Ева Винтер – Забытый принц (страница 7)

Моя магия перетекала в него, но это не помогало. Я с отчаяньем наблюдала, как начинает затягиваться рана на моей руке. Это значило, что я отдала слишком много силы и нахожусь почти на грани выгорания.

– Давай же, – с надеждой прошептала я.

Моя рана закрылась, отрезая подачу магии. Маг больше не шевелился и не приходил в себя.

Это должно было сработать!

Это не могло не сработать!

– Но почему… – Я судорожно ощупывала ладонями его бледное лицо.

Я больше не могла проверить его состояние, так как весь резерв отдала, а те крохи, которые остались, были запечатаны блокираторами.

Лицо мужчины осунулось, заострив черты. Темные волосы были взъерошены. Серо-зеленые глаза, которые я так надеялась еще когда-нибудь увидеть, сейчас были прикрыты. Черные ресницы и брови контрастировали с тоном лица, делая его еще бледнее. Дыхание его стало таким слабым, что казалось, с минуты на минуту и вовсе исчезнет. Я смотрела на него и чувствовала, как часть души вытаскивают раскаленными щипцами прямо из грудной клетки.

Что же делать? Что делать? Что…

Я подскочила на ноги и набросилась на чемоданчик, не вытаскивая, а скорее вытряхивая все содержимое.

– Что вы ищете? – растерянно спросила Лоренция, явно не поспевающая за переменами в моем поведении.

– Пыльцу лунной феи.

– ЧТО? – в один голос спросили лесничий и его сыновья, толкавшиеся в дверном проеме, присутствия которых я не заметила.

Я ничего не ответила, продолжая свои поиски. Повисла неудобная тишина. Такая, которую хочется скомкать и затолкать куда-нибудь подальше. Жители домика смотрели на меня, не скрывая ужаса, словно я прямо у них на глазах забралась на потолок и висела там вниз головой, как летучая мышь. Готова поспорить, они думают, что я тронулась умом.

– Но… – неуверенно протянула Лоренция, – это же сказки. – Она старалась говорить очень осторожно и мягко. Так говорят с обезумевшими людьми, которые пытаются навредить себе или окружающим.

– Ага, – ответила я, продолжая рыться в чемодане, пока не вытащила из потайного отверстия то, что искала: бархатный мешочек и маленький прозрачный пузырек с жидкостью, которая переливалась из золотого в красный, потом фиолетовый, синий, а затем снова в золотой.

Лесник и компания ахнули. Не уверена, что они поверили в то, что в моих руках заявленный ингредиент, но вид переливающейся жидкости их явно впечатлил.

Я присела рядом с мужчиной. Сохраняя последние остатки спокойствия, откупорила пузырек с жидкостью и благодаря все еще торчащей из его груди призрачной игле для переливания сделала инъекцию прямо в сердце, вылив половину содержимого пузырька. Оставшуюся половину я осторожно вылила магу в рот.

После этого развязала позолоченные тесемки на мешочке и высыпала его содержимое себе на ладонь. Невесомая темно-фиолетовая пыльца переливалась синим и блестела миллионами всполохов.

Где-то за моей спиной снова восторженно ахнули. И я бы тоже присоединилась к всеобщему восторгу, если бы только беспокойство не стискивало горло. Пыльца выглядела как звездное небо.

– Прими этот дар, ибо даю я его от чистого сердца. – Я сдула ее в бледное лицо мужчины и затаила дыхание, а вместе со мной и все, кто находился в комнате.

Казалось, весь лес, а заодно и весь мир остановился и затаенно наблюдал за развитием событий.

Это называлось «Дар последней надежды». В старых детских сказках упоминалось о даре фей, которым они награждали лишь в исключительных случаях. Например, отважных воинов, пострадавших в борьбе за справедливость, или героев, спасших волшебных животных или кого-то из волшебного народа.

Я же стала обладателем этой редкой вещицы меньше года назад. Мы собирали лечебные травы в лесу рядом с академией, когда я нашла маленькую белую голубку со сломанным крылом. Она трепыхалась, безнадежно запутавшись в охотничьей леске, и чуть не задушила саму себя. Тогда я забрала птицу и выходила. Кормила ее с ложечки и потихоньку подпитывала магией. Крыло срослось очень быстро. Я сильно привязалась к ней и безумно расстроилась, когда однажды, вернувшись в комнату, обнаружила, что голубка исчезла. Этой же ночью меня в очередной раз мучил кошмар о том, как над головой смыкается толща воды.

Пробудившись, я увидела красивую женщину, сидящую на краю кровати. Она была одета в ослепительно белый плащ, покрытый серебряной вышивкой. Кожа ее напоминала лунный свет, а длинные волосы украшали редкие лесные цветы.

– Меня зовут Далия, и я младшая сестра королевы фей из Долины Северных Цветов, – представилась девушка, тепло улыбаясь мне.

Вероятно, я должна была как-то выразить свое почтение по отношению к ней, но все, что я могла в тот момент, это ошарашенно смотреть на неожиданную гостью. Красота ее была столь ослепительна, что на ее фоне все выглядело каким-то блеклым. В том числе и я.

– У тебя доброе сердце, Эйлиин. Ты не прошла мимо чужого горя и спасла маленькое существо, нуждавшееся в помощи. Той голубкой, которую ты нашла в поле и выходила, была я.

Я изумленно раскрыла рот, не в силах поверить в услышанное, а Далия тем временем продолжила:

– Наши поступки – это семена. Сажая добро – мы получаем только самое светлое и хорошее от мира, приумножая все то, что имеем. Ты вылечила и выходила маленькую птичку, зная, что ничего не получишь взамен. Бескорыстные поступки, Эйлиин, имеют самую большую ценность. Поэтому прими мою искреннюю благодарность и запомни все, что я сейчас тебе скажу.

Я напряглась, боясь даже шелохнуться.

– Ты как целитель будешь спасать много жизней, но однажды настанет момент, когда сила твоя будет бессильна. И иссякнет она именно в тот момент, когда помощь понадобится очень дорогому для тебя созданию.

Нехорошее предчувствие закопошилось внутри, словно стая голодных мышей в поисках еды.

– Прими от меня в знак благодарности за спасение «Дар последней надежды». Это пыльца лунной феи и вода из источника света. Этот дар можно использовать только раз. Он поможет тебе тогда, когда других шансов на спасение не останется. Я дарю тебе жизнь взамен своей спасенной жизни.

Меня буквально затопила благодарность. Рвущихся наружу слов оказалось так много, что они просто-напросто застряли в горле. Однако принцесса остановила меня раньше, чем мне удалось выковырять хоть одно.

– Я хочу, чтобы ты запомнила кое-что очень важное! Каждое существо на свете заслуживает спасения, прощения и понимания. Даже те, чьи души черны, словно ночь. Знаешь, почему черный цвет именно такой? Он поглощает все цвета и не отражает их. Так и существа с черными душами: они поглощают все хорошее вокруг себя, не отдавая миру ничего взамен. Но они делают это не потому, что хотят все уничтожить, а потому что сами пусты внутри. Они отчаянно пытаются заполнить эту пустоту, у которой нет дна. Запомни, моя дорогая Эйлиин, существа с темными душами больше всех нуждаются в спасении, кем бы они ни были: магами, волшебным народом или даже богами. Даже того, кто совершает поистине зверские поступки, можно понять. У каждого своя правда. Это как смотреть на цифру шесть с разных сторон. Кто-то видит шестерку, а кто-то девятку. Все в жизни зависит исключительно от точки зрения, которую всегда можно понять. Нужно просто знать, с какого угла смотреть. Помни это, моя милая.

А теперь, затаив дыхание, я молилась всем видимым и невидимым силам помочь этому мужчине, спасшему меня тринадцать лет назад.

«Этот дар можно использовать только раз. Он поможет тебе тогда, когда других шансов на спасение не останется. Я дарю тебе жизнь взамен своей спасенной жизни», – вспоминала я слова принцессы и пыталась остановить неуемную дрожь в руках.

Кажется, я перестала дышать. И все находящиеся в этом доме перестали. И весь лес перестал. И весь город. Вся Империя. Весь мир. Казалось, даже перевозчики мертвых Арнльот и Кольбьерн остановились и молча наблюдали. Внимание всей Ланиакеи было обращено к человеку, находящемуся на грани смерти.

Умоляю… Пожалуйста.

Маг сделал судорожный вздох, а его тело изогнулось дугой.

Я облегченно всхлипнула. Лесничий и компания выдохнули и обессиленно сползли по стенам.

Мужчина распахнул глаза и, резко схватив меня за запястье, с силой дернул. Не ожидав такой прыти, я издала испуганный писк и практически повалилась на него.

Дыша будто загнанный зверь, он изучал меня затуманенным взглядом. Его глаза блуждали по моему лицу, словно пытались что-то отыскать. А после резко метнулись к выбившемуся из-за ворота халата медальону с кувшинкой и замерли. Он смотрел на медальон так пристально, словно тот был ключом к разгадкам всех тайн Ланиакеи. Затем медленно перевел вопросительный взгляд на меня. И провалился в беспамятство.

Глава 5

«После смерти душа и тело умершего существа разделяются по разным мирам: тело остается в мире живых, в то время как душа переходит в мир мертвых. Там ее забирают перевозчики душ Арнльот или Кольбьерн, чтобы отвезти во дворец богини смерти Морриган.

Арнльот передвигается на призрачной карете и забирает души тех, кто умер на суше, в то время как Кольбьерн забирает на призрачной лодке тех, кто встретил смерть в воде»

Я приходил в себя очень медленно. Помещение, в котором я находился, раскачивалось из стороны в сторону, заставляя меня терять ориентацию в пространстве. Я лежу неподвижно? Или куда-то скатываюсь? А может, меня куда-то тащат?