Ева Орлан – Война Севера и Юга (страница 2)

Очаровательно улыбающаяся принцесса прильнула к Эранору, чуть привстала на цыпочки, едва ли не клюнув его в подбородок носом. От нее приятно пахло цветами. Пальчики без каких-либо перчаток перебирали в ладони принца, точно лапки огромного белого паука, скрежеща о черную кожу перчаток Эранора. Она взволнована. Едва ли принц обратил на это внимание тогда, во время реального танца.

«Смотри на меня» – читалось подвыражению её миленького личика.

Пока что принц молчал, оценивал ситуацию, решал, как действовать дальше. Забавно: он никогда не думал, что попадет в такую ситуацию, и теперь выбирал, воспользоваться и подыграть или…Эранор расположил левую ладонь на тонкой талии девушки, взял в правую ее хрупкую ручку и закружил Эрию в танце. Музыка заиграла сама собой, из неоткуда.

– Заставлять ждать – это мое призвание. Не думал, что окажусь в твоих снах, но и так подойдет.

А вот и решение: принц не скрывать, что он здесь не плод девичьего воображения, а наглый вторженец.

Пернатый дружок Эрии может почувствовать в сознании своего человека постороннего и, узнай Эрия по пробуждению, что принц посетил ее сон, воспользовался моментом, будет некрасиво. Тем более, есть опасность, что влюбленная девчонка захочет во сне сделать то, чего с реальным принцем никогда не осмелится, боясь получить отказ. Таким образом, выложить карты на стол было не только жестом доброй воли, но и способом подпитать доверие к своей персоне.

– Аха, мы уже на «ты»? – ей нравилось такое развитие событий. К тому же, Эрия осознавала, что это её сон, но никак не понимала, что принц реален, – вы сегодня какой-то по-особенному серьезный!

Серьезный? Сегодня? Видимо, этот сон снится Эрии не впервой, и ранее Эранор не был таким деловым и важным. Однако и на «ты» не переходил. Пара двигалась по волнам звучащей музыки, той же, что и была в зале тем днем, когда начался мятеж. Эрия запрокинула голову назад, наслаждаясь моментом, как не наслаждалась тогда.

– Да вроде бы нет… Вопрос остался в силе. Ты подумала над моим предложением? Я с нетерпением жду ответа.

Эранор склонился к лицу мага, чтобы заглянуть в ее глаза, будто попытался найти в них все ответы. Не важно, спит Эрия или нет, ее сознание само поймет, что к чему. Возможно, этот зал рухнет, и девушка проснется, а возможно, сумеет остаться в мире снов и поговорить с Его Высочеством здесь. Любой из вариантов его устроит. В реальности же Эранор остановился и привалился к дереву плечом, чтобы ненароком не споткнуться о какой-нибудь корень, потому что все это время брёл к лагерю.

– Над твоим предложением? – подняла голову, сфокусировала взгляд на Эраноре, лицо которого склонилось так близко, – ты уже спрашивал меня? – кажется, некий момент Эрия тоже переживала в своих снах раз за разом. В этом эпизоде принц Фирнена просил её о том, о чем не просил еще даже Грейс, но делал он это, как правило, после танца, – а заешь, да.

Вдруг музыка прервалась, танец тоже, и Эрия улыбнулась. Все пошло не по стандартному сценарию, и разум спящей красавицы решил поддержать этот поворот. Сон становился бесконтрольным, однако, он изначально таким и был, ведь настоящий Эранор в него попасть не должен был.

– Мне не нужно было так долго думать, чтобы дать ответ. А тебе ни к чему было давать мне на это время! – руки принцессы перехватили ладонь северянина, поднесли ко рту. Жемчужные зубки ухватили самый кончик перчатки среднего пальцы Эранора и потянули, оголяя кожу. Перчатка упала из разжатого ротика на пол.

Эранор не понимал, от чего Эрия не осознает, что в ее сон вторглись. Но и подыгрывать у него не было ни сил, ни желания, ни даже настроения. Он остановился, услышав ответ девушки, хотя что-то подсказывало, говорили они о совершенно разном. Он-то надеялся, что Эрия осознает реальность происходящего, поэтому остолбенел, наблюдая, каким фривольным способом с него слетает перчатка.

Пока Эранор не успел опомниться, не придя в себя с такой наглости, теплая, бархатистая щечка девушки легла в его раскрытую ладонь.

– Даже если ты просто мое сновидение, я отвечу всегда одинаково.

В зале становилось темнее. Свет, льющийся сквозь витражные окна, неумолимо угасал. У Эранора нет власти шевельнуться, магия разума принцессы опутывает его, точно корни, которыми управляла виверна, недавно. Пальцы девушки сместились на запястье Эранора, вторая рука коснулась волос.

Пальцы принца дрогнули, коснувшись щеки, и Эрн впервые испытал настолько сильное отвращение к простому прикосновению. Он и сам не понимал, почему стоит и ничего не делает, и лишь когда чужие пальцы коснулись волос, которые отныне смеет касаться лишь одна женщина, Эранору захотел отпрянуть, но не сумел. Словно он стал частью сна Эрии, потеряв свое я и должен плясать под чужую дудку.

– Я…

Эрия уже хотела что-то сказать, как вдруг нащупала нечто, что заставило её лицо измениться. Удивление, замешательство, ведь раньше ничего подобного не случалось.

– Что это? – девушка держала пальчиками шарм, украшенный вулканическим стеклом, – это…

Она знала, что есть такой обычай, но выглядела преданной, обманутой, злой.

– Эранор?..

Эранор потерял контроль всего на секунду и к Эрии, точно стрела, пронеслось четкое воспоминание принца. Это была не картинка, а эпизод, будто она видит его глазами тонкие оголенные девичьи плечи и спину, с рассыпанными золотыми волосами. Желтоватую воду с белыми цветами на поверхности и мужские пальцы, покрытые шрамами, неумело плетущие тонкую косичку. Это продлилось пару секунд, а после Эранор вовсе исчез из изменившегося тронного зала, и уже в джунглях он открыл глаза и вдохнул полной грудью, понимая, что больше не опирается на дерево, а распластался на земле.

Видение, подобное яркой вспышке поразило сознание Эрии. Она видела глазами Эранора столь интимный момент из его прошлого. Даже со спины она узнала Грейс, услышала её дыхание, колебание воды, словно присутствовала в комнате принца лично. Как только видение исчезло, её швырнуло назад, в тронный зал. Но принц Эранор тут же испарился, словно его и не было.

– Нет, нет… – забормотала Эрия, оглядываясь вокруг осиротело. Её аметистовые глаза наполнились слезами. Очертания зала поплыли, стали осыпаться, точно пепел. Огромный феникс, совсем как тогда, разбил витражное стекло, влетая в сновидение, и повелел принцессе открыть глаза.

Эрия, вздрогнув, очнулась в постели Грейс. Первые лучики раннего южного рассвета щекотали занавеску. Всполох сидел в изголовье постели и бил крыльями.

– «Северянин проник в твой сон. Это не было видением, это вторжение!»

– Я совершенно не ожидала такого…боги! Я позволила себе подобное с самим Эранором, а не с плодом моего воображения, – Эрия села на постели, в полном смятении касаясь то своих темных волос, то бледного лица, то локтей, – это все просто недоразумение… ооо, его нрав такой вспыльчивый. Ты видел, в тот же миг он исчез. Должно быть, он в гневе. Я ничего не успела объяснить толком и…

Только теперь она заметила, что руки её трясутся. Феникс сочувственно опустил голову.

– «Прости, я не смог тебя предупредить. Поздно ощутил его присутствие. Все же, наша с тобой связь не так прочна, что бы…»

– Ничего, – отозвалась принцесса, сжимая и разжимая пальцы, надеясь овладеть своими чувствами, – это уже не важно. Куда важнее, что сама я связаться с ним не смогу, а он… захочет ли меня теперь видеть? Ведь у него с Грейс все очень серьезно.

– «Тебе больно от этого? Больно быть отвергнутой?»

– Да. Это очень больно. И несправедливо. Почему все, что должно было принадлежать мне, достается ей?

Феникс молчал.

– Отец, семья, жизнь в замке, даже Эранор. Не будь её, он был бы моим, понимаешь?

– «Все складывается так, как должно, – ответил феникс, – если северянин пожелает, он встретится с тобой вновь, и ты объяснишься. Если нет, то не терзай себя понапрасну. Помнишь ведь, что ты здесь за тем, чтобы отомстить и вернуть свое по праву. Все уже случилось, а теперь просто жди».

***

– «Зачем?! Зачем ты это сделал?» – кричал Эранор в своих мыслях.

– «Затем, что ты влип», – констатировала факт Хауфо, которая почувствовал присутствие посторонней магии и, отыскав нить связи Эранора и Эрии, порвала её. Именно порвала, а не выдернула из рук принца, а это значит, что для того, чтобы связаться с Эрией вновь, потребуется время, чтобы нить восстановилась.

– «Не знаю, что это было», – честно признался принц и уже принял сидячее положение. Он снял флягу с пояса и отхлебнул много воды, скривился, ведь хотелось холодной, а не ту, что он получил.

– «Я тоже не совсем понимаю. Слишком мало времени прошло. Не связывайся с ней больше!»

– «Хорошо», – на удивление Хауфо, Эри согласился без возражений.

Они еще немного поговорили с кошкой о чем-то отвлеченном, и только после Эрн возобновил свой путь в сторону лагеря, как только больная голова позволила ему двигаться.

В лагере он встретил уже спящую, свернувшуюся кольцом вокруг Грейс виверну и даже огорчился, будто принцессу у него украли. Потом вспомнил, что это их первый день и решил не качать свои права на невесту.

Встретил расстроенную и обозленную Магрит, сидевшую напротив чересчур довольного оруженосца, в окружении серебряных и золотых монет. Ответ лежал на земле – Магрит безнадежно проигрывала уже шестую партию. Она сидела, сложив ноги в позе лотоса и кляла Уила на чем свет стоит, а тот лишь самодовольно усмехался перекрывая ее короля тузом. Эту усмешку юноша перенял у своего принца и использовал её только в играх, где ей и место, а не на поле боя, как Эрн.