Эвангелина Андерсон – Планета Х (ЛП) (страница 55)

— Что… — опять спросила она его, ее сердце готово было вырваться из груди. Посмотрев в его разозленные горящие глаза, она действительно почувствовала страх впервые за эту ночь. Криса действительно думала, что сможет заставить Тига перешагнуть черту и пойти дальше этого? Правда?

— Не так, — снова прорычал Тиг, слегка встряхнув ее. — Если я и кончу, Криса, то сделаю это глубоко в твоей сладкой маленькой киске, после долгого и жесткого траха. А я трахну тебя, малышка, и я не имею в виду твой рот.

— Тиг…

— Замолчи, — резко произнес он. — Просто замолчи, Криса, или сделаешь для себя еще хуже, — он оттащил ее из освещенного круга, и исс, молча, отступили, чтобы они смогли покинуть комнату.

Криса с ужасом смотрела на присутствующих, на все, что смогло бы ей помочь, но обнаружила лишь немигающие взгляды на бледных узких лицах, которые наблюдали за ней. Сарскин, которого она видела незадолго до начала пира, сейчас отсутствовал, и она не знала, где он был. Никто не мог помочь ей, никого не будет волновать, если она будет кричать и драться. В ее голове всплыла мысль, поговорка, которую любила ее бабушка: «Что посеешь, то и пожнешь».

Криса могла надеяться лишь на саму себя.

ГЛАВА 23

— Тиг, нет! Тиг, я не это имела в виду, — слова, слетающие с ее губ, пролетали мимо его ушей, когда Тиг тащил ее по длинным изгибам каменного коридора обратно в их комнату. Криса чувствовала, как в ней росла паника. Если она не заставит его выслушать ее… не сможет заставить его увидеть ее.

«Я просто хотела доставить ему удовольствие… хотела заставить понять, что я чувствую, хотя бы один раз, пока не стало поздно».

Когда она планировала, как будет его соблазнять, Криса представляла себя на коленях, с его большими руками, зарытыми в ее волосы и пульсирующим членом у нее во рту, как она подводила его к краю, как Тиг обычно подводил ее. Она представляла его низкий стон и солоноватое семя его освобождения на своем языке, когда он взорвется в оргазме между ее губ, в экстазе, который подарит ему она. Но Криса никогда-никогда не представляла себя на полу или в их комнате или то, что он делал сейчас. Все происходило совершенно, абсолютно неправильно.

— Тиг, пожалуйста! — молила она, когда он открыл дверь и толкнул Крису внутрь, потом захлопнул и закрыл на замок.

— Слишком поздно, — произнес он.

Пальцы впились в ее руки, когда он повернул ее к себе лицом и завладел ртом в карающем поцелуе. Несмотря на свой страх, или даже скорее из-за него, Криса поняла, что ее тело отвечало Тигу. Она сжала в руках его жесткие черные волосы, прижимаясь к нему еще крепче, потираясь грудью о его, и раскрывая свои губы под требовательным натиском языка. Большие руки грубо бродили по всему ее телу с такой настойчивостью, что она больше не могла сопротивляться. Топ традиционного платья исс был разорван, жесткие пальцы Тига сжимали ее соски, пока она не застонала ему в рот, подчиняясь ему.

Криса чувствовала, как к ней прижимается его член, надавливая своей толстой твердостью прямо на ее киску, потираясь о нее, обещая больше, обещая ей приближающийся оргазм. Очень скоро.

«Помни о Сертификате. Помни о последствиях!» — паникующий голос в ее голове напоминал пожарную сирену. И Криса попыталась оттолкнуть Тига, казалось, будто пыталась стену сдвинуть с места.

— Тиг, — она повернула голову, чтобы избежать его грубого поцелуя. — Тиг, прости. Я просто хотела показать тебе, что… я чувствую. Я не хотела заходить так далеко.

— И это очень, черт возьми, плохо, милая. Я уже зашел так далеко, и готов пойти дальше, — его глаза сузились, превращаясь в сияющие щели в темном свете комнаты. Его массивная грудь тяжело вздымалась от едва контролирующих эмоций, пальцы все еще впивались в ее руки.

Криса пыталась придумать что-нибудь, что можно было сказать Тигу, чтобы остановить, остановить эту надвигающуюся катастрофическую цепь событий, которую она запустила.

— Тиг, — наконец, произнесла она, удерживая его взгляд своим, позволяя страху и неуверенности, которые она испытывала, отразиться на лице. — Ты сказал… Ты обещал, что не будешь меня насиловать.

Он откинул голову и рассмеялся, глубокий, вибрирующий звук, который исходил из его груди, привел ее в дикую ярость.

— Это ты встала на колени и стала мне отсасывать перед всем чертовым пиром, и сейчас ты мне говоришь об изнасиловании? — спросил он, его глаза сияли серебром.

Тиг встряхнул ее, и Криса почувствовала, как клацнули ее зубы и теплый, медный, соленный вкус на прикушенном языке.

— О, нет, малышка, время разговоров прошло, — заверил ее Тиг.

Он грубо развернул ее, так чтобы она оказалась спиной к нему, и толкнул ее вперед на огромную кровать в центре комнаты. Он поднял Крису так, чтобы она встала на матрасе. Он встал за ней и обхватил ее талию руками, словно стальными прутьями.

— У нас на Альхоре, есть поговорка об изнасиловании. Хочешь услышать ее? — прошептал он ей на ухо, обхватывая обе ее обнаженные груди своими большими ладонями. — Ну и? — потребовал он, покручивая ее соски между пальцев, посылая искры боли и удовольствия от позвоночника до нежного местечка между ног Крисы.

— Чт-то? — ее голос больше был похож на тихий шепот, и Криса вдруг осознала, что выгибает спину, подталкивая свои груди сильнее в его руки, полностью отдаваясь наслаждению, которое Тиг дарил ей.

— В переводе звучит примерно так: «Ты не можешь изнасиловать ту, что сама желает», — тихо сказал он, и Криса почувствовала, как толстая выпуклость в его кожаных штанах угрожающе прижалась к ее бедрам. Она нервно сжала ноги вместе, но Тиг почувствовал это и предупреждающе зарычал ей в ухо.

— Я не хочу этого. Я пытаюсь сказать тебе нет, — слабо запротестовала Криса, понимая, что врет, как только слова сорвались с ее губ.

— Я слышу то, что мне говоришь ты, малышка. Прямо сейчас, я только слышу, что говорит твое тело, — Тиг был непреклонен. — А теперь раскрой свои бедра для меня, Криса. Раскрой их сейчас же.

— Пожалуйста, — теперь она почти плакала, в равной силе чувствуя потребность и сомнение, отчего почти не могла дышать. Горячий рот Тига прошелся по ее спине, покусывая и посасывая нежную кожу на ее затылке, и жар большого, твердого тела за ее спиной охватил ее, словно требуя ответа.

— Раскрой для меня ноги, Криса, — настаивал Тиг, а потом добавил уже мягче. — Я не собираюсь тебя трахать… пока.

— Тогда зачем?

— Я доказываю тебе свою точку зрения, — низко прорычал он ей в ухо. — Раскрой для меня ноги, малышка, я хочу почувствовать твое сладкое, маленькое лоно. Если ты не возбуждена, не влажная и не готовая для меня, клянусь, я оставлю тебя в покое, — большие руки потянулись к ней, раздвигая ее бедра, несмотря на попытки Крисы остановить его.

— Но… Но, что, если… — Криса не смогла закончить вопрос. Она знала сама и понимала, большой ферал тоже знал, что обнаружит, когда доберется до треугольника материала, который скрывал ее киску.

— Что, если ты влажная? Влажная и готовая для меня? — звук словно шел из его груди. — Тогда я трахну тебя, малышка. Как и обещал. Буду входить в тебя долго, жестко и медленно. Сделаю тебя своей, поэтому раскрой для меня свои ноги и позволь мне войти.

Тихо плача, беспомощная перед его напором, Криса раскрыла ноги его большим рукам, и крошечный клочок мягкой ткани под нарядом исс был с силой сорван с нее, ее тело сотрясала дрожь. Огромные ладони раскрыли ее шире, обхватив ее дрожащие бедра с внутренней стороны, и тут же накинулись на ее обнаженную киску, откидывая Крису назад, так что твердая выпуклость члена Тига прижалась к ней сильнее, намекая, что именно ей стоило ожидать.

— Тиг… о, богиня… — прошептала она отрывисто.

Ответа не последовало, только его тяжелое дыхание у ее шеи, а потом толстые пальцы вторглись в нее, раскрывая влажные складочки ее киски и входя в горячий узкий вход в ее тело. Тиг два раза провел пальцем по ее пульсирующему клитору, и бедра Крисы дернулись в оргазме, от которого она стала задыхаться и дрожать.

Она никогда не была такой влажной, такой готовой.

Наконец, Тиг заговорил, все еще потирая ее влажные складочки, заставляя ее хныкать и содрогаться на его настойчивых пальцах.

— Ты знаешь, что это значит, Криса? — прорычал он, низким гортанным звуком, его дыхание обдало ее шею. — Это значит, что я тебя трахну.

— Хорошо. Хорошо, Тиг, — сказала она, ее голос был низким и послушным.

Она утомленно опустилась на него, позволяя себе немного отдохнуть на его широкой груди и мускулистом торсе, позволяя ему утешить ее.

— Хорошо, я сделаю это. Я не могу остановить тебя, не хочу.

«Но Лорд Рэдиссон. Линекс Прайм. Потерянная девственность… Перепроверка».

«Заткнись, — мысленно приказала она своему внутреннему голосу. — Просто заткнись».

Она устала сражаться, устала отказываться, когда хотела почувствовать, как толстый член Тига растягивал ее изнутри, наполнял, трахал, клеймил, как свою, даже если это и было на одну ночь.

Она, возможно, и будет жалеть об этом в будущем, но Криса знала, что будет сожалеть еще больше, если не поддастся желаниям своего тела сейчас. Ее решение предопределило ее действия, также, как и в ее снах о безликом мужчине, мужчине, который оказался Тигом. Это была ее доля — судьба. Она могла бы попробовать отдаться ему или попытаться сдержать свои желания, но тогда он в любом случае овладел бы ею. Криса предпочла сдаться добровольно.