Ева Перепалкина – Цепные. Лишнее звено (страница 8)

– Да, очень, – он взял мою руку , ту, на которой сияло кольцо с гравировкой «Я рядом VR» и коротко приложил к губам.

Тепло его губ на коже заставило меня замереть. Я не скрывала удивления, наблюдая за его действиями. Что‑то в этом жесте было непривычным , не игривым, как обычно, а почти… серьёзным.

– Вероник, ты же знаешь, как я к тебе отношусь, —начал он, глядя мне прямо в глаза. Я замялась, и, заметив это, он тут же продолжил: – Хочу попросить тебя кое о чём.Сделаешь? – продолжал держать мою руку, будто боялся, что я выдерну её.

– Смотря что. Вдруг что‑то непристойное или… – попыталась пошутить, но голос чуть дрогнул.

– Нет, вполне нормальное, – поспешил успокоить он, перебив меня. – Проведи эту неделю со мной. Я тебя очень прошу.

От неожиданности сжала губы, мысленно перебирая свои планы.

Неделя вместе? Что это значит? Я вроде так и планировала…Может ему действительно так важно быть рядом?

– Завтра у меня дела, но вечером вернусь, обещаю, – наконец ответила я.

– Я отвезу тебя, – шагнул ближе Маг.

– Нет, – резко ответила я.

Он непроизвольно нахмурился. В его взгляде мелькнуло что‑то не раздражение, а скорее… тревога?

– Что‑то секретное?

– Ничего секретного.Камеры надо закупить на базу, – старалась говорить ровно.

– В чём проблема, чтобы я тебя отвёз? – всё ещё недоумевал Маг, склонив голову набок.

– Не хочу напрягать по пустякам. В остальном я согласна, так что… Вся неделя наша, – растянула губы в улыбке, но она получилась натянутой.

– Ладно, пошли в дом. Холодно, – он пропустил меня вперёд, слегка коснувшись ладонью моей спины.

Дверь скрипнула, пропуская нас внутрь, и я невольно вздрогнула от резкого перепада температуры, после промозглого ветра тепло прихожей показалось почти обжигающим.

Настроение так и не пришло в норму, и тут уже недоумевала я.

Мой ответ положительный, а на него это никак не повлияло… Почему?

Маг молча разувался, избегая моего взгляда. В этой тишине вдруг отчётливо поняла: что‑то не так. Не только с Маратом и его чёрным «Мустангом». Что‑то не так с ним.

Я сняла куртку, повесила её на крючок, но не повернулась. Стояла, глядя на свои руки , на белое золото кольца, на гравировку, которая вдруг показалась мне не такой уж и однозначной.

«Я рядом»…

Глава 5

На следующий день мы отправились в мой город разгребать накопившиеся дела. Маг настоял на помощи, и я, хоть и нехотя, согласилась. Не потому что мне не нужна была его поддержка , просто хотела пробить номера автомобиля Марата, а это лучше делать без свидетелей.

Дорога предстояла неблизкая. Спустя час монотонного гудения двигателя и тихих переливов радио ему надоело.

– Как насчёт Rammstein? – повернулся он ко мне с озорной искринкой в глазах.

– Мне всё равно, – пожала плечами в ответ. – Я слышала всего одну песню этой группы.

– Да ну! – он эмоционально вскинул бровь. – Тогда я обязан вас познакомить!

Он прибавил громкость, и салон тут же заполнился тяжёлыми гитарными риффами.

– Это Sonne, – игриво наклонился он к моему лицу, а затем снова сосредоточился на дороге. – Sonne, это Вероника, твоя будущая фанатка.

Я невольно улыбнулась и кивнула. Его охватил какой‑то азарт , он то и дело поглядывал на меня, отслеживая реакцию. Качая головой в такт агрессивному року, он изредка подпевал, стараясь сделать голос как можно ниже.

Это рассмешило меня, и тогда Маг начал дурачиться вовсю – кривлялся, изображал соло на воображаемой гитаре одной рукой, использовал мимику так выразительно, что я не выдержала и расхохоталась.

Песня закончилась, и он потянулся к телефону, выбирая следующий трек.

– Это твоя любимая песня? – спросила я, всё ещё улыбаясь.

– Нет, моя любимая Diamant, – из колонок донёсся мелодичный свист. – А вот эта у меня с Царевичем ассоциируется, – откладывая телефон на приборную панель, он взялся за руль двумя руками.

– В смысле? Ты включил её, чтобы о советнике повспоминать? – в приподнятом настроении спросила я.

– Нет. Просто делюсь странностями, – мило смутился он. – Разве у тебя не было такого?

– Если честно, то нет.

– Просто послушай, – он сделал паузу, проникаясь музыкой. – Спокойный, спокойный, а потом как выдаст всякую жесть.

– Теперь примерно понимаю, как это работает, – покачала головой на припеве. – А я с какой песней у тебя ассоциируюсь?

Маг немного помялся, выдержал несколько секунд паузы.

– Потом узнаешь. Будет время.

– А сейчас его нет? – с лёгким сарказмом спросила я.

– Есть, но не то. Потом, Вероник.

Я приподняла бровь, чувствуя странность в его поведении, но настаивать не стала.

Дальше он включил Du hast, называя её «песней Пациента».

– Его так колбасило под неё, – ностальгировал Маг, постукивая пальцами по рулю в такт с грустной улыбкой.

– Охотно верю. Он был весёлым человеком.

И вдруг его голос стал жёстким, хриплым, словно из другого мира:

– Ненавижу Царя.

Резкость тона заставила меня резко повернуться.

– С тобой всё хорошо? – инстинктивно вцепилась в подлокотник.

– Никогда не прощу ему смерть друга.Придёт день, и мы поквитаемся.

Его взгляд стал холодным, сосредоточенным , будто он уже видел перед собой цель.

– У Царя ведь нет друзей, – произнесла я, но тут же осознала, что соглашаюсь с безумным планом блондина. – Так, стоп. Ты же не собираешься натворить глупостей?

– Глупостей? Нет. Только взвешенный, осознанный поступок, – отрезал он.

– Во ты загнул… Не знаю, что с тобой происходит в последнее время, но мне это не нравится.

– Тебе не о чем переживать. Я всегда буду рядом, что бы ни случилось, – его голос смягчился, но в этих словах было что‑то тревожное.

Салон заполнился роком,а я ощутила, как по спине пробежал холодок.

Будто почувствовав моё волнение, он повернул моё лицо за подбородок, и на губах его расцвела лучезарная улыбка , слишком яркая, чтобы быть искренней.

– Всё будет хорошо, – произнёс он, но взгляд остался где‑то далеко.

Я кивнула, не в силах что‑либо возразить. Солнце пробивалось сквозь лобовое стекло, рисуя на приборной панели золотистые полосы, но в этой игре света и тени мне чудилось что‑то зловещее.

– Что случилось? – спросил Маг, заметив, как я отвернулась к окну.

– Боюсь твоего поведения… Будто готовишь меня к чему‑то страшному, – ответила я, не глядя на него.

– Но я же буду рядом, – он продолжал улыбаться, но в этой улыбке не было тепла.