Ева Туманова – Невеста для чудовища (страница 12)
Илья вздрогнул. Поймал мои губы и стал терзать их, впиваясь до боли, не заботясь ни обо мне, ни о своей разбитой губе. Он целовал меня так, будто хотел выпить досуха, жадно вбирая каждое мгновение. Прижимался и снова отстранялся, играл с моим языком, не давая себя поймать.
Кто-то вежливо кашлянул. Хватая воздух, я отдёрнула голову — в дверях с лёгким осуждением на лице застыли Марина и приведённая ею администраторша с какой-то бумагой и терминалом оплаты в руках.
— Ш-ш-ш… — Илья приложил палец к моим губам. — Я хоть и не миллиардер, но могу себе позволить выручить даму сердца.
Он сам оплатил ущерб. Впрочем, ведь это он его и нанёс…
Ночной воздух ворвался в лёгкие, кружа голову. А может, это шампанское пошло на второй круг, выжимая из себя остатки эйфории.
— Вызовем такси? — Я с сомнением посмотрела на Илью. Он был никакущий, я тоже не вполне… устойчива. Лёгкая добыча для злоумышленников.
— Не, — буркнул Илюха, махнув рукой. Вторую руку он закинул мне на плечо и больше висел, чем стоял. — Я Санька вызвонил, он нас докинет.
Что же, одной проблемой меньше. Не первый раз, когда Саня выручает своего неосмотрительного безбашенного друга. Я в шутку называла его Илюхиным ангелом-хранителем. Что было втройне комично — отец у Санька был с Кавказа и передал сыну типичнейшую дагестанскую внешность, любовь к ношению бороды и привычку наезжать на людей для профилактики.
Когда мы сели в машину, Санёк улыбался во весь рот.
— Куда едем, алкашня? — Он перегнулся через сидение, убирая в сторону какой-то хлам.
— Что ты ругаешься, — шутливо заканючил Илья, веселея на глазах, — я щуть-щуть…
— Я вижу, — загрохотал Саня. — Так что, по домам и баиньки?
— Вези нас ко мне, — скомандовал Илья, обнимая меня за талию и прижимая крепче. Он попытался поцеловать меня в губы, но промахнулся, чмокнул в нос и засмеялся. Однако, как быстро его настроение рапогодилось.
— Но я ближе…
— Тихо, тихо, золотко, — сказал он и снова сделал попытку поцеловать, на этот раз попав, куда надо. Провёл пальцем по моим губам. — Останешься сегодня со мной. Уложишь, как следует.
Они оба загоготали.
Меня грызло изнутри предчувствие беды, скребло на душе, погружало в какую-то беспросветную пучину. Я связывала это с Дубовским. Взяла своего парня за руку, пытаясь как-то отвлечься. Тот сильно сжал в ответ, сминая мои пальцы в кулаке.
— Ай! — Я выдернула руку и затрясла. — Осторожнее.
— Больно? — Илюха склонил голову. В полумраке салона его глаза казались совсем чёрными и недобро мерцали. — А если так?
Он схватил мою ногу чуть выше колена, впиваясь пальцами, пристально глядя мне в лицо. Я треснула ему по руке и попыталась сдвинуться в сторону, но места было слишком мало.
— Дурак, синяки же останутся.
Илья засмеялся, целуя меня в шею мокрыми губами. Прихватил зубами. Несильно, но я вся напряглась.
— Да расслабься ты. — Он качнул меня, как неваляшку. — Не съем.
Сегодня все с удивительным единодушием призывают меня расслабиться. И чем чаще я об этом слышу, тем сложнее становится это сделать. Я аккуратно отцепила от себя Илюхины пальцы, пока он болтал с Саньком о какой-то ерунде. Ехать к нему категорически не хотелось, но я заставила себя сидеть молча. В таком состоянии с него станется выпасть из тачки не домой, в тёплую кроватку и крепкий сон, а в приключения с плохим концом. Плавали, знаем. Пьяным Илья превращался в матёрого искателя проблем на свою голову, а я чувствовала себя его мамочкой, ответственной за жизнь и здоровье непутёвого сынка.
По крыше внедорожника забарабанил дождь. Саня включил дворники, я закрыла окно, в которое заносило холодные крупные капли. Что же, вот и фиговое окончание фигового дня. Хмурое небо темнело над головой чёрным покрывалом, луна совсем скрылась за тучами.
Страшно хотелось спать, веки слипались сами собой. Но я встряхивала себя, напоминая — взялась следить за порядком, так следи. Либо отлично, либо никак. Илья больше не буянил, наоборот, притих, прижавшись лбом к стеклу. Я вздохнула с облегчением. Надеюсь, таким он и останется, пока не ляжет спать.
Мы подъехали к жилому комплексу. Илья жил на десятом, в квартире, подаренной не то отцом, стремившимся загладить невнимание к сыну, не то отчимом, который пытался наладить контакт с несговорчивым пасынком. Илюха охотно брал подарки. «Они всё равно не проверят, что у меня в голове», — зубоскалил он, за глаза поливая обоих дерьмом. Было, за что.
Санёк остановился, посмотрел на меня в зеркало. Потом всё-таки обернулся.
— Ну что, теперь поехали к тебе? — И засмеялся над своей двусмысленностью. Я поморщилась. На шутки обижаться было глупо, меня и так считали слишком тонкокожей в этом плане. Но приятного тоже мало.
— Эй! — Илья пихнул его сидение. — Ишак махачкалинский.
— Я москвич, вообще-то, — ответил Саня. Добавил, пародируя кавказский акцент: — Вай, такой дэвущка, да? Пэрсик! Так бы и съел всю.
— Х*й тебе. Моя.
С этими словами Илья притиснул меня к себе.
— Моя ведь? — спросил он, застыв в сантиметре от моего лица.
— Твоя, твоя. Слушай, я домой поеду, наверное…
Он поцеловал меня коротким сильным поцелуем. Потом ещё. И ещё. Обычно мне это нравилось, даже… Возбуждало. Но сейчас мне хотелось побыстрее отправить его домой, приехать к себе, уложить распухшую от переживаний голову на подушку. В доме больше никого не будет, родители свалили на какой-то форум в Питере, не то случайно, не то специально подгадав под мою первую встречу с Дубовским. Закрыть глаза. И проснуться через полгода, когда всё уже кончится. Настойчивость Ильи раздражала, он как маленький ребёнок, который хочет играть и ему плевать, как себя чувствуют все вокруг.
— В смысле, домой? — возмутился он.
— Уже поздно, спать охота…
— Вот и поспим, — мурлыкнул он, сразу становясь ласковым котом. Потёрся о мою щёку своей.
— Да я…
— Ты не хочешь побыть со мной? — Илюхин вопрос бил прямо в лоб, обвинение в голосе сразу заставило меня устыдиться. — Это последняя ночь, когда мы будем вместе, Злат. Ты хочешь сейчас оставить меня одного? Уже завтра этот урод заберёт тебя у меня. Наверное, он всё-таки тебе приглянулся, да?..
— Не говори так, — вскинулась я. — Ничего не изменится, слышишь?
Ещё одна ложь. Сколько их уже за сегодня было? Я врала не только ему, но и себе, убеждая, что так и будет. Дубовский просто придуривался. Играл. Скучно ему, может. Всё останется, как было.
— Святая наивность, — зло бросил Илья, поджимая губы. — Ты правда такая дура? Если хотя бы половина того, что я слышал про Дубовского, правда, то тебе пи*да, золотко. Не думай, что увидев такую сладкую конфетку, он ограничится фейковой свадьбой и позированием на фотках. Он захочет всё. И никто, ни одна душа в мире этому не сможет помешать. У него такие связи, что если он решит разрезать тебя на куски и скормить аквариумным рыбкам в прямом эфире на федеральном канале, то ему и это сойдёт с рук. Завтра ты поступишь в полное распоряжение этого чудовища, которого и человеком не назвать, а сегодня воротишь нос от меня?
Его слова взрывались у меня в голове сигнальными ракетами. На глазах вскипели слёзы. Самое ужасное, что он был прав, он был бесконечно прав, но мне так страшно было признать это… Я судорожно всхлипнула, горячие слёзы брызнули из глаз, прочерчивая мокрые дорожки на щеках. Илья протянула руку, стирая одну.
— Прости, любимая, — сказал он, прижимая мою голову к себе. — Не надо было этого говорить.
— Вот именно. — Я шмыгнула носом. Попыталась заставить слёзы вернуться обратно, но они продолжали течь, так что я отвернулась. Открыла окно, подставляя лицо под прохладный, пропитанный сыростью воздух. Звуки отступили, доносились словно из-под подушки.
— Ну всё, всё, — успокаивающе сказал Илья и протянул мне мою сумку. — Пойдём. Александру тоже пора домой. Правда, Александр?
— Ещё как, — кивнул Саня и помахал рукой. — Не хворай, брат.
Мы вышли из машины, которая тут же взвизгнула шинами и сорвалась с места, быстро исчезая за поворотом. Я покачала головой. Однажды Санёк встретит столб, который не отпрыгнет с дороги.
— Я побуду с тобой немножко, потом такси вызову, — сказала я Илье, пока мы шли к подъезду.
— Зачем? Оставайся.
— Говорила же, родители уехали. Они сигналку не ставили, думали, что я вернусь. Да и утром мне лучше быть там, — сказала я и осеклась. Потому что утренние сборы были предсвадебными. Чтобы скрыть замешательство, я принялась копаться в сумке, якобы проверяя ключи.
Ключей не было. Был телефон. Кошелёк. Косметичка. Даже пустая упаковка от жвачки, которую руки не доходили выкинуть. А ключей — нет. Но я точно помнила, как положила их во внешний кармашек. Наверное, выронила где-то, видимо, когда доставала телефон.
— Ты мои ключи не брал? — машинально спросила я.
— Нах*я мне твои ключи? — грубо буркнул Илья. — У меня свои есть. А что, потеряла, растяпа?
— Похоже…
— Вот видишь, сама судьба тебе предписывает остаться у меня, — просиял парень, подталкивая меня шлепком по попе к лифту.
Я была здесь тысячу раз, но никогда не оставалась на ночь.
— А зубная щётка? И спать мне не в чем.
Илья масляным взглядом окинул мою фигуру.
— Без одежды поспишь.
— Илья! Я серьёзно.
— Ладно. — Он закатил глаза. — Футболку дам какую-нибудь. Только её не потеряй, смотри.