эвангелина Андерсон – Востребованная (ЛП) (страница 13)

— Посмотри на меня, Оливия, — потребовал он, и Лив к собственному раздражению обнаружила, что повинуется.

— Что?

— Ты та, кого я хочу. Та, в ком я нуждаюсь, — сказал Брайд. От жажды в его глубоком голосе Лив вздрогнула. — И ты великолепна. Мягкая, с изгибами во всех нужных местах. И твой аромат просто потрясающий. Такой сладкий и приятный.

Лив нахмурилась.

— Не понимаю, о чём ты. Я даже не успела принять душ, прежде чем двое этих громил схватили меня.

Он покачал головой.　

— Не имеет значения. Я хочу тебя настолько сильно, что мне на всё плевать. Чёрт, да если бы ты позволила, я бы взял тебя прямо у этой проклятой стены. — Он свернул глазами, заставляя её сердце выбивать барабанную дробь в груди.

— Я… — Лив покачала головой, отступая. Однако Брайд всё ещё крепко держал её за руки. — Ты… ты не можешь, — наконец-то удалось выговорить ей. — Тебе нельзя.

Подарив ей волчью ухмылку, Брайд отпустил её.

— Пока. Идем, моя каюта уже близко, за следующим поворотом.

Ее сердце стучало в груди, грозясь выскочить наружу, пока Лив следовала за Брайдом на подгибающихся ногах. Боже, только сейчас она начала осознавать всю глубину той "Марианской впадины", в которой оказалась. И что он имел в виду, когда сказал "пока"?

Внезапно ей захотелось прочитать то, что было написано мелким шрифтом в том контракте, который она подписала, а не полагаться на Кэт в его интерпретации. Лив знала только, что должна есть с Брайдом за одним столом каждый день и спать в его кровати каждую ночь, а ему не разрешается никаких сексуальных прикосновений всю первую неделю. "Не забудь, что ты должна купаться вместе с ним со второй недели" — прошептал тихий насмешливый голосок в ее голове. От одной мысли об этом Лив снова задрожала.

Так что же происходило во время третьей и четвёртой недель? Что ему было разрешено делать? Как ему было разрешено прикасаться к ней? Лив знала, что быть или не быть связывающему сексу между ними, решать ей, но до сих пор понятия не имела, какие последствия это повлечет за собой. И как насчет обычного секса? Было ли ему разрешено заниматься им с ней? Когда? Где? Как?

Её голова гудела от множества вопросов, и Лив сделала себе мысленную заметку запросить копию контракта, который подписала, и тщательно изучить его. Она должна была знать, во что ввязалась, и был ли у нее шанс когда-нибудь выпутаться из всего этого.

— Вот мы и пришли. — Своим низким голосом Брайд вывел ее из душевного оцепенения. Лив взглянула на него и увидела, что он указывал на простую серебристую дверь. Когда Брайд сделал рукой какой-то знак, дверь тихо открылась, и за ней оказалось темное неопределенных размеров пространство.

Лив нервно посмотрела на Брайда.　

— Это здесь?

Он кивнул.

— Во всяком случае, задний вход. Я не хотел, чтобы другие самцы пялились на тебя, поэтому повел этим путем. — Он снова окинул ее голодным взглядом, и Лив поплотнее запахнула его рубашку, словно та могла защитить ее от желания, полыхающего в его глазах.

— Ээ… выглядит красиво, — сказала Лив, не делая ни единой попытки шагнуть внутрь. Темная комната, на которую он указывал, вдруг показалась ей довольно жуткой. У Оливии возникло ощущение, словно она находится в каком-то фильме ужасов, и люди в аудитории вот-вот закричат изо всех сил: "Не входи туда!"

— Ну что? — Брайд еще раз сделал жест рукой, приглашая следовать за собой, но Лив не сдвинулась с места.

— А… кажется, я кое-что забыла на корабле, — сказала она, отступая. — Не возражаешь, если я вернусь и заберу это?

— Ты ничего не забыла взять с собой. — В его глубоком, рычащем голосе слышалось раздражение. — Ты идешь или нет?

— Нет. — Лив покачала головой. — Я просто… не могу. Нет, спасибо.

Брайд посмотрел на ее с явным недоумением.　

— Ты должна войти сюда — я здесь живу. Где еще ты будешь жить?

— Ну… у вас, ребята, есть комнаты для гостей или что-то вроде того? Просто это такая большая станция, здесь должно быть что-то подобное. — Лив нервничала все больше и больше, и не только от того факта, что Брайд был большим, опасным и выглядел пугающе. У нее возникло стойкое ощущение, что, если она войдет в его апартаменты, то выйдет оттуда совсем другим человеком. Если она будет находиться с ним рядом в одном помещении двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю весь месяц, это изменит ее, заставит потерять над собой контроль

— Оливия, ты не можешь остановиться в гостевых покоях. Ты моя невеста, и это период предъявления прав. — Огромный воин практически рычал от нетерпения. — В чем проблема?

— Ты ещё спрашиваешь? — Она возмущенно уставилась на него, скрестив руки на груди в защитном жесте. — С тех пор, как мы встретились, ты смотришь на меня так, словно я антилопа, а ты — голодный лев. Ты сказал мне примерно раз двенадцать, что ждешь не дождешься, когда заполучишь меня в свою постель или прижмёшь к стене, да все равно к какой поверхности. А теперь удивляешься, что я не хочу заходить с тобой в темную комнату и оставаться наедине? Ты думаешь, я рехнулась?

Он вздохнул и провел рукой по своим густым черным волосам.

— Поверить не могу. Разве я не говорил, что никогда не причиню тебе вреда?

Лив нахмурилась.

— Я не уверена насчет того, что ты подразумеваешь под определением "причинить вред". В смысле, принудительный секс не всегда болезненный, но отсутствие боли вовсе не значит, что он не является изнасилованием.

— Так вот что ты думаешь обо мне? Что я хочу взять тебя силой? — Внезапно он налетел на нее, сверкая расплавленным золотом в глазах. Лив попыталась отскочить назад, но тут же оказалась прижата спиной к металлической холодной стене коридора его сильным телом. Мускулистые руки Брайда упирались в стену по обе стороны от нее, а его лицо оказалось в нескольких сантиметрах от её.

— А что еще я должна думать? — спросила она, надеясь, что ее голос не дрожал слишком сильно.

— Можешь думать, что хочешь, Оливия, но ты должна понять одну вещь. — Брайд наклонился еще ближе, отчего его горячее дыхание всколыхнуло ее волосы, и прошептал ей на ушко. — Когда я возьму тебя — а я возьму тебя, не заблуждайся насчет этого, — сказал он, отметая ее слабый протест. — Обещаю, что, когда я сделаю это, ты будешь хотеть меня так же сильно, как и я тебя. Ты будешь умолять об этом, Лилента. Умолять, чтобы я ввел свой член в тебя, наполнил тебя и навсегда привязал к себе.

— Высокомерный ублюдок. — Лив сузила глаза, гневно смотря на него. — Ты, должно быть, очень высокого мнения о себе, если думаешь, что я приму тебя с распростертыми объятиями и буду умолять о большем.

— Это не мнение, это факт. — Он слегка отодвинулся от нее, едва соприкасаясь своими губами с ее, практически целуя ее. Лив могла почти попробовать на вкус его экзотическое коричное пряное дыхание, его аромат, дикий мускус, который, как она заметила, ощущался каждый раз, стоило ему оказаться рядом с ней, будоража все ее чувства сразу, вызывая головокружение.

— Я… Ты… С чего ты это взял? — Лив хотела бы придумать остроумный ответ, но оказалось, что ее мозг функционирует как-то неправильно. Она могла думать только о том, насколько близко к ней находился Брайд, ощущать жар, излучаемый его большим телом, и его голую грудь напротив своей собственной, почти обнажённой.

— Я знаю, как ты отреагируешь, потому что собираюсь часами готовить тебя, сводить с ума своим ртом и руками. — Его глаза, наполовину прикрытые, сверкали похотью, пока он говорил.

— Го-готовить меня? — промямлила Лив.

Он медленно кивнул.

— Я с нетерпением жду того момента, когда смогу прикоснуться к тебе. Когда смогу попробовать тебя, развести твои сладкие, сливочные бедра и заполнять своим языком твое горячее маленькое лоно до тех пор, пока ты не попросишь о большем. Пока ты не попросишь, чтобы я вошел в тебя и заполнял всю ночь.

— Я… — начала Лив, но Брайд прервал ее поцелуем. И это был не мягкий, легкий как бабочка поцелуй, которым он одарил ее в офисе ХКР. На этот раз его губы были жесткими и требовательными, такими же, как и его твёрдый как камень член, которым он внезапно прижался к ее животу. Сначала Лив сопротивлялась, паника захлестнула ее с головой, сердце мчалось со скоростью света. А потом и сама не заметила, как поцеловала его в ответ. Его рот был горячим и решительным, а губы вкусными, как сосательные конфеты с корицей. Брайд нагнулся, и она почувствовала его большие теплые ладони на своих бедрах. А затем он поднял ее и понес в ту самую темную комнату, что казалась такой пугающей всего несколько минут назад.

"О Боже, что я делаю? Куда мы идем?" — воскликнула практическая часть ее сознания. Но ее тело быстро заткнуло этот фонтан практичности, когда язык Брайда скользнул между ее губами. Ахнув, Лив лизнула его в ответ, и, прежде чем она осознала это, он, ритмично посасывая ее язык, почти довел ее до обморока от желания.

Брайд уверенно продвигался по полутемной комнате, очевидно, зная, куда идти. И это было хорошо, так как Лив понятия не имела куда, черт возьми, они шли и что будут делать, когда окажутся там. Куда он ее нес, она узнала очень скоро, когда Брайд опустил ее на мягкую податливую поверхность и, не прерывая поцелуя, начал раздевать.

"Боже мой, его кровать! Я на его кровати!" — поняла Лив, однако даже осознание того, что Брайд затащил туда, куда она поклялась не попадать, не рассеяло чары, под которыми она находилась.