Ева Орлан – Узы Севера и Юга (страница 11)

– Не тяжело? Нет? Я же и сама могу идти, ну… – врет, конечно, не может. Ноги, будто ватные или свинцом налитые – не понять. Низ животика тянет, а промежность ноет. То ли еще будет! Но Эранор понимает все.

– Нет, ты совсем легкая.

– А если кто-нибудь увидит?

– В замке сейчас ни души, все на улице, наблюдают за сиянием неба. Но если кто-то и увидит нас – ничего страшного! Пусть завидует.

Он легко поцеловал макушку принцессы. На часах уже глубокая ночь, двор, в котором бесновались северяне начал пустеть. Люди не спеша расходились по домам, однако некоторые все еще были на улице, кто убирался, кто зажимался по углам, кто любовался небом. У каждого свои дела, поэтому никто не видел, как принц Фирнена шел по коридору с принцессой на руках.

– Я тебя сегодня украду на ночь.

– Ты уже украл мое сердце, мой венок, мою невинность, а теперь намерен и вовсе меня утащить? – счастливо улыбается, пока принц несет Грейс по коридору.

– Я намерен и еще кое-что заполучить! Пойми, принцесса, в твоей жизни я навсегда. Так что, готовься, – Эрн говорил искреннее, еще раз обозначая серьезность своих намерений. Имел он в виду, конечно, руку принцессы.

На удивление, до покоев принц добрался достаточно быстро, срезав путь через один зал, в котором редко кто бывает. Поднялся со своей ношей по лестнице, даже не запыхавшись, и ногой открыл дверь, занося хихкающую Грейс в комнату.

Покои принца были довольно скромны. Нечета тем огромным и роскошным покоям, какие была у него в Эритрее. Башня представляла собой круглое сооружение, с четырьмя комнатами в ней, но лишь одна принадлежала Эранору. В ней был просторный застекленный балкон. Один рабочий стол, заваленный книгами, картами и бумагами, зеркало, через которое южане и попали в Фирнен, и большая кровать без балдахина. Эрн терпеть их не мог. Соседняя комната была уборной, еще одна была гардеробом, и четвертая принадлежала Уильяму. Вот и все.

Эрн читал совсем разные книги: анатомические, философские труды и забавные пьесы, чтобы скоротать время. На столе были даже эротические романы, которые обожает Хауфо. Да и все происходящее между Грейс и Эранором в зале не осталось незамеченным. В ее голове один из прочитанных романов сегодня ожил, поэтому кошка была крайне довольна, а все потому, что трезвая. Будь она пьяная, примчалась бы и утроила сцену.

Принц уложил Грейс на постель, которая была застелена одеялом, сшитым из шкур снежных барсов. Эрн нашел на своем столе лист бумаги и перо с чернилами, начеркал что-то и достал из выдвижной тумбы нож.

В покоях принца было прохладнее, чем в гостиной с камином, но, тем не менее, любопытная южанка колбаской перекатилась по шкуре барса, осматриваясь по сторонам. С той роковой ночи, как прошла сквозь зеркало, в комнате принца она не бывала. Не могла никак нарушить уединение скорбящей Хауфо. Считала, что есть и её вина в том, что случилось с Эранором, от того не решалась прийти. Даже сейчас, подумав о кошке, Грейс ощутила укол совести. Можно ли было без её одобрения вот так с принцем?

– Жди здесь. Пойду, принесу полотенце.

Все же, принимать ванну сейчас слишком долго и лениво, поэтому Эрн удалился в соседнюю комнату, чтобы найти полотенце и намочить его. А пока Эрн искал полотенце в месте, в котором не помнил, когда последний раз находился дольше десять минут, Грейс могла наблюдать, как близко огни горят к окну покоев ее короля.

Взгляд описал дугу по комнате Эранора, примечая детали в убранстве и положении вещей. Ей было интересно, что за книги лежат на столе, какой вид открывается с балкона, почему здесь нет камина и где же, в конце концов, балдахин?! Неужели на Севере так мало солнца? На Юге без занавесок порой не уснуть. Но шуметь Грейс не собиралась, терпеливо ожидая, пока принц сделает все, что нужно. Она видела, что принц взял нож и бумагу, однако пошел за полотенцем. Странно…

Осторожно поднявшись, привлеченная светом за окном, принцесса, точно мотылек, выпорхнула из постели, ступая осторожно по холодному полу к застекленному балкону и там вытянулась, точно по струнке. Внутреннюю сторону бедра щекотало что-то, и только теперь она заметила, почему и что именно. В полумраке комнаты она рассматривала ладошку со следами розовых разводов.

Любовь Эранора и правда пришлась внутрь тела принцессы. Это было спонтанно, неожиданно и, как ни странно, Грейс не испугалась. Ей стало интересно, правда ли зачать дитя так непросто. У Эсфеи не получалось много лет и в народе ходили разные слухи. Но что будет, если у них с Эранором это выйдет с первого раза? Нет, едва ли. Не так все просто, как говорят. Все-таки, стоит поговорить, наверное, об этом. Вдруг сам принц не заметил, что так вышло.

По возвращению в покои Эрн задержался у двери Уильяма, и пригвоздил к ней листок ножом. Написано было немного: «Принеси одежду Грейс ко мне в комнату». На обратном пути Эранор заскочил еще и в гардероб, чтобы взять одну из своих теплых рубашек для Грейс.

– Эрни? – Грейс обернулась на вошедшего в комнату принца с полотенцем в руках, – я хочу сказать, что ты… мы были не совсем осторожны и вышло так, что… – ну, конечно, принц видел и знал, как вышло. Грейс даже не нужно заканчивать мысль, чтобы стало ясно, что она имеет в виду, – кхм. Даже если это случайность, ни о чем не волнуйся. Я, скорее всего, бесплодна, как Эсфея. Я помню, что ты не хотел бы иметь детей.

Он рассказывал ей о Бишон. Грейс это помнила и, улыбнувшись, приблизилась к принцу, желая вытереть руки.

Эранор, не ожидавший такого разговора, смотрел сначала на запачканную руку Грейс, потом на ее лицо, на руку, и снова на лицо. Он хлопал ресницами, даже губы немного приоткрыл. На лице принца читалось сейчас все. Он думал о том, что было бы с Грейс, заяви она южному мужчине, что, скорее всего, бесплодна. Он не мог понять, в чем причина – либо он дебил, который не до конца понимает устройство женского тела, либо Грейс чего-то не объяснили. А потом он вспомнил, что в Эритрее женским образованием и просвещением не занимаются. Учат соблазнять мужчин и рожать детей. А дальше что?

– Грейс… – Эрн взял ладонь принцессы в полотенце, чтобы осторожно вытереть, а после повел Грейс к постели. Сел и притянуть девушку к себе, располагая ее меж своих ног. В такой позе гораздо легче говорить на такие непростые темы. Он положил одежду рядом и принялся ухаживать.

– С чего ты взяла, что у тебя те же проблемы, что и у сестры?

Пауза при замешательстве Эранора смутила маленькую принцессу. Она почувствовала себя глупо, ведь взаправду немногое знала о таких вещах. Лишь то, что знать положено для благого дела и только. У принцессы в Эритрее не было доступа ко всем просторам библиотеки. И даже к самым поверхностным приходилось слать Анору. Смотритель не выдавал книги необразованной служанке, так что ей приходилось воровать, выбирая на глаз, полагаясь на свой эстетический вкус. Проще говоря, она судила по обложке. Подворачивались исторические труды, лунные календари и пособия по практической ботанике. А вот книг по медицине и анатомии человеческого тела прознавший, зачем девке книги, смотритель ни за чтобы не дал, чтоб не искушать скудный женский умишко принцессы Грейс, что не спит по ночам, а читает. Он их прятал.

– Я не взяла, я просто предположила.

– Если хочешь, завтра сходим к помощнице лекаря. Она в этом разбирается лучше меня. Она тебе и скажет, бесплодна ты или нет. Она вроде еще как ворожея…

Эранор старше, мудрее. Грейс доверчиво слушала его тихие слова. Почему-то сейчас она не стеснялась прикосновений, но задерживала дыхания, когда рука Эрна опускалась слишком низко или же, наоборот, высоко. Чувствительная эта южанка, до неприличия.

– Думаю, да. Стоит сходить к ней. Я бы хотела знать… хоть и страшно немного, – принцесса вздохнула, – а! Так может, я могу привести и Эсфею с собой?

В голосе средней принцессы слышалась надежда.

– Вдруг ей помогут…

– Зачем ты спрашиваешь? Ты можешь делать в этом замке, что захочешь. Хотя, я не уверен, что Эсфея согласится.

Причина сомнений принца крылась в поведении первой дочери Элеманха. Женщина говорила, что дело в ее муже, на деле же могло быть что угодно. Возможно, принцесса отрицала наличие проблем у нее, и, если это так, то есть вероятность, что она не пойдет к помощнице лекаря. Но, это проблема Грейс. Хочет отвести Эсфеи, пусть ведет.

– Я просто советуюсь, – пояснила принцесса. Она тоже не была уверена, что Эсфея согласится. Со старшей сестрой никогда не было особой близости по ряду очевидных причин, первой из которых был сам характер надменной красавицы. Однако младшая желала старшей только добра. Хотя бы так она могла приобрести душевный покой, но, как и подумал принц, это не его проблемы. Грейс стоит разбираться самой.

– Грейс, я разве говорил, что не хочу детей?

Эранор задумался на секунду. У него из памяти стерся тот разговор о Бишон, но тут же опять всплыл. Он точно так говорил, кажется, Грейс тогда спросила, не представлял ли он детей Бишон как своих.

– А, точно, – он быстро собрал те воспоминания в кучу, правда дословно уже и не вспомнить, – не путай. Мы говорили о детях Бишон, которых она не могла подарить мне чисто физически. Очень сложно забеременеть от мага, но еще сложнее найти женщину, у которой это получится. Мана пронизывает все мое тело, и так уж сложилось, твое тело должно принять эту ману. Бишон ее отвергала, поэтому мы не смогли бы иметь детей.