Ева Уайт – Совершенно (не)случайно (страница 2)
– Бэкки, все в порядке? – где-то в коридоре послышался голос Стива. Друзья расслабились и Бэкка одним рывком открыла дверь.
– Да, пап, просто поднос упал.
– И ты как всегда заставила Уэса выполнять за тебя всю грязную работу? – Стив грустно улыбнулся, заглянув в комнату. Из-за высокого роста он был вынужден пригнуться, чтобы не удариться головой о низкий дверной проем.
– Ну па-а-а-ап… – Ребекка закатила глаза и попыталась закрыть дверь.
– Помоги парню, будь умницей. – Стив чмокнул ее в лоб и удалился. Ребекка прикрыла за ним дверь, а затем опустилась на корточки, чтобы помочь другу убрать остатки еды с пола.
Когда дело было сделано, друзья еще о чем-то беззаботно поболтали, но в скором времени Уэсли отправиля домой, чмокнув Бэкки в щеку на прощанье. Оставшись наедине со своими мыслями, Бэкки легла на кровать. "Что же еще может случится в этом учебном году, если он уже начался так дерьмово?" – размышляла она, беспокоясь о будущем. Анализировать ситуация с поцелуем и внезапным порывом страсти у нее не было сил. Да и в глубине души она знала, что Уэс не просто так готов на все ради нее. Конечно, она тоже сделает для него что угодно, и труп спрячет, но насчет любви… С другой стороны, ее организм переживал сильный стресс, так что сейчас она вообще не хотела разбираться в сердечных делах.
Уткнушись лицом в подушку, Ребекка пыталась уснуть, но все было бесполезно. В голове было пусто, но сон никак не приходил. Только время вылечит ее бессонницу, хандру и отсутствие аппетита. Но это же время может открыть такие тайны, которые лучше бы покоились там, где их кто-то когда-то спрятал.
Уэсли Купер. Декабрь 2008
Уэсли Купер
Декабрь 2008
Уэсли собирался на свидание с Бэкки. Он, выглядел шикарно, впрочем, как и всегда. Черные джинсы, белая футболка и белая рубашка в мелкую черную полоску смотрелись идеально на его спортивном теле. Жесткие кудрявые темные волосы были аккуратно уложены, легкая щетина придавала брутальности его узкому лицу. Хотя они уже и встречались несколько месяцев, Уэс всегда волновался перед свиданием с Ребеккой. И это свидание не стало исключением. На этот раз его преследовало плохое предчувствие: словно палач занес топор над головой приговоренного. Шея парня действительно немного зудела. "Возможно, виноват новый парфюм" – подумал Уэсли и попытался отбросить скверные мысли. Еще раз оглядев себя в зеркале, он спустился в гостиную.
Светлая макушка Уолта Купера виднелась за спинкой его любимого кресла в гостиной. По телевизору показывали какое-то шоу, но Уолт его не смотрел. В его глазах цвета темного шоколада ощущалась пустота. Он был пьян. Алкогольное опьянение последние полгода стало для отца семейства привычным состоянием, хотя, по мнению окружающих, поводов для пьянства у него не было. Совсем недавно он получил звание Капитана полиции, семья его всегда поддерживала и в доме Куперов скандалы были редким явлением. Возможно, Уолт не выдерживал напряжения на работе, и потому прикладывался к бутылке. Хезер Купер, жена Уолта и мать Уэса, выглядела моложе своего возраста и в целом была симпатичной женщиной – узкое лицо, огромные карие глаза и миниатюрный нос, усыпанный веснушками. Юности ей придавали милые кудряшки, которые мягким каскадом обрамляли лицо Хезер, и которые перешли по наследству сыну.
Уэс походил на мать, от отца ему достались только карие глаза. Родители оба были блондины, у Уэса же волосы были цвета темного кофе. Хотя цвет глаз и кудри он унаследовал от предков. В детстве над ним часто издевались из-за того, что цвет его волос был не таким, как у родителей. Да и он сам часто думал, что приемный. Однако никаких подтверждающих документов в доме родителей он не нашел, что означало, что он биологический сын. От родителей его отличал только цвет волос. Из курса генетики в школе Уэс понял, что это нередкое явление, и на этом успокоился.
Уэсли решил воспользоваться машиной отца, так как Уолт сегодня явно не сядет за руль. В гараже он столкнулся с Хезер, которая только что вернулась из супермаркета и выгружала покупки из своего авто.
– Куда идешь? – спросила она, запыхаясь.
– К Ребекке. И я уже опаздываю.
– Передавай привет Стиву. Хорошо, что они живут дальше.
– Ну да, привести в дом новую женщину спустя месяц после смерти жены – прекрасная идея.
– Не нам судить, сынок. Тем более Ирэн сама говорила Стиву найти кого-нибудь.
– Тебе то откуда знать, что она говорила? Кажется, вы не были близкими подругами.
– Не были, ты прав. Но мы хорошо общались ради вас с Бэкки.
– Причем тут я и Ребекка?
– Вы дружите, и это главное. Иметь друзей просто необходимо.
– Она мне не просто друг…
Хезер выронила пакет с покупками из рук и застыла с испуганным лицом, но Уэс уже завел мотор и не заметил замешательства матери. Он выехал из гаража и направился к дому Браун.
Бэкки и Уэс не объявляли себя официальной парой, а видеть их вместе было привычным для окружающих. Потому никто и не догадывался, что их отношения уже нечто большее, чем просто дружба. Друзей это устраивало, а на остальных им было плевать. Тем более у них были проблемы посерьезнее: мачеха Бэкки, пьянство Уолта Купера, да и учебу никто не отменял.
Бэкку и Уэса сближали проблемы с родителями – у Ребекки недавно умерла мама, а у Уэса отец – алкоголик. В череде непрекращающихся семейных проблем они находили только друг в друге – остальные друзья были из обычных семей со стандартными поводами для ссор, да и делиться переживаниями по поводу отца – алкоголика и злой мачехи с другими не было смысла, ведь кроме сочувствия эти двое получить ничего не могли. Жалость окружающих только удручает – пережить боль по-настоящему поможет только тот, кто уже смог с ней справиться. Ну или хотя-бы пытается. Уэс и Бэкки не жалели друг друга – каждый мог открыть свои самые печальные и темные мысли. Они знали, что ни один из них никогда не услышит в ответ от другого упреков или сострадания, не столкнется с безразличием – они делили боль пополам, ослабляя петлю на шее друг у друга. Бэкки могла трансформировать ярость Уэса в страсть, а Уэс превращал слабость Ребекки в металл.
После смерти Ирен Ребекка была сама не своя, и Уэс поддерживал ее, как мог. Но по неизвестным причинам она перестала ему открываться так, как раньше. Как будто внутри нее с хрустом надломилась фосфорная палочка – до трагического события Бэкки, хоть и ожидала худшего, но излучала свет. После смерти матери горе черной тенью затмевало ее свет и все хорошее вокруг. Чем больше проходило времени, тем очевиднее для Уэса становилось, что внутренний свет Бэки даже не пытается пробиться, а постепенно исчезает, и вместе с этим светом исчезало что-то еще. Каждый раз, когда он пытался затронуть тему Ирэн, Бэкки замыкалась. Уэсли решил дать ей время, и не нагружал ее своими переживаниями. Он боялся сломать Бэкку еще больше.
Стоя на светофоре возле дома Браун, Уэс увидел Ребекку. Она стояла на крыльце парадной и слегка ежилась от холода. На ней была черная куртка, но она не спасала от холода. Казалось, лед пронзал ее изнутри, и она мерзла бы даже при жаркой погоде.
Увидев Уэса, Ребекка слегка улыбнулась и направилась к авто. Поерзав в пассажирском кресле, Бэкки взглянула на Уэса. В груди Уэсли что-то замерло, он едва дышал от напряжения.
– Нам нужно поговорить… – сказала Ребекка и опустила глаза.
– А где же "Привет милый, я скучала"… – попытался снять напряжение Уэс. От его немного нервной интонации Бэкки вздрогнула, глубоко вздохнула, но продолжала молчать.
– Что-то случилось? У тебя как будто кто-то умер… – Уэс сам разозлился от тупости своей шутки. Напряжение нарастало и уже густо ощущалось в воздухе.
– Уэс, я считаю, нам нужно остаться друзьями.
– ЧТО?
– Я люблю тебя, правда. Но, встречаясь с тобой, я потеряла друга.
– Бэкки, я не понимаю… Я сделал что-то не так?
– Ты замечательный, и ты это знаешь. Но, ты перестал мне открываться. Я не знаю практически ничего, что у тебя происходит.
– Я тебе вчера рассказывал, как мы с Ником откачивали его отца…
– Это проблемы Ника, не твои… Как твой отец?
– Ну…
– Видишь? Ты ограждаешь меня от твоих ЛИЧНЫХ проблем, потому что мы встречаемся. Как ты справляешься с этим в одиночку?
– Бэкки, послушай. Ирэн умерла несколько месяцев назад, у тебя и так забот по горло, я не хочу тебя нагружать своими проблемами…
– ВОТ ВИДИШЬ! Об этом я и говорю… И я не хочу тебе постоянно ныть о моем состоянии, быть одновременно и лучшими друзьями и парой для нас невозможно. И я не справляюсь без тебя, честно. То, что творит моя мачеха…
– Расскажи.
– Нет. Если ты мой бойфренд, то нет, прости. Ты мне не отец, не жилетка для слез, ни подружка или друг. Бойфренд – это партнер. Партнер со своей жизнью, которая развивается независимо от моей, но вторит общим целям и желаниям. Я боюсь, что у нас с тобой разные цели и желания.
– Да что ты такое говоришь?
– Да Уэс, я говорю правду. Сколько мы встречаемся? 3 месяца? Мы никогда не заходим дальше поцелуев.
– Бэкки, я…
– Да, да. Ты ждешь, когда я буду готова. Так вот я давно уже готова, но я понимаю, что между нами всегда будет стена, так как будучи в паре мы боимся навредить друг другу. Я не хочу тебя бояться, я не хочу, чтобы боялся ты. Чтобы ты подбирал слова при общении со мной, чтобы ты деликатно обходил стороной темные уголки твоей жизни… Когда ты был моим другом, ты был весь моим. А сейчас ты мой только как обложка, хоть и красивая…