Эвангелина Андерсон – Рыжая и волк (ЛП) (страница 10)
Конечно, это не произойдет снова, потому что она выгнала его из своей жизни. Для его же блага, конечно, и ее собственного, но это не уменьшало боли. От этой мысли ей хотелось плакать. Вместо этого, девушка сухо кивнула.
— Спасибо, Рив. Я ценю это.
— Так что этого не повторится, — сказал Рив. — Но я должен видеть, что случилось в тот раз.
— Что? — Сара была так поражена, что изумленно посмотрела в теплые карие глаза цвета виски.
— Мне нужно видеть. Нужно знать, что я сделал с тобой, — прошептал Рив. — Пожалуйста, Сара. Я беспокоюсь о тебе… о себе. Я не знаю свои собственные силы, когда нахожусь под влиянием чертового проклятья, а ты… ты просто пыталась мне помочь, но попала под перекрестный огонь. — Он поймал ее взгляд и теперь не отпускал.
Она видела, что для него по какой-то причине это многое значило, но все это заставляло ее сильно нервничать.
— Что… ах, что именно ты хочешь увидеть? — спросила девушка, скрестив на груди руки в защитном жесте.
— Здесь ничего. — Мужчина взял ее за локоть своей большой теплой рукой и провел в дом. Сара не могла ничего с собой поделать, от этого прикосновения по ней прошла дрожь желания. Несмотря на решение, не видится с ним, она не протестовала, когда Рив повел ее в спальню.
— Ты не, хм, кусал меня или что-то еще, если тебя это волнует, — сказала Сара, пятясь от него, когда они оказались в комнате. Кровать по-прежнему была не заправленной, а она ощущала себя помятой и сонной и не готовой к чему бы то ни было, что бы не имел в виду Рив.
Он печально улыбнулся.
— Ну, уже что-то. Но я был довольно груб. Сара, я должен знать… я оставил на тебе какие-нибудь отметки?
— Отметки на мне? Как, например… — Она позволила предложению повиснуть в воздухе и выгула бровь, глядя на него, чтобы он закончил вопрос.
Рив покачал головой и нахмурился.
— Как, не знаю… синяки, ушибы… что-то видимое. Я не могу всего вспомнить, но, ладно, у меня странное чувство, что я пытался поставить на тебе метку. Такую, чтобы любой другой парень, пришедший к тебе, знал, что ты принадлежишь мне и отступил.
Его слова послали новую дрожь по спине, но Сара постаралась скрыть это. Все его чувства и желание обладать ею были вызваны заклинанием верности, напомнила она себе строго.
— Это… может быть, это как-то связано с проклятьем. Я думаю, что оборотни большие собственники, — сказала девушка, пытаясь произнести это профессиональным тоном.
Он нахмурился.
— Это то, чем я являюсь, так ведь?
— Только на один месяц. — Сара успокаивающе положила руку ему на плечо. — Я заказала вчера счастливый Волчец Благословенного по Интернету, и его пришлют до следующего полнолуния. Я приготовлю зелье и организую церемонию. И тебе больше никогда не придется снова обращаться.
— Но я почти изменился той ночью. Почти потерял контроль и отыгрался на тебе, — запротестовал Рив, его глаза горели от волнения. — Этому нет никакого оправдания, в независимости от того, что это чертово проклятье делает со мной.
— Пожалуйста, Рив, ты действительно не причинил мне настолько сильной боли… — Сара прижала руку ко рту, когда поняла, что сказала, но было уже поздно.
Взгляд Рива стал жестким и непреклонным.
— Насколько сильной, а? Ладно, Рыжая, теперь мне действительно необходимо увидеть. Раздевайся.
— Что? — пискнула Сара, гладя на него с недоверием. Она стояла перед ним обнаженной в ту ночь, но тогда было темно, и он наполовину потерял голову от страсти. Раздеться при дневном свете, струившемся через окна спальни, когда Рив в своем уме, и ожидает возможности рассмотреть ее, казалось… опасным. Не говоря уже о том, что ужасно неловким.
— Ты слышишь меня? — Он подошел к ней, а Сара начала пятиться, пока ее бедра не ударились о высокую спинку кровати.
— Ни за что, — попыталась сказать она дерзко, но опасный решительный взгляд Рива заставлял ее сердце биться быстрее, лишая дыхания.
— Ты хочешь, что бы я сам раздел тебя? — по тому, как он смотрел на нее, Сара поняла, что Рив сделает это.
— Нет-нет. Подожди. — Она подняла руку, чтобы он не подталкивал ее к кровати. — Может быть, я могу… могу показать тебе, ну… без этого, — она запиналась и заикалась, будто четырехлетняя, но мужчина навис над ней, и Сара ощутила тепло, исходящее от его тела, и теплый мужской мускусный запах, который так любила.
— Я жду. — Он скрестил руки на широкой груди и нахмурился, глядя на нее сверху вниз.
— Ладно, хорошо, — поспешно сказала Сара, развязывая пояс халата и раскрывая его, осознавая, что на ней не что иное, как детская футболка и голубые шелковые стринги.
— Ммм… — Рив пристально разглядывал ее. — У тебя прелестное нижнее белье. Это даже сексуальнее, чем тот черный комплект прошлой ночью, — пробормотал он, рассматривая тонкие кружева ее трусиков.
Сара почувствовала, как краснеют щеки. Почему вчера она не выбрала фланелевую пижаму или, по крайней мере, бабушкины панталоны?
— Вот, — сказала девушка, пытаясь сменить тему.
Отодвинув халат с правого бока, девушка указала на небольшой синяк — отпечаток его пальцев, сжимавших ее.
— О, мой Бог! — Рив тут же упал на колени, обхватив руками ее бедра и рассматривая ушиб с обеих сторон. Он взглянул на нее после детального осмотра, и Сара увидела сожаление, отразившееся в его глазах. — Мне так жаль, Рыжая, — пробормотал мужчина, качая головой. — Так чертовски жаль.
— Все хорошо, Рив. — Она хотела погладить его по плечу, но вместо этого задержалась рукой на бицепсе. Сара отдернула ладонь, как будто обожглась. — Я имею в виду… это просто синяки. Они исчезнут.
— Это не важно. Все равно так не правильно. Дак просил меня позаботиться о тебе, и посмотри, что я сделал. — Он смотрел на нее, глаза стали мрачными, а рот превратился в тонкую линию.
— Что еще, Сара?
— Что? — нахмурилась она, не понимая его. Конечно, тот факт, что сейчас мужчина стоял на коленях, а его лицо было так близко, и девушка ощущала теплое дыхание на внутренней поверхности бедра, означал, что с этим следовало что-то делать.
— Я причинил тебе боль? — Рив внезапно встал и снова навис над ней. — Мне кажется, я помню, как сжимал тебя выше, э… — он указал на ее грудь, и Сара почувствовала, что ее лицо снова заливает краска.
— Да, — сказала она, кивая, — но там ничего нет.
— Нет? — Рив нахмурился, явно не веря ей.
Так как не существовало другого выхода, чтобы убедить его, Сара подняла свою детскую футболку.
— Видишь? — спросила она, чувствуя себя одной из тех девушек из колледжа на пляжном видео, позирующих на камеру.
Сара намеривалась позволить ему мельком посмотреть и опустить футболку. Но прежде, чем она сделала это, большие теплые руки Рива дотронулись до ее груди, пока он с тревогой рассматривал девушку.
— Рив? — Его имя было произнесено шепотом. Почему прикосновение рук ощущалось настолько приятно? Так уместно?
— Они болят? — спросил он, глядя на нее.
Сара закусила губу и покачала головой.
— Н-нет, — запнулась она.
— И здесь? — мужчина осторожно потер ее сосок, вызывая искры удовольствие, теперь уже к увлажнившемуся лону. Почему его прикосновения так сильно на нее влияют?
— Я… слегка чувствительна, — призналась она, стараясь сдержать дрожь в своем голосе. — Но… но ничего серьезного.
— Ты уверена? — потребовал Рив.
Сара кивнула.
— Конечно.
— Хорошо. — Он выглядел лучше, а затем сделал то, что практически заставило ее сердце остановиться. Наклонившись, Рив оставил мягкий поцелуй на ее правом соске.
— Что… что ты делаешь? — спросила Сара, задыхаясь. Она хотела, чтобы у нее была сила воли опустить свою футболку и прогнать его. Вместо этого девушка откинулась на постель, обнажая грудь и позволяя ему делать почти все, что, черт возьми, ему хотелось.
— Говорю, что мне жаль. — Он смотрел ей в глаза, пока целовал другой сосок, нежно лаская его языком. — Я никогда не причинил бы тебе боли намеренно. Ты ведь знаешь, не так ли, Рыжая?
— Угу, — кивнула Сара не в силах сказать что-либо более умное.
Рив переключился на другой сосок, аккуратно втянув его в рот. Сейчас она ощущала, будто медленно тает ниже талии, пока наблюдала, как мужчина облизывает и посасывает каждую вершинку.
— Рив, — выдавила она хриплым голосом. — Рив, мы… мы должны остановиться. Это не хорошо.
— Просто пытаюсь заставить тебя почувствовать себя лучше, — пробормотал он, снова возвращаясь к другому соску.
— Ну, я… я думаю, мне сейчас лучше, — прошептала Сара, прикусив губу.
— Здесь, — сказал Рив, снова втягивая левый сосок в рот, целуя его. — А как же там?