Ева Ройс – Мечтательница, или Отомсти мне, если сможешь (страница 39)

Не прекращая улыбаться, накрыла на стол и, удостоверившись, что ничего не забыла, пошла будить Сашу.

Он, как я и думала, до сих пор спал, полностью закутавшись в одеяло, и только светлая макушка выглядывала из его "кокона".

— Эй, спящая красавица, вставай! — я нагло подергала его и даже умудрилась спустить с него одеяло, открывая самое любимое лицо. Заспанное, со следом от подушки на щеке, но все равно такое любимое и родное. — Ты состарилась!

— И стала мужиком, — хриплым от сна голосом добавил Алекс.

— Не без этого, — рассмеялась я. — В общем, все равно вставай. Мне надо тебя обозвать парочку раз старым, пожалеть твои косточки, накормить и утащить гулять.

— Списочек у тебя насыщенный, — проникся Саша, поворачиваясь на другой бок и при этом утаскивая меня с собой. — Но где в нем вручение мне подарка?

Я совершенно внезапно оказалась лежащей под Алексом, который с самым загадочным выражением на лице теперь рассматривал меня. Правда, рассматривал то место, где вот никоим образом не может находиться голова. Почему? Как минимум из-за того, что природа так задумала.

— Сашенька, подарком была я, — я покраснела до кончиков волос, однако продолжила: — Но я же не виновата, что ты подарок взял… гм… вручил себе досрочно. Так что вставай, лимит подарков исчерпан, идем есть.

— Что? — возмущенно отозвался Алекс. — На тебе бантика не было, и я не мог распознать, передо мной мой подарок или же моя девушка, так что требую еще один. А можно два — как компенсацию.

— Компенсацию-то за что? — следя за его шаловливыми пальцами, вопросила я.

— За то, что бантика не было. Я оскорбился до глубины души. Требую первую компенсацию прямо сейчас.

И принялся эту компенсацию… вручать.

До уже остывшего завтрака мы добрались лишь через час, но довольные и чистые — Андреев потащил меня в ванную еще раз. Правда, для того, чтобы я спинку ему потерла, раз появилась возможность. А из квартиры выбрались уже ближе к полудню. Выбрались, и я будто попала в ожившую сказку.

Америка оказалось нереальной. Волшебной. Красивой. Чарующей. Такой, которой я ее не представляла.

Мы с Алексом ходили по сказочным улицам Бруклина, петляли между высокими, отражающими небо, небоскребами, заходили в бесплатные музеи и галереи, разбросанные по Нью-Йорку, искали приключения в Бронксе и дышали холодной свежестью океана с пирса.

Я буквально влюбилась в этот город контрастов, в город свободы и… разных людей. Сотни акцентов, множество рас и наций, и у каждого своя культура, свои предпочтения в одежде и во внешности, у каждого свой менталитет.

Я осталась в восторге от архитектуры. От небольших скверов, разбросанных по всему огромному мегаполису, от старинных зданий, книжных магазинчиков, от высоток, шпили которых пронзали по-осеннему хмурое небо.

И так стало грустно от того, что у меня мало времени на гуляния. Уже на завтра был куплен билет, и я не могла посмотреть на все. Чисто физически не могла, потому что я приехала ради Алекса, я должна быть с ним, пока у меня есть возможность. До летних каникул еще очень далеко и не факт, что мы сможем раньше них встретиться. От этой мысли у меня напрочь испортилось настроение. Как же не хотелось, чтобы сегодняшний день заканчивался. И как же жаль, что нельзя насытиться любовью, невозможно закупорить счастье и никак не сохранить на коже тепло любимого человека. Как жаль. Потому что я понимала: я уеду, и у меня снова останутся лишь рисунки и долгие ночные разговоры.

— Эй, ежик, не кисни, — вырвал из размышлений голос Андреева.

— Я не кисну, — обняв его, ответила я.

— Да, ты лишь немного грустишь, — парировал он. — Ну же, улыбнись. Во-о-от так, малышка. Давай шире и веселее, все же день рождения празднуем, а не день грязных носков.

— День чего? — рассмеялась я.

— Это я глупость нес, — беззаботно отозвался Алекс. — А теперь не прекращай быть счастливой, хочу поцеловать твою улыбку.

В общем, если я лопну от переполняющей меня нежности, то…

"Эй, хозяйка, — проснулись от спячки мои умиленные тараканы, — ты что? Какое "лопну"?"

"Да-да, — присоединились к моему сумасшествию бабочки. — Мы еще на фоне Статуи Свободы не сфотографировались!"

"Вот сделаем селфи, уложим Сашеньку на лопатки пару раз, а потом… потом можно все," — совсем офигели тараканы.

Но в принципе я была с ними согласна — экстренно нужны фотографии. Саши.

В наш последний совместный вечер мы с Алексом устроили небольшой праздник. Только для двоих. Я зажгла свечи и приготовила десерт, а Андреев заказал нам пиццу и вытащил из холодильника заранее купленное полусладкое вино.

— Идеально! — полюбовавшись нашей работой, признала я. — Теперь можно вручать презент Янки. Правда, торта не хватает, но мы его завтра купим и съедим.

— Ну не зна-а-аю, — лукаво протянул Саша, заключая меня в кольцо своих рук. — У меня тут рядом вкусный тортик.

— Алекс, не наглей, — с улыбкой проворчала я, останавливая шаловливые пальцы парня. — Твоя компенсация закончилась еще утром.

— Линка, — мне достался улётный поцелуй в шею, — мне твоего подарка было слишком мало. Так что…

И он принялся расстегивать мои шорты.

— Ну раз мало, то… — я высвободилась из его объятий, — то сообщаю: я без бантика — это еще не весь сюрприз.

— Ты даже без бантика покруче всевозможных подарков, — улыбаясь, заявил Алекс, и я на миг замерла, переполненная нежностью и теплом, с которым он говорил.

Люблю. Как же я его люблю!

— О, ты еще не знаешь всю степень моего коварства! — я достала из сумочки бархатный мешочек и, подойдя к Саше, извлекла из него свой подарочек.

— Лина, только не вставай на колени! Я и так на все согласен, — весело отозвался он, разглядев в моих руках кольцо. Да, кольцо — простое, из серебра и со вставкой оникса. Что можно подарить человеку, у которого есть все? Беспроводные наушники в том числе, поэтому выбор пал на украшение. И нет, не потому, что Алекс сам не может себе купить его. Отнюдь. Просто вместе с кольцом я дарила ему себя. Уже полностью, не только тело, но и душу и своих тараканов вместе с бабочками.

— Саш, я большая эгоистка, но теперь-то моя эгоистическая натура будет довольна. Знаешь, почему?

— Теряюсь в догадках, — Андреев снова обнял меня, прижимая к себе.

— Потому что я теперь буду всегда с тобой, — показала ему гравировку внутри кольца — маленького ежика. — Я буду с тобой, при этом находясь на другом материке. Например, ты случайно посмотришь на кольцо и обязательно вспомнишь меня.

— Я и так всегда о тебе думаю, — рассмеялся Саша и протянул правую ладонь. — Надевай.

— Я просто не оставляю тебе шансов думать о чем-то или о ком-то, кроме меня. Я же говорила, что эгоистка, помнишь?

И надела на его мизинец кольцо.

— Ну все, ты теперь окольцован, Сашик! Попался в мои сети окончательно.

— И мне это офигеть как нравится, ежик, — Алекс склонился к моим губам и поцеловал. — Люблю тебя.

— А я тебя.

Сегодня я была бесконечно счастлива и не могла даже допустить мысли, что завтра может что-то произойти.

/Александр Андреев/

Погода Нью-Йорка полностью повторяла мое настроение: низкие темно-серые тучи полностью охватили небо, не давая пробиться ни единому лучу солнца, то и дело капал противный мелкий дождик, а порывистый ветер пробирал до костей. Холодно, мерзко и гадко — не скажешь, что вчера было по-весеннему тепло. К счастью, я наблюдал за пейзажем из окна аэропорта, а не находился, как некоторые невезунчики, на улице.

— Линка, — привлек внимание что-то печатающей на телефоне Элины я, — Яна пишет? Напиши ей, чтобы не забыла встретить тебя. А еще принести пуховик — в Москве снег и уже минусовая температура, а ты слишком легко одета.

Она отложила смартфон, потянулась ко мне за быстрым поцелуем и с улыбкой ответила:

— Нет, это Тим спрашивал, когда я возвращаюсь. Янке я уже написала, Саш.

— Тим?! — я чуть ли не уронил стакан с кофе, который собирался допить.

Я никогда не считал себя ревнивым, не был вспыльчивым и никогда не рубил с плеча, но что-то во мне явно поменялось, раз в голове сразу же вспыхнули не самые приятные картинки измены. Причем вместо лица Кейт я видел… Элину. Если в случае с Кэтрин меня больше волновали квартира и дружба, которая так неправильно завершилась, то в ситуации с Линкой … Сложно сказать. Я бы вряд ли остановился на парочках ударов, раз у меня лишь от мысли, что она может с кем-то другим лечь в постель, просто выворачивает и начинает лихорадить от злости.

— Он, — Лина на меня удивленно посмотрела. — А что?

— Ты с ним общаешься? — стараясь сдерживать себя, уточнил я.

— Да, — она кивнула. — Саш, что-то случилось?

— Случилось! Еще как. Я, черт подери, ревную и до одури не желаю однажды открыть дверь и увидеть тебя с ним.

— Что?.. — растерянно произнесла Элина и выдохнула возмущенно: — Ты намекаешь на то, что я… что мы… Саша! Я люблю тебя и меня никто больше не интересует. Как ты мог даже допустить мысль о подобном?

На секунду прикрыл глаза, призывая себя к спокойствию. Но как быть спокойным, зная, что за два месяца разлуки гребанный Тимофей не раз виделся с МОЕЙ девушкой? Мне нереально захотелось почесать кулаки. Об него.

- Я не намекаю, просто спроси у своего Тимочки, хочет ли он быть твоим другом или желает чего-то большего, — сообщил очевидное Лине. Конечно, он думает о том, чтобы начать встречаться с ней. Я, к слову, предложил ей дружбу в свое время тоже с этой целью. Я сам не осознавал, но вот итог нашей "дружбы".