Эвангелина Андерсон – Кровавый долг (ЛП) (страница 50)

Но не в случае с Корбином. Он оказался идеален везде — гладкое, мощное, изящное и мускулистое тело, сплошь перевитое стальными мышцами. Включая и член.

Я сжала длинный жесткий ствол руке и, поглаживая от основания до головки, размазала жемчужную капельку спермы на вершинке. Затем, не спуская глаз с Корбина, я слизнула её, медленно обводя языком вокруг широкой головки, пока из его горла не вырвался низкий стон.

— Боже, Эддисон!

— Каково это, оказаться беспомощным? — насмехалась я над ним, продолжая пировать на члене, смаковать его вкус.

Корбин был восхитительным — соленым и пряным, атласно-гладким под мои языком. Его аромат был там ещё сильнее и очень мне нравился — изумительный, пряный мужской вкус с ароматом соленого океана, который, казалось, ворвался в мои ощущения, пробудил во мне нечто невероятно женское.

— Мне это понравилось, — прохрипел он низким голосом. — Но я желаю большего, поддразни меня своим лоном. Давай, Эддисон, дай мне попробовать тебя.

Его слова пронзили меня, словно электрическим разрядом. Я чувствовала, как мои и без того влажные складочки истекали соками, стали ещё горячее, набухли от страсти и похоти, от того, как он смотрел на меня.

— Ты хочешь этого? — поддразнила я.

Стоя на коленях, я широко развела бедра в стороны и накрыла рукой промежность. И сразу же почувствовала влажный жар на своей ладони. Просунув два пальца внутрь лона, лаская клитор ребром ладони, я тут же застонала от восхитительного покалывания.

Глаза Корбина сверкали от страсти.

— Иди сюда, — прорычал он. — Но, черт, сначала сними трусики. Или я их разорву.

— Как ты делал, когда лечил меня? — Я медленно, очень медленно стягивала трусики вниз по бедрам.

— Точно. — Его глаза полыхали от похоти, когда я обнажилась.

— Признай, Корбин, тебя волновало не исцеление. Ты просто жаждал попробовать меня на вкус, — обвинила я его и, избавившись от трусиков, отбросила их в сторону.

— Я волновался, что мог причинить тебе боль, — запротестовал он, когда я оседлала его и стала медленно подниматься вверх по его телу. — Но признаю, мне безумно хотелось вылизать твои маленькие нежные складочки. Хотел убедиться, так ли ты хороша на вкус, как и на запах.

— Тебе нравится мой аромат? — спросила я, вспомнив, что совсем недавно тоже самое думала о нем. — Правда? Потому что я не пользуюсь парфюмом.

— Аромата твоих кожи и волос достаточно, чтобы я возбудился, — прорычал он. — И теплый женский аромат твоего лона… — Он облизнул губы, сверкая глазами от страсти. — Это сводит меня с ума, дорогая. Ты понятия не имеешь, с каким трудом я отпустил тебя той ночью. После того как попробовал, я так сильно хотел тебя трахнуть.

— Что ж, на этот раз ты сделаешь и то, и другое, — пообещала я и встала на колени по обе стороны от его головы. — Так тебе нравится?

— Опустись на моё лицо, — приказал он. — Освободи мои руки, я хочу дразнить твои соски, пока пирую на тебе.

Я задрожала от желания, но ни за что не сняла бы с Корбина наручники. Едва ли это безопасно. Даже с серебряными цепями и наручниками, истощающими его силу, и проклятый кол, поедающий его душу, Корбин всё ещё оставался самым могущественным вампиром.

— Боюсь, что сегодня вечером обойдемся без рук, — легкомысленно заявила я, зарываясь пальцами в его волосы. — Скажи мне, чего ты желаешь, Корбин, и я дам тебе это, клянусь.

— Вкусить твои складочки — вот всё, чего я жажду сейчас, — прорычал он. — Приди ко мне, Эддисон, прекрати дразнить и приди ко мне. Я хочу, чтобы ты села на мой язык.

Я выполнила просьбу Корбина, опустилась на его рот, вздрогнула, почувствовав его горячее дыхание между ног. Сейчас я ощущала себя настолько горячей, страстной, чувствовала, как мои внешние губки расходятся сами по себе, раскрываются, давая Корбину доступ к моим гладким, чувствительным внутренним лепесткам. Наконец-то, мы соединились.

Он прижался губами к моей сердцевинке, и настала моя очередь стонать. Я ожидала, что Корбин начнет вылизывать меня, но вместо этого он просто целовал… целовал меня так нежно и мягко, как если целовал мои губы. Сначала он медленно покрыл поцелуями внешние губы влагалища, затем скользнул внутрь, накрывая открытым ртом пульсирующий клитор.

— Корбин… боже, — простонала я. — Что ты делаешь?

— Люблю тебя, дорогая, — прошептал он, на мгновение отрываясь от меня. — Как только смогу за оставшееся время.

Я хотела ему сказать, что, возможно, у него есть больше времени, чем он думает, но не осмелилась раскрыть свои карты так быстро. Если он заподозрит, что я что-то задумала…

— Люби меня сильнее, — потребовала я, зарываясь пальцами в его волосы и направляя его туда, где нуждалась в нем больше всего. — Заставь меня кончить, Корбин. Пожалуйста, мне нужно кончить.

Он взглянул на меня расширенными от удивления глазами, а затем улыбнулся.

— С удовольствием, госпожа, — пробормотал он, и я почувствовала, как он начал ласкать меня языком.

Я застонала. Корбин вылизывал меня длинными, медленными движениями от входа в лоно до клитора. Время от времени останавливаясь и уделяя особое внимание клитору, то обводил его кончиком языка, то жадно всасывал в рот, доводя меня до полуобморочного состояния от наслаждения. Всё мое тело дрожало от напряжения, я задыхалась. Ощущала, как внизу живота всё сильнее и сильнее закручивалась спираль наслаждения, с каждым медленным движением его языка угрожая толкнуть меня в пучину экстаза.

Наконец, когда я оказалась на самом краю, Корбин отстранился и посмотрел на меня.

— Объезди мой язык, дорогая, — прошептал он, его глаза напоминали глубокие омуты, заполненные жаждой похоти. — Прокатись на моем языке, кончи для меня. Я хочу почувствовать, как ты кончаешь на мой рот.

— Да, — прошептала я, прижимаясь к нему.

Мои широко раздвинутые бедра дрожали от напряжения, но я не хотела останавливаться. Спираль страсти внизу живота закрутилась настолько сильно, что, казалось, вот-вот сломается, и я, наконец-то, смогу насладиться оргазмом, мерцающим вблизи и всё же таким недосягаемым, как дождевое облако в жаркий, засушливый день.

Я хотела Корбина так сильно. Слишком сильно, чтобы останавливаться. Я толкнулась бедрами ему навстречу, ещё ближе. Корбин открыл рот и прижался кончиком языка к лону. Я ощутила его клыки вверху складочек, и всё же он не оцарапал меня. Хотя я не переживала — всё равно это случится позже. Прямо сейчас я просто жаждала почувствовать наслаждение, прежде чем наступит неизбежная боль.

Зарывшись рукой в его волосы, другой ухватилась за стальную позолоченную перекладину на спинке кровати и качнула бедрами. Я сделала, как он просил — объезжала его язык, использовала его рот, получая самое первобытное наслаждение в жизни. Я ощущала его низкое одобрительное рычание, вибрирующее через меня, видела, как его большие руки сжались в кулаки над головой.

Несомненно, он хотел освободить руки, чтобы схватить меня за бедра и контролировать каждое моё движение, что ни к чему хорошему не привело бы. На этот раз я всё контролирую, хоть и по необходимости, а не по желанию. Я обнаружила, что наслаждалась нашей небольшой сменой власти. На самом деле я наслаждалась этим настолько сильно, что вот-вот собиралась кончить.

Крепче схватив Корбина за волосы, я вскрикнула и навалилась на него, потирая опухший клитор об его язык, бесстыдно отдаваясь удовольствию, которое закручивалось внутри меня огненной спиралью и, наконец-то, лопнуло, накрыв самым сильным оргазмом в моей жизни.

— Ах, боже… Корбин… ох! — кто-то плакал и стенал, издавая беспомощные звуки, наполнявшие комнату. Затем до меня дошло, что это я издаю эти звуки, но не смогла остановиться. Удовольствия оказалось слишком много, даже чересчур.

Мои соски превратились в жесткие, чувствительные бутончики, лоно стало влажным и набухшим. Ощущая, как Корбин жадно слизывает мои соки, я крепче прижалась к его рту, желая получить каждую каплю наслаждения, каждую унцию этих восхитительных ощущений. Где-то на краю сознания возникла мимолетная мысль, насколько хорошо это делать с опытным вампиром — хорошо, потому что понимала, неважно, какое безумие меня настигнет, я никогда не смогу причинить ему боль. Конечно, тоже самое нельзя было сказать о нем, но это входит в часть сделки.

Наконец, я отстранилась, моя грудь вздымалась от тяжелого дыхания, ноги дрожали.

— Боже, — прошептала я и легла рядом, прижавшись к его боку. — Это было охренеть как хорошо.

— Но не достаточно хорошо, — хрипло пробормотал Корбин.

— Не достаточно, хм? — я посмотрела на Корбина и наткнулась его взгляд, полыхающий похотью.

— Не достаточно, — прорычал он. — Трахни меня, Эддисон.

— Что? — я смотрела на него в изумлении.

— Ты слышала меня, — прорычал он. — Хочу, чтобы ты оседлала меня, опустилась своим маленьким горячим лоном на мой член. Хочу почувствовать тебя вокруг себя, как ты сжимаешь и доишь мой член. Хочу, чтобы ты скакала на мне до тех пор, пока не кончишь и не заставишь меня кончить с тобой. Трахни меня.

— Боже, Корбин, — пробормотала я.

Мне нравилось, когда он так смотрел на меня и говорил все эти грязные восхитительные словечки, описывая то, что мы собирались сделать вместе. И на это раз мне понравится быть сверху, смотреть в его глаза, пока я вбираю в себя его член.