Ева Шембекова – Вершители судьбы (страница 2)

– Они говорят, что тебя отдать надо! – всхлипнула мама. – Что мы не справимся… – она снова уткнулась в платок. – Да, как же я отдам дитя своё! Я ж тебя с рождения… всего пять деньков тебе было, когда взяли! Мы ж и сами не знали ничего про эти проклятые гены! Никто ничего не знал!

– Так, мать, не разводи тут сырость! – строго сказал папа. – Если б не эти гены, мы бы сейчас схоронили дочь! А она живая. И даже почти здоровая. Ничего, как-нибудь и дальше проживём. Верно я говорю? И никому мы её отдавать не будем. Сами воспитаем!

– Ага, – кивнула я. – Не надо меня никому отдавать.

В палату, въехала тележка, нагруженная едой. А следом вошла медсестра и улыбнулась.

– Ну, кто тут у нас самый голодный?! Дмитрий Александрович велел тебе с постели не вставать, но присесть можно. Так, давай помогу, – она подкатила тележку к кровати и откинула одеяло, помогая мне сесть. – Аккуратно, без резких движений… вот так! Умница. Ложку сама удержишь?

Я протянула руку, но обыкновенная ложка показалась ужасно тяжёлой! Пальцы не смогли даже сжать её как следует. Медсестра тут же её отобрала.

– Ничего, ничего! Сейчас поешь, и сил сразу прибавится! – весело прощебетала медсестра, зачерпывая бульон.

– Я сама покормлю! – неожиданно твёрдо говорит мама и решительно пересаживается ко мне на кровать.

– Хорошо, – не стала спорить медсестра и отдала ложку маме. – Тогда позовёте, если что понадобится.

И упорхнула в коридор. Я, жмурясь от удовольствия, принялась за бульон. Через несколько ложек я почувствовала, что мамина помощь мне уже не нужна и взялась за ложку сама. Чашки бульона оказалось мало. Голод буквально скручивал желудок в узел. Впрочем, на столике был не только бульон. Целая, печёная курица, огромная миска салата, кастрюлька рисовой каши с подливой из печёнки, горка котлет и большая гора булочек! Я съела все подчистую. Просто не смогла остановиться и успокоилась только когда на столе не осталось ни крошки.

– Уф! Вот это я наелась! – откидываюсь на подушки в полной нирване.

– Точно наелась?

Смутно знакомый мужской голос заставил подпрыгнуть и испуганно озираться. На меня, почти не мигая, смотрел тот самый дядька, что был со мной на остановке. Только теперь, вместо пиджака и брюк, на нем были обычные джинсы и футболка.

– Ой! Это вы меня спасли, да? А меня Ярослава зовут.

– Знаю, – кивнул дядька и подошёл ближе. – А меня Стас. Станислав Жданов. Так что? Больше совсем есть не хочется?

– Не-а, – я для верности даже головой помотала. – А вы волк, да?

– Не "вы", а "ты", – усмехнувшись, поправил меня Стас и, притащив из угла стул уселся рядом. – У нас вежливость выражается по-другому. А обращение ко всем на "ты" и по имени. Привыкай, Ярослава. Ты теперь тоже одна из нас, – он обернулся к родителям. – Вы уже нашли её род?

– Нет, – качнул головой папа. – Мы не собираемся отказываться от дочери.

– Сами воспитаем! – воинственно добавляет мама.

– Сами вы её угробите! – припечатал Стас. – Вы даже примерно не можете представить, что такое… – он махнул рукой и нахмурился. – Ладно. Давайте сделаем так. Пока не найдутся родичи, я сам займусь её воспитанием. Ты согласна, Ярослава?

– Вы её заберёте? – глухо вскрикнула мама.

– Пока в этом нет необходимости, – ответил Стас и повернулся ко мне. – Решать в любом случае тебе. Примешь меня как своего наставника? Или будешь ждать кого-то из своих?

Наставник! Я столько раз слышала это слово от Лёшика, что сразу же вспомнила.

– Точно! Вы… то есть, ты наставник Лёшика! Алексея Чёрного! А мы с ним вместе учимся! Ну, если никуда переезжать не надо, то я согласна! А что надо делать?

– Будешь после школы приходить ко мне, – улыбнулся волк. – Алексей тебе покажет, где я живу. Это недалеко. Но учти, приходить нужно обязательно. Каждый день. Очень скоро ты начнёшь меняться и тебе просто необходимы тренировки, чтобы подготовить к первому обороту. А ещё, вот мой номер, – он протянул мне листочек с номером. – Будут вопросы, а они непременно будут, или что-то случится – звони в любое время. Даже ночью.

Я уже хотела спросить, что такого может случиться, но не успела. В палату вошёл ещё один человек. На этот раз в чёрной форме Стража.

– Я понимаю, что не вовремя, но… – он прошёл ко мне и достал из сумки небольшой, дымчато-серый, гранёный камень размером с перепелиное яйцо. Магокристалл. – Так, вы родители? А вы?

– Наставник, – коротко ответил Стас.

– Замечательно! – обрадовался следователь. – Все в сборе и не надо ни за кем бегать! Ярослава Фирсанова, ты готова дать показания?

– Да, – осторожно кивнула я.

– Тогда расскажи, что произошло.

– Да, особо и рассказывать нечего, – смутилась я. – Ждала автобус на остановке. Потом, вон, Стас туда пришёл. А потом откуда-то мотоциклы вырулили. Там пацаны песни орали. И один прямо на нас. Все так быстро случилось… Бам! И я тут.

– Ты видела лицо мотоциклиста? – спрашивает следователь.

– Почти не видела, – вздохнула я. – Свет фары слепил глаза. Только слышала, как он песню орал.

– Он пытался свернуть или как-то ещё избежать столкновения? – снова спрашивает следователь.

– Мне кажется, он даже не понял, что едет не туда, – буркнула я. – Так, с песней, и наехал. И вообще, те парни какие-то странные были. Будто пьяные.

– Может быть, какие-то приметы мотоциклов запомнились? – допытывается следователь. – Цвет, модель? Может, детали одежды?

– Нет, – снова отвечаю я. – Было темно и почти ничего не видно. А яркий свет фар резал глаза. И потом, все очень быстро произошло. За несколько секунд.

– Что ж, – вздохнул следователь. – И на том спасибо! Хорошо, хоть свидетели есть, – он повернулся к волку. – А вы, случаем, не Станислав Игоревич Жданов?

– Он самый, – кивнул оборотень.

– Вы видели кто был на мотоцикле?

– Нет, – хмыкнул волк. Ох, как у следователя лицо вытянулось! А Стас добавил. – Фары действительно ослепили. Но я запомнил их запах. Всех, кто там был. Могу добавить, что парней было четверо. У всех мотоботы японской разработки. У одного сбоку красный дракон нарисован. Парни были изрядно под наркотой. Опиум, судя по запаху. Ну, и выпивкой догнались. А потому дороги почти не видели. Когда один из них потерял управление и полетел прямиком на остановку, я попытался его остановить. Увы, скорость была слишком большой, и удар я погасил только частично. Нас обоих, меня и Ярославу, отбросило к дальней стенке остановки. А потом второй мотобот протаранил опору и на нас рухнула крыша. Я-то отделался переломом руки и пары рёбер. А, вот, девочка выжила лишь чудом.

– Показания скорой и врачей я уже записал, – кивнул следователь. – Дальше что было?

– Дальше эти ездуны скрылись из вида. Похоже, что они и не заметили, что двое из них врезались в остановку. А те, что врезались, лежат теперь этажом ниже, в реанимации. Нас одна скорая забирала.

– Отлично! – кивнул следователь, убирая магокристалл. – Благодарю за сотрудничество. И ещё мне понадобятся ваши телефоны. Если появятся вопросы мы вам позвоним.

Пока Стас записывал свой номер, а папа мой, я откинулась на подушки и задумалась. Двое, значит, уехали. И ещё неизвестно в кого врезались? Или все обошлось и пострадали только мы с волком? Парней найдут, в этом я не сомневалась. Но…когда следователь был уже у самой двери я не утерпела и окликнула.

– А можно вопрос?

Он обернулся, посмотрел и усмехнулся.

– Вот, этой фразы я боюсь больше всего! С неё начинают разговор журналисты! – он улыбнулся весело. – Ну, спрашивай.

– А что с ними будет? Ну, с теми парнями? Их теперь казнят?

– Этот вопрос не ко мне, юная леди, – качнул головой следователь. – Приговор выносит суд, а никак не я. Но, учитывая, что вы живы и больше никто не пострадал, скорее всего отделаются принудительным лечением и пожизненным строгачом. Сейчас я передам материалы в суд и, возможно уже сегодня к ним наведаются тени из СИН.

– Значит, тех, двоих, тоже нашли? – осмелела я.

– Да, нашли и задержали до выяснения, – кивнул следователь.

– А…

– Мне пора! – рассмеялся он, не дав сказать больше ни слова. – Всего хорошего, юная леди!

– Эх, – расстроилась я и снова рухнула в подушку. – Вот бы хоть одним глазочком увидеть тень или вершителя! Какие они?

– Это ещё зачем? – насторожилась мама. – Яра, и не вздумай! Мало тебе аварии? Хочешь ещё беду накликать?

– Да, враки все это! – насупилась я. – Они такие же, как все. Только специально тренированные, чтобы с любым преступником справиться. Помнишь, как той весной дядя Фёдор с дядей Рогозом подрались? Так, бабушка Веся, когда тени её племянника забирали, вовсе говорила, что они черти окаянные и взглядом единым человека убить могут! Ага. Только, что-й-то все живы остались. И даже дядя Рогоз, которого они за дебоширство забрали, тоже. Эх, жаль, меня тогда не было!

– Скажешь тоже! – фыркнула мама. – Тогда вовсе и не тени приходили, а стражи. Они Рогоза на суд увезли. А привезли уже в браслетах. Вот, они и верно тренированные специально люди. А тени только горе, да беду приносят. Они всюду за вершителем ходят, и трупы за ним собирают, словно стервятники.

Я невольно поёжилась, живо представив себе картину и проворчала.

– Ты так говоришь, будто вершители всех подряд, направо и налево убивают! А они, между прочим, преступников казнят. Да, и то не всех, а самых-самых опасных и неисправимых. Нам о них в школе рассказывали.