Эвангелина Андерсон – Обретенная (страница 62)

— Я предпочитаю не плавать. Но когда требуется, я могу это сделать. — Зарн наконец взглянул на неё, и Лорен увидела, что его глаза почернели и красные зрачки ярко засветились. — Мой отец научил меня, — прошептал он, и в этих словах чувствовалась глубокая боль, от которой её сердце сжалось.

Вид этих глаз на внезапно побледневшем лице и тихий шепот заставили Лорен забеспокоиться

— Эй, — пробормотала она, с тревогой на него глядя. — Речь идет не только о том, что я упала за борт, правда?

Зарн покачал головой и отвернулся.

— Ничего подобного. Я просто опасался за твою безопасность, вот и все.

— Нет, это еще не все, — твердо возразила Лорен. — Это далеко не вся история. И ты расскажешь мне её всю. Но сначала нам нужно избавиться от этой мокрой одежды. Ну же.

Лорен помогла Зарну встать на ноги, по началу казалось, что он еле двигается. Беспокойство Лорен росло, пока она наблюдала, как напряженно и неустойчиво он стоит на ногах. Казалось, что это Зарн чуть не утонул. Что с ним происходило?

Она сняла с него мокрые джинсы и футболку, пока Малышка настойчиво лаяла на диване.

— Тихо, Малышка, — приказала она, погрозив пальцем щенку. — Успокойся сейчас же. — Как ни странно, щенок выполнил приказ, свернувшись калачиком в углу дивана и наблюдая за происходящим широко раскрытыми взволнованными глазами. — Все хорошо, — сказала ей хозяйка, несмотря на беспокойство о самом Зарне. — Он будет в порядке. Он просто… просто расстроен. — Но из-за чего он расстроился?

В конце концов, Лорен полностью раздела Зарна и начала растирать полотенцами. В любое другое время она бы восхищалась его твердым, мускулистым телом или, может, даже попыталась украдкой взглянуть на его достоинство — ей все еще было очень любопытно, как там все устроено, это не обычно иметь «первичный и вторичный члены». Но в данный момент она слишком озабочена психическим состоянием любимого, чтобы думать о чем-либо физическом. Она обернула полотенце вокруг собственных плеч, так как пока растирала Зарна, замёрзла в квартире с кондиционером, ведь ее влажное бикини прилипало к коже.

Наконец-то, его большое тело почти полностью высохло.

— Туда. — Лорен усадила все еще обнаженного Скраджа на один из кухонных стульев и придвинула себе стул, чтобы сесть напротив. — А теперь расскажи мне, что происходит. Почему ты так расстроен? И не говори, что это было из-за меня — я уверена, что это другое.

Глаза Зарна по-прежнему горели красным на черном фоне. Он ненадолго закрыл их, выражение боли промелькнуло на его лице.

— Я сказал тебе, что решил не плавать, но не сказал почему, — начал он рассказ низким скрипучим голосом. — Я… я никогда не рассказывал тебе о погибших в бассейнах.

— Что? — Лорен с ужасом посмотрела на него. — У вас на корабле были бассейны только для того, чтобы топить людей?

— Не людей — животных. Урликов. — Зарн глубоко вздохнул и продолжил: — План моего отца заключался в том, чтобы испытать их в этих бассейнах в рамках выпускной подготовки. Бассейны заполнены черной слизью — должно быть, когда-то она была водой. Но мертвых животных оставляли гнить в бассейнах, пока вода не превратилась в вонючий гнилостный осадок, такой мерзкий, что даже от его запаха начинало тошнить.

— Фу, — Лорен вздрогнула. — Это ужасно.

— Да, — Зарн коротко кивнул. — Они — зрелые урлики — должны были продемонстрировать свою выносливость и храбрость плаванием. Плаванием в слизи часами. Некоторые из них… — Скрадж с трудом сглотнул. — Многие из них утонули.

— О боже! — Лорен приложила руку ко рту. — Пожалуйста, не говори мне, что он бросил туда твою собаку и позволил ей… позволил ей умереть.

— Нет. — Зарн посмотрел на свои руки, которые все еще слегка дрожали на коленях. — Он… он бросил туда меня, — воин поднял взгляд на Лорен. — Бросал снова и снова. Вот как я научился плавать.

— О, нет! Ох, Зарн! — Лорен вскочила и прижала его голову к своей груди. — Неудивительно, — пробормотала она, поглаживая его все еще влажные волосы. — Неудивительно, что ты ненавидишь плавать. Но ты все равно бросился спасать меня.

Медленно руки Скраджа обвились вокруг ее талии и крепко прижали к себе. Зарн взглянул на нее, его глаза все еще горели.

— У меня не было выбора, — хрипло сказал он. — Ты моя жизнь, Лорен. Если ты умрешь, у меня ничего не останется. Ничего.

— О, детка. — Лорен не могла остановить горячие слезы, которые выступили из ее глаз и хлынули по щекам. — Я люблю тебя, — прошептала она. — Я так тебя люблю. Мне очень жаль, что он причинил тебе боль.

— Все в порядке. — Зарн снова прижался лицом к ее груди и глубоко вдохнул, словно запах ее кожи его успокаивал. — Это не имеет значения. Я выжил.

— Конечно, это имеет значение. — Лорен нежно ласкала его. — То, что происходит в детстве, запоминается навсегда. Прыжок в этот бассейн, должно быть, напугал тебя до смерти, но ты все равно это сделал. Чтобы спасти меня.

— Как я мог этого не сделать? — Зарн покачал головой, и его влажные волосы коснулись обнаженной кожи Лорен. — Я… есть многое в моем прошлом до того, как встретил тебя, что не хотел бы, чтобы ты знала. Это история была одна из них.

— Я хочу, чтобы ты рассказал мне. Ты слышишь меня? — Лорен приподняла его подбородок и посмотрела в знакомые горящие глаза. — Расскажи мне все, что захочешь — все, что важно для тебя. Неважно, что это, я все равно буду любить тебя, несмотря ни на что.

Зарн нахмурился.

— Это ты так думаешь, но в моем прошлом были вещи, от которых любой нормальный человек мог бы сойти с ума.

— Испытай меня. — Лорен посмотрела ему в глаза. — Рассказывай.

Лицо Зарна помрачнело.

— Отлично. Ты же видела, как быстро Малышка привязалась ко мне? Но до нее у меня был еще один питомец. Тот, о котором я так заботился, что чуть не сошел с ума, когда она умерла.

— Ох, милый… — Лорен почти боялась спросить, но знала, что должна. Это было своего рода испытание, которому Зарн подверг ее — испытание, которое покажет, действительно ли она любит его так сильно, как говорила. Лорен отчаянно хотела пройти его. — Как… как она умерла? — нерешительно спросила она.

Зарн глубоко вздохнул.

— Я убил ее, — тихо ответил он, все еще глядя Лорен в глаза. — У меня не было выбора. Мой отец нашел ее и угрожал пытками.

— О нет! — Лорен покачала головой, не желая верить.

— О да, — тихо сказал воин. — Я всегда знал, что это может случиться однажды. По моему приказу под ее кожу имплантировали капсулу с ядом, которая активировалась только моим голосом. Когда пришло время, я приказал ей умереть, и она умерла… на моих руках.

— Зарн… — Лорен не знала, что сказать. — Мне очень жаль, — прошептала она.

— Меня забрали у матери, когда я был младенцем, а потом у няни, которая воспитывала меня, — голос Зарна был ровным, но его руки слегка дрожали, когда он говорил. — Мой отец был… жестоким. Я знал, что он не заботился обо мне. Санджа была единственной, кого я любил все мое бесплодное существование. Убив ее… я чуть не умер сам. Внутри я был мертв. Эмоционально безжизненный, пока… пока не встретил тебя.

— О, детка… — Лорен крепко обняла любимого, и его руки судорожно сжались вокруг ее талии. — Я люблю тебя, — прошептала она. — Я все еще люблю тебя, меня не волнует, что тебе пришлось сделать, чтобы выжить в этом ужасном месте. Это не меняет того, что я чувствую к тебе.

— Лорен… — Зарн повторял ее имя снова и снова, как молитву, и она чувствовала, как его рот мягко, медленно и горячо касается обнаженной кожи ее груди. Ласка… поцелуй. — Ты показала мне, что такое любовь, — прошептал он. — Это дало мне силы оставить позади старую жизнь. Я тебе так многим обязан. — затем его губы переместились в сторону, горячие и влажные они скользили по тонкому влажному верху бикини, прикрывавшему ее правую грудь.

Лорен тихонько ахнула, когда почувствовала жар его дыхания на своем внезапно сжавшемся соске. «Боже, — подумала она. — Я так хочу этого. Хочу обнять его и утешить. Хочу показать ему, как сильно я его люблю…»

— Я тоже хочу показать тебе, что чувствую. — Зарн взглянул на нее и намеренно поцеловал чувствительную точку на ее соске. — Но не знаю как.

— Зарн, — прошептала Лорен голосом, полным удовольствия и надежды. — Милый… — она отодвинула влажный треугольник ткани в сторону, обнажая перед ним свою грудь. — Сделай это, — пробормотала она, поглаживая его по волосам. — Дай мне почувствовать твои губы на себе.

С низким рычанием Зарн сразу же втянул ее сосок в рот, жадно лаская и посасывая. Лорен застонала и схватилась за его густые черные волосы.

— Боже, да, — шептала она. — Да, Зарн, да.

Он уделил внимание и другой ее груди, на этот раз отодвинув верх бикини, чтобы добраться до ее полных форм. Лорен толкнулась к нему, предлагая себя, задыхаясь от желания. Наконец Скрадж взглянул на нее.

— Я хочу тебя, — прошептал Зарн голосом, который был опасно близок к рычанию. — Ты мне нужна, Лорен, мне нужно быть в тебе. Но я не… не хочу делать тебе больно.

— Я не боюсь, — заверила его, затаив дыхание, Лорен.

— Но я боюсь. Каждый раз, когда мы приближаемся к занятиям любовью, инстинкты Скраджа берут надо мной верх, и я теряю себя… теряю способность быть нежным.

Лорен нахмурилась.

— Должен быть выход. Хоть что-то. Ты мне тоже нужен — очень сильно.