Ева Тори – Вернуть наследие (страница 16)

— Да после вчерашней тренировки ребра так болят, ужас, — я попыталась улыбнуться, но вышло жалко.

— Да ты вся бледная! Так, Палетта, в палату ее и на кушетку, — лекари подхватили меня подмышки и потащили в отдельную комнатку для особо больных. Там я сняла платье, бюстгальтер и легла на больничную койку с помощью женщин.

— По-моему у тебя перелом, — вынесла вердикт госпожа Тиссо после осмотра. Я застонала. Ну как не вовремя! — Чего стонешь? Беречь себя надо. Придумала тоже, совсем себя измотала. Только вспомни, какая ты была пару месяцев назад, а какая сейчас! Ты вообще ешь?

— Ем, — кивнула утвердительно.

— Оно и видно, — нахмурилась Тиссо. — Лежи и не шевелись. Подлатать тебя надо быстро, а процесс это болезненный. Жди меня здесь, я буду готовить микстуры и зелье.

— Хорошо, я поняла, госпожа Тиссо. Спасибо вам.

— Ай, — отмахнулась пожилая лекарша и бурча себе под нос что-то о том, что совсем мы себя не бережем, маги недоделанные, ушла восвояси. Палетта неловко улыбнулась, оставшись со мной наедине.

— У тебя обед, да?

— Угу, — кивнула девчонка. — Но я останусь с вами до тех пор, пока не вернется госпожа Тиссо.

А у самой глаза загорелись от предвкушения вкусного обеда и моего немого намека на то, что она может меня оставить одну.

— Знаешь, я вроде не умираю, поэтому ты можешь пойти и спокойно пообедать. А дверь не закрывай, ни мою, ни входную — госпожа Тиссо не взяла ведь ключи.

— Спасибо, Кристалл, — и махнув хвостом, Палетта убежала на обед.

Я осталась в полной тишине. Запах здесь был, конечно, очень специфический. Чего стоит только мазь, заживляющая раны и синяки. Когда я понюхала ее впервые, у меня глаза заслезились и чихала еще очень долго.

Вдруг дверь со скрипом открылась. Я напряглась, натянув легкую простынку, которой прикрывала обнаженное тело, до подбородка.

— Госпожа Тиссо? — хриплый голос мастера заставил мое сердце ускоренно забиться. А в голове пробежала шальная мысль: я и он здесь одни. Я — без одежды. Так может… Ох, Кристалл, ну о чем ты думаешь?

— А она ушла, — подала я голос. Мастер тут же вошел в палату и заглянул ко мне. Я натянула кривую улыбку.

— Здрасти…

— Кристалл? А что ты тут делаешь? Все в порядке? — его взгляд скользнул по моему телу, укрытое простынкой.

— Да что-то ребра после вчерашнего болят, пришла вот сюда. А мне говорят, перелом.

— Как перелом? Дай посмотреть, — Резерфорд стремительно подошел ко мне и опустился на корточки рядом со мной. Наши глаза оказалась напротив друг друга.

— Да зачем? Госпожа Тиссо ведь уже сказала…

— Я твой мастер, адептка Гвиницелли, поэтому не спорь.

Я аккуратно отодвинула простыню так, чтобы моя грудь не была сильно видна. Полностью скрыть свое тело мне все равно не удалось: перелом находился в таком месте, что часть груди все равно была видна.

Увидела, как Резерфорд пробежал взглядом по моему телу. Невольно он задержался на виднеющейся груди, но тут же обратил свое внимание на мои пострадавшие ребра. Прикоснулся к ним холодными пальцами, а я тут же зашипела, как кошка и дернулась от него.

— Ну вы что делаете?! — воскликнула возмущенно. Мужчина нахмурился.

— Не сказать, что сильный перелом, но все равно неприятно. Еле дошла, да? Почему вчера ничего не сказала?

Он сам опустил мою простынку, а я еле сдержала победную улыбку.

— А я и не почувствовала вчера. Только утром еле встала. Вернее, в обед.

— Мне кажется, тебе нужно немного отдохнуть. Хотя бы один день в неделю не посещать тренировки. Многие ходят через день и правильно делают, такие нагрузки нужны только тем, кто хочет идти служить в королевскую армию.

— Выгоняете меня? — тут же нахмурилась я, а Резерфорд явно растерялся. Увидев его реакцию, я задорно рассмеялась, но тут же зашипела — ребра дали о себе знать. — Я пошутила, — прокряхтела, приложив руку к больному месту.

— Я понял, — усмехнулся мужчина и присел на стульчик.

— А вы зачем сюда пришли? — я повернула голову к нему. Только сейчас поняла, что лохматая и не накрашенная… Ну надо же ему было именно сейчас прийти?

— Мази закончились, адепты все вытаскали, — я хихикнула, но быстро умолкла, натянув простынку до губ, чтобы он не видел моей широкой улыбки. Хотя, по глазам же видно… Мастер внимательно наблюдал за мной.

— Понятно, — выдохнула и отвернулась к стене.

— Не скучаешь по дому? — задал он неожиданный вопрос.

На секунду я задумала, глядя в белый потолок.

— Нет, — посмотрела на мастера с легкой улыбкой. — Только переживаю за маму и папу, они, наверное, с ума сходят из-за моей пропажи.

— Ректор делает все, что в его силах, — заверил меня мастер.

— Да? Спасибо. Мы давно с ним не общались, — на некоторое время повисло молчание.

— А чем ты занималась в своем мире? — мастер устроился поудобнее, сложил руки на груди и расслабленно опустился на спинку стула.

— А, ничего интересного. Здесь такого точно нет. Я изучала международную политику.

— Вот как, — на некоторое время мужчина задумался, а я не спускала глаз с его лица. — Значит, политикой интересуешься? И что скажешь о нашем королевстве?

— Я прожила слишком мало в вашем королевстве и не могу объективно оценивать ситуацию. Тем более, что вся моя жизнь — это академия. И вы.

Получилось двусмысленно, но так оно и было. Мой день начинался с мастера Резерфорда, им он и заканчивался. Неожиданно мужчина тихо рассмеялся и устало потер глаза.

— Да, ты права. Кроме этих стен ты ничего и не видишь. Ну а что скажешь на счет нашей истории?

— Она везде одинаковая. В моем мире тоже идет борьба за власть, войны и революции. Просто оружие другое. И я не знаю, что опаснее: наше или ваша магия.

— А какое у вас оружие? — он заинтересованно подался вперед.

— Ммм… — я задумчиво прикусила нижнюю губу. — Магии у нас нет, а мечи мы перестали использовать лет так двести назад, наверное… Сейчас фехтование — как пробежка по утрам. Просто спорт. Самое страшное оружие — бомба. За считанные секунды она способна стереть с лица земли все королевство. Есть бомбы и поменьше. Ими атакуют здания, например, эту комнату. Мы бы с вами погибли сразу, если бы ее бросили сюда. А есть автоматы и пистолеты. Это такие… мм… трубочки, куда кладут железные шарики. И с помощью механизма — это как магия, только сотворенное руками человека, шарик вылетает с невероятной скоростью, даже невидимым становится. И за долю секунды способен пробить человеческое тело и убить его.

Я неловко замолчала, понимая, насколько убого звучит мое повествование. Но рассказать по-другому человеку, который не знает ничего о моем мире, просто не могла.

— Интересно, — заключил мастер.

В комнату ворвалась госпожа Тиссо с флакончиками в руках.

— Негодник ты, Резерфорд! — начала она возмущенно. — Совсем затаскал девчонку.

Сказать, что я была удивлена тому, как она общается с мастером — ничего не сказать. Я тут же перевела взгляд на Резерфорда, но на его лице играла легкая улыбка. Он спокойным, и даже теплым взглядом наблюдал за тем, как суетится лекарка.

— Ну, почему же затаскал? — ухмыльнулся мужчина, бросив на меня быстрый взгляд. Я покраснела, потому что в моем мире это слово было очень двусмысленным. — Она сама приходит.

— А ты не позволяй ей! Постоянно, то синяки, то ушибы… — причитала женщина. Она подошла ко мне с какой-то микстуркой. — Пей, засранка.

Я приняла пузырек без колебаний. Под внимательным взглядом мастера, Тиссо приподняла мне голову. Как только первые капли попали мне в рот я закашлялась. Внутри словно все обожгло, глаза заслезились.

— Это… это что?! — прохрипела сквозь кашель.

— Допевай. Кости сращивать будем, — строго приказала врач. Несколько капель жидкости пробежали по моему подбородку и скатились по шее. Когда микстура закончилась, я буквально упала на постель и тяжело задышала.

— Что с ней? — послышался взволнованный голос Резерфорда.

— Процесс начался, а он не самый приятный, — хмуро отвечала ему женщина. Я почувствовала, как чьи-то руки прикасаются к моим болезненным местам. Видимо, Тиссо наносит мазь. Но я же голая! А Резерфорд все еще здесь.

Боль прошла быстро, как и чувство жжения внутри. И это — сломанные ребра. А что будет, когда у меня сломается рука или нога? Нет, я на это не надеюсь, просто с таким образом жизни такое действительно может произойти. В голове шумело, тело немного ныло.

— А теперь тебе надо поспать, Кристалл, — сказала Тисса, укрывая меня простынкой.

— А может ее в комнату? — предложил Резерфорд.

— Она не дойдет, микстура усыпляет.

— Тогда, может, я отнесу?