Эван Хантер – Десять плюс один (страница 37)
– Мистер Коэн, нас в первую очередь интересует вечеринка, которая состоялась после спектакля, – начал он.
– И что именно? – осведомился Дэвид.
– Мы хотим знать, что на ней произошло.
– Я уже рассказал вам, что на ней произошло, – в тон детективу ответил Коэн.
– Ладно, мистер Коэн, – промолвил Карелла, – скажите для начала, кто там был.
– Все там были. Все, кто принимал участие в постановке.
– Вы имеете в виду актеров или вообще всех, кто имел отношение к спектаклю?
– Всех, кто имел отношение к спектаклю.
– Кого конкретно вы имеете в виду под словом «все»? – поинтересовался Мейер.
– Актеров, команду постановщиков, ну и там… прихлебателей всяких. – Коэн сделал неопределенный жест рукой.
– «Прихлебатели» – это кто?
– Ну, некоторые парни из театральной студии приводили своих девушек, еще пришли знакомые, друзья, короче те, кто не состоял в драмкружке, но был как-то с ним связан.
– Кто был еще?
– Профессор Ричардсон.
– И как вам вечеринка? Удалась? – спросил Клинг.
– Ну да, ничего так. – Коэн пожал плечами. – Господи, это же было больше двадцати лет назад. Неужели вы думаете, что я помню…
– Знаете, мистер Коэн, к нам вчера заходила Элен Стратерс, – перебил его Мейер. – И у нас сложилось впечатление, что она вечеринку помнит прекрасно.
– Да?
– Да. Она утверждает, что та вечеринка была одной из лучших в ее жизни. Что на это скажете?
– Это ее мнение, она имеет на него право. – Дэвид помолчал. – А как она выглядит? Я про Элен.
– Выглядит она прекрасно. А по вашему мнению, мистер Коэн, как бы вы оценили вечеринку?
– Ну… неплохая была вечеринка.
– А Элен придерживается куда лучшего мнения о ней, – заметил Карелла.
– Да?
– Да, – кивнул Стив, – причем особенно яркие воспоминания у нее остались о том, что случилось после того, как большая часть народа разошлась.
– Вот как? – моргнул Дэвид. – И что же она помнит?
– А что помните вы, мистер Коэн?
– Ну… – Мужчина запнулся. – Мы… обжимались немного…
– И все?
– Ну да, все. Мы же были совсем мелкими.
– Знаете, мистер Коэн, несмотря на вашу тогдашнюю юность, Элен утверждает, что объятьями и поцелуями дело не ограничилось.
– Вот как? Что она еще утверждает? – Дэвид поджал губу.
– Она утверждает, что вы там трахались – все вместе.
– Да?
– Да, – с нажимом произнес Карелла. – «Самая настоящая оргия» – именно такими словами она описала случившееся.
– Да?
– Ага. И знаете, что самое невероятное, мистер Коэн? То, что вы об этом чудесным образом забыли. А ведь такое обычно не забывается, если, конечно, у вас нет в привычке регулярно участвовать в…
– Ладно, хорошо, – оборвал детектива Коэн.
– Значит, Элен сказала правду?
– Да, да, – с раздражением произнес Дэвид, – она сказала правду.
– То есть сейчас вы начали припоминать события того вечера?
– Припоминать? – фыркнул Коэн. – Все эти двадцать три года я пытался их забыть. Я вот уже шесть лет хожу на прием к психоаналитику – все ради того, чтобы у меня стерлись воспоминания о том вечере.
– Почему?
– То, что мы натворили, это… это отвратительно, это гадко. – Коэн поморщился, словно от зубной боли. – Мы были пьяны. Это было мерзко. У меня из-за этого вся жизнь пошла коту под хвост.
– Почему?
– Что значит «почему»? – изумился Дэвид. – Потому что мы устроили из этого… цирк. Вот почему. Слушайте, мы можем поговорить на какую-нибудь другую тему?
– К сожалению, нет. Итак, все были пьяными?
– Да, – с отвращением произнес Коэн. – Рэнди Норден ни в чем меры не знал. Понимаете, он был старше, чем мы, ему было за двадцать, он уже учился на юридическом. У его родителей была огромная квартира в пентхаусе на Гровер-авеню, сами они уехали в Европу, так что после спектакля мы отправились к нему. Девушки изрядно напились. Темп задавала вроде бы Элен. Слушайте, вы же ее видели? Значит, сами понимаете, что она из себя представляет. В те годы она была точно такой же.
– А ну-ка, давайте остановимся, мистер Коэн! – резко произнес Мейер.
– Почему? В чем дело?
– Откуда вы, мистер Коэн, знаете, какой она человек? Когда вы ее видели в последний раз?
– С тех пор, как я окончил университет, никого из участников спектакля я не видел, – недоуменно произнес Дэвид.
– В таком случае, откуда вы знаете, что она сейчас из себя представляет?
– Да я и не знаю.
– В таком случае почему вы говорили о ней в настоящем времени? Почему вы утверждаете, что сейчас она такая же, как в прошлом? – не желал отступать Мейер.
– Я просто так подумал, – ответил Коэн и пояснил: – Она и тогда ни в чем не знала меры, а такие обычно не меняются.
– Что скажете о двух других девушках?
– Ну… – Коэн снова замялся. – Они были обычными милыми девчушками. Напились. Вот, собственно, и все.
– И что случилось дальше?
– Ну… мы… Кажется, это была затея Рэнди. Понимаете, он был старше нас… и тогда встречался с Элен… Мы… короче, мы разбрелись… Спален было много и… одним словом, вот это и случилось.
– Что «это»? – настойчиво спросил Мейер.
– Я не желаю об этом говорить! – вдруг закричал Коэн.
– Почему?
– Потому что мне стыдно! Стыдно, понимаете? Вам ясно?
– Расскажите про то, как вы служили в армии снайпером, – сменил тему Карелла.