Эвангелина Андерсон – Обретенная (страница 37)

— Правда? — он пожал плечами. И задумался, связано ли это как-то с зудом. — Не беспокойся, — сказал он всё ещё обеспокоенной Лорен. — Это не из-за того, что ты прикоснулась к ожогам.

— Мне было тяжело наблюдать… — прошептала она. — Знать, что тебе причиняют боль из-за меня, и я ничего не могу с этим поделать.

Зарн почувствовал, как расслабляется под звучанием её нежного голоса.

— Мне было всё равно, — мягко заверил он ее.

— Ну а мне — нет. — Склонившись над ним, Лорен расстегнула его рубашку, обнажив грудь. Ее длинные черные волосы заструились по его коже, вызывая холодные мурашки по рукам и поджигая каждый нерв желанием. — Зарн… — пробормотала она, снова посмотрев на него. — Мне так жаль, что я не смогла унять боль. — Она нежно прижалась губами к клейму, целуя места, отмеченные ее именем.

Зарн чувствовал, будто вот-вот взорвётся. Ее рот был таким теплым, мягким и влажным. Закончив целовать клеймо, она двинулась ниже. Он сжал руки в кулаки, когда ее губы прошлись по его напряженному животу и направились ниже, к поясу его черных штанов. Он резко выпрямился, когда Лорен потянулась к застежке брюк.

— Боже, что такое? Ты в порядке? Я сделала тебе больно? — Она встревоженно посмотрела на него, ее янтарные глаза наполнились беспокойством.

— Я в порядке. Мне просто нужно немного… немного воздуха. — Зарн сел на край кровати, прерывисто дыша, его грудь раздувалась, как кузнечные мехи. Его глаза были настолько горячими, словно собирались прожечь дыру в черепе, а основное сердце грохотало в ушах. Перед его мысленным взором снова и снова прокручивалась сцена.

Лорен стояла на коленях, голая. Ее руки связаны за спиной, а глаза закрывает черная повязка. «Она беспомощна, полностью под моим контролем. Сначала я надену ей ошейник, а потом проколю соски и вдену по маленькому серебряному колечку — контраст яркого металла прекрасно сочетается с ее темной кожей. Пирсинг будет жечь, но я отведу боль поцелуями и поглаживанием, пока она не станет готова к удовольствию. Потом я возьму ее снова и снова, помечая своим семенем, привязывая к себе».

Фантазия была настолько яркой, что Зарн не мог оторваться от неё. Не мог перестать представлять, как все может сложиться. Он видел, как стягивает штаны и трется членом о ее нежную щеку. Она поворачивает голову вслепую, не видя, но пытаясь найти его член. Он чувствует, как ее теплый влажный рот смыкается на нем, вбирает в себя, сосет. Но не только его вторичный член, нет. Она будет сосать и стимулировать его основной связывающий член.

Он войдет в ее рот, зарываясь руками в длинные шелковистые черные волосы, и она будет негромко стонать, посасывая его, пока он станет трахать ее рот. А потом, когда первичный и вторичный члены станут твердыми, Зарн возьмет ее. Наполнит спереди и сзади, свяжет ее с ним, будет трахать, пока она не начнет выкрикивать его имя, не отдаст себя полностью, не станет его навеки…

«Нет! — Зарн попытался прийти в себя. — Нет, я не могу позволить этому зайти так далеко. Не могу связать её со мной». Зарн знал, что если когда-нибудь отпустит самоконтроль, то причинит ей боль, сломает ее хрупкое тело грубым трахом и жесткими сексуальными требованиями.

«Это небезопасно, — сердито сказал он себе. — Катись всё через круги ада, все это небезопасно. Правильно, что её мать не доверяет мне — я сам не могу себе доверять!»

Он рискнул посмотреть в сторону Лорен и увидел прекрасное, взволнованное лицо. Именно этого она и хотела — чтобы он к ней прикасался. Она хотела ощутить его руки на себе почти так же, как Зарн хотел прикоснуться к ней. «Люди выражают свою любовь через близость и прикосновения», — сказала она. Но как он мог сделать это, не теряя контроля?

— Прости, — хрипло сказал он. — Просто… Мне просто тяжело.

— Потому что это тебе в новинку? — Лорен тревожно коснулась его руки, и он невольно отпрянул.

Зарн ненавидел выражение боли на её лице.

— Потому что я хочу гораздо большего, — сказал он, глядя на свои руки. — Потому что… Потому что я боюсь того, что могу с тобой сделать.

Лорен вздохнула.

— Зарн, ты не причинишь мне боль. Просто прикоснись ко мне — я не сломаюсь.

Его руки снова сжались в кулаки.

— Я… я не знаю как, — признался он, понизив голос. — Лорен, ты же знаешь, я никогда не был с женщиной. Я не знаю как… как доставить удовольствие, не заходя слишком далеко и не причиняя боль.

— Тогда я научу тебя, — она улыбнулась ему. — Позволишь?

Зарн закрыл глаза. Сможет ли он держать себя в руках, чтобы доставить ей удовольствие, и при этом не сорваться?

— Я… хочу, — медленно произнес он. — Может быть… Может быть, если позволишь прикоснуться, но сама не будешь трогать меня.

— Хочешь быть у руля, а? — она игриво улыбнулась ему.

— Это скорее необходимость, — признался Зарн, посмотрев на неё. — Я… думаю, что смогу контролировать тёмные потребности, если буду ведущим. Но если при этом я почувствую на себе твои руки и губы… — он покачал головой. — Я просто не справлюсь.

— Хорошо, — задумчиво кивнула Лорен. — Так и поступим. — Она грациозно встала с кровати и опустилась на колени перед ним. — Я в вашем распоряжении, господин. — Её янтарные глаза игриво полыхнули. — Что ты хочешь, чтобы я сделала?

— Прекрати, — прохрипел Зарн. Её покорная поза провоцировала вырваться наружу потребности Скраджа. Его член болезненно запульсировал в штанах, и он закрыл глаза, борясь за контроль. — Я знаю, что ты шутишь, но, пожалуйста… пожалуйста, не надо.

— Прости, — Лорен поднялась и устроилась между его ног. Она была достаточно близко, чтобы Зарн мог чувствовать тепло ее тела, но, очевидно, осторожничала, чтобы не вступать в контакт. — Я… не знаю, почему так поступила, — смущенно призналась она. — Итак… что ты собираешься делать?

— Я хочу прикоснуться к тебе, — честно признался он. — Прикоснуться, не причиняя боли. Но сначала я хочу… хочу рассмотреть тебя.

Её глаза слегка расширились.

— Ты имеешь в виду… голой?

— Да. Если ты не против.

Те моменты, когда он мельком видел ее обнаженное тело, выжглись в его памяти. Особенно когда предложила ему себя, если он спасет ее от отца. Теперь она предлагала себя по другой причине — потому что любила его. Зарн отчаянно хотел ответить ей тем же, не причиняя боли, но не был уверен, что сможет.

— Ну, я немного стесняюсь. — Лорен закусила губу. — Знаю, ты уже видел меня, но…

Зарн покачал головой.

— Не заставляй себя.

— Нет, я хочу, правда. — Вздернув подбородок, она стянула футболку через голову, обнажив кружевное нижнее белье, облегающее ее грудь. Оно было белым, и контраст бледной ткани со светло-коричневой кожей захватывал дух.

— Как красиво… — выдохнул Зарн, потянувшись, чтобы обвести просвечивающий сквозь белую ткань сосок.

Лорен глубоко вздохнула и улыбнулась.

— А если я отброшу лифчик? — Она расстегнула застёжку и стянула его, прежде чем Зарн успел ответить. Клочок ткани упал на пол кучкой белых кружев, полностью обнажив её грудь.

Зарн почувствовал, как его глаза на мгновение вспыхнули, увидев это прекрасное зрелище. Ее грудь была высокой и полной, как раз подходящего размера, чтобы заполнить его ладони. А соски у нее тугие — спелые ягоды на пиках груди. Он нерешительно потянулся к ней, и Лорен подалась вперед, прижимая теплые холмики к его ладоням. Она тихо застонала — звук, который, казалось, шел прямо к твердому гребню его члена и делал его еще тверже.

— Лорен… — пробормотал он, посмотрев ей в глаза. — Я хочу… Мне необходимо прикоснуться к тебе губами.

— Хочешь поцеловать меня?

Зарн хотел большего. Он жаждал раздеть ее полностью, лизать, сосать и кусать каждый сантиметр ее кожи, пока она не станет его целиком и полностью. Но он должен быть осторожен — нельзя рисковать потерей контроля.

— Да, — сказал он наконец. — Но мне нужно, чтобы ты не двигалась, пока я это делаю. — Если почувствует, как она прижимается к нему, приподнимая грудь к его лицу, предлагая себя, знал, что не сможет сдержаться и причинит ей боль. — Вот так. — Он взял её руки и крепко скрестил за спиной. — Держи их здесь, — настоял он, глядя в ее прекрасные янтарные глаза. — Не двигайся и не прикасайся ко мне. Стой совершенно неподвижно, пока я исследую тебя. Пока целую тебя.

— Да… Хорошо. — Лорен выглядела озадаченной, но последовала его указаниям, держась совершенно неподвижно. Зарн прижался лицом к ее груди.

Кожа на её груди была нежной и мягкой. Зарн потерся щекой о грудь, вдыхая ее запах, пытаясь держать себя в руках. Помогало то, что Лорен стояла совершенно неподвижно, никак его не провоцируя. Если она потянется к нему или, что еще хуже, попытается убежать, то его инстинкты Скраджа пробудятся и произойдёт что-то ужасное.

Он осторожно высунул язык и лизнул внутренний изгиб ее правой груди. Лорен тихо застонала, но не пошевелилась, и он почувствовал, как его член затвердел еще больше от восхитительного, солоноватого вкуса ее кожи. Боги, он хотел попробовать ее больше — попробовать ее ниже! Но знал, что не сможет контролировать себя, если сделает это. Вместо этого он прижался губами к тугому бутону ее правого соска. Лорен снова застонала.

Зарн посмотрел на неё.

— Я не причиняю тебе боли?

— Нет, детка. — Её зрачки были расширены, голос слегка охрип. — Ты лишь сводишь меня с ума своей осторожностью.