Эва Нова – Все цвета магии (страница 2)
Университет тем временем был заблокирован. Студентам запретили покидать его пределы или пользоваться кристаллами. В Грае с помощью кристаллов отправляли сообщения. Для этого волшебнику достаточно было поднести свой кристалл ко рту, назвать имя адресата, наговорить короткий текст и произнести заклинание. Кристалл получателя тут же начинал светиться, и на его гранях появлялся текст, который исчезал в течение получаса. Таким способом часто рассылали и официальные уведомления. Например, сейчас каждый родитель получил заявление из ректората, что «в связи с беспорядками в столице Университет закрыт на вход и выход людей и магии. Все студенты находятся на кампусе и пребывают в добром здравии».
Но уже на следующий день связь восстановилась. Взволнованных студентов и не менее взбудораженных преподавателей распределили по залам, где они внимательно смотрели голографическое обращение Главного дожа к жителям Грая. Ива сидела на подоконнике между Нормой и Лилией. В зале яблоку было негде упасть. Пожилой декан Вир Лунгма вышел к доске, у которой уже была разложена сетка кристаллов, и прочитал заклинание. В неярком свете камней появился силуэт Главного дожа. Несколько минут, пока кристаллы набирали мощь, он становился всё ярче и чётче. Оникс Эверест был убеленным сединами старцем, и на фотографиях в газетах он появлялся в неизменной белой парчовой мантии, украшенной жемчугом. Поэтому сейчас видеть его в тёмной хламиде без украшений, подряхлевшим, уставшим и грустным, было странно и тревожно. Он сообщил, что из-за определённых разногласий в Совете трое его соратников, дожей, совершили вероломное нападение на дом Эвереста и лишили волшебной силы его трёхлетнего внука. Охрана вмешалась, однако, не обошлось без жертв с обеих сторон. Погибла и няня мальчика, которая до последнего пыталась его защитить.
«Пусть бы они напали на меня, забрали мою магию или даже убили… Но они выбрали своей жертвой маленького Опала. Его родители безутешны. Как старейшина семейства и дед, я не могу этого простить. Но как Главный дож и верховный правитель Грая – должен. Моя обязанность – вынести суждение без эмоций и со всем милосердием, что осталось в моём старческом сердце. Мы потеряли дожей Ириса Дождя и Солу Лист. Дожа Нота Арктуса решено заключить под стражу на двадцать лет. Я счастлив, что остальные дожи, сотрудники Дворца, их семьи, мои друзья и все вы, жители Грая, поддерживаете меня в этот нелёгкий час. Заговор раскрыт. Мир и порядок возвращаются в Грай!»
Ива, как и многие в аудитории, не смогла сдержать слёз. Студенты, которые ранее усиленно намекали на заговор, выглядели не менее потрясёнными – они ожидали чего угодно, но только не нападения троих взрослых волшебников на ребёнка. Всю неделю столица напоминала разворошённый муравейник. В газетах печатали фотографии участников заговора и их биографии.
– Удивительно, – говорила Норма, перелистывая страницы, – у них такие обычные лица. А у Дождя вообще были забавные усы.
– Чего ты ожидала, – спросил Меркурий, – разбойничьих физиономий, пиратской повязки на глазу? Ого, здесь про Розу Эльбу! Написано, что до прихода в Университет она была личным секретарём Нота Арктуса.
«Вот, что её тяготило всё это время», – подумала Ива, но вслух ничего не сказала.
* * *
Нот Арктус был заперт в одиночной камере. Койка, табурет, стол – вот и всё, что полагалось заключённому. Свет ему приходилось наколдовывать самому, как и согревать помещение, и бороться с сыростью. На запястье у него был браслет, ограничивающий магию, и те чары, которые раньше он творил, буквально щёлкнув пальцами, давались ему с каждым днём всё труднее. Оникс Эверест был бы счастлив, если бы знал об этом. Но Арктус не мог позволить себе уступить. И когда охранник приносил ему еду, Нот тратил драгоценные крупицы магии, создавая из воздуха белоснежные салфетки, тяжёлые канделябры и тонкий фарфор. Однако сегодня страж пришёл в неурочное время.
– К тебе посетитель, Арктус, – сказал он, фамильярно толкнув бывшего дожа в плечо. – Без глупостей.
Нот и не делал глупостей. Они долго поднимались по винтовой лестнице, и размеренный шаг стража, который раньше раздражал бы Арктуса своей медлительностью, теперь казался ему слишком быстрым. Нот запыхался, не пройдя и пяти пролётов. Наконец они вышли в галерею. Солнце светило сквозь широкие, защищённые мощными заклинаниями окна, и Арктусу пришлось прикрыть руками отвыкшие от света глаза. Свернув в коридор, охранник остановился, отпер железную дверь и жестом приказал Ноту войти. В маленькой комнатке с единственным окном под потолком был только обшарпанный стол и два стула. Приковав арестанта к столу, страж вышел, лязгнул замок. Нот осмотрел тесное помещение и вздрогнул – за, казалось бы, ранее пустым столом сидел посетитель.
– Теряешь хватку, – хмыкнул визитёр. – И выглядишь паршиво.
– Я здесь, знаешь ли, не на отдыхе, – сварливо ответил Арктус. – Зачем пришёл?
Посетитель достал из рукава рубашки свёрнутый в трубочку бумажный листок.
– Я получил записку. А она для тебя.
Нот схватил письмо, жадно развернул его, и на лице его отразилось удивление. Он несколько раз перечитал послание.
– Что это? От кого это? – недоумевающе спросил он.
– За этим я и пришёл. Слушай…
Глава третья, в которой Ива замечает таинственный силуэт
Для Ивы второй курс мало чем отличался от первого. Она писала сочинения по истории, ставила опыты на биологии, зубрила замысловатые чары, изучала родной язык и парочку магических, пыталась запомнить названия гор и рек Грая и не слишком напортачить с предсказаниями по хрустальному шару. Иву лишь беспокоило, что её призвание так и не проявляло себя, хотя многие на курсе постепенно находили свой путь. Так Кедр и Меркурий стали гораздо лучше разбираться в математике. Уравнения, расчёты траекторий и коэффициентов отдачи заклинаний – всё им давалось явно легче, чем остальным студентам. Лилия всегда хорошо разбиралась в алхимии, но в новом семестре всё стало у неё получаться настолько легко, что преподаватель Лоза Туули разрешил ей проходить углублённый курс. Кора писала чудесные стихи, которые начали печатать в местной газете. А Ива и Норма так не знали, что выбрать. Это ещё больше сблизило подруг.
– Я вижу цвет магии других людей, – вздыхала Ива. – Самый бесполезный дар. Что мне с ним прикажете делать?!
– Мне не легче, – подхватывала Норма. – Да, мои книги открываются сразу на нужной странице, и это сильно помогает в учёбе. Но через пять лет университет закончится, и что? Как использовать мой дар в обычной жизни?
Нередко, когда они сидели рядышком на лавочке у общежития и разговаривали, неподалёку околачивался Нарчис. Ива не знала, какой у него дар и есть ли он вообще. Нарчис не имел явно выраженной склонности ни к чему и делал вид, что это его не волнует. Ива и Норма многозначительно переглядывались, когда видели его худую фигуру поблизости, но открыто к ним присоединиться он почему-то не решался.
В этом году на парах физкультуры студентам начали преподавать элементы самозащиты. На одном из занятий преподаватель Тис Корень учил выставлять перед собой магический щит, распределять по нему заклинания противника и, по возможности, отталкивать их обратно. Для этого требовалось не только умение колдовать, но и выносливость. Летом Ива взвешивала коз, таскала вёдра с водой и удерживала упирающуюся тёлочку, которая совсем не хотела пить противное лекарство. Так что внезапно для себя она с лёгкостью справилась с упражнением и смогла выполнять его на равных с мальчишками. Недели шли, а её успехи в самозащите только множились. Ива в тайне гордилась собой и даже помогала Норме освоить некоторые базовые приёмы. Иногда она задумывалась, что боевая магия может стать её призванием. Быть одной из немногих девушек в охране Дворца. Или отправиться на дальнюю границу Грая в дозор…
В реальности же неумолимо приближались экзамены. Дел было настолько много, что Иву всерьёз беспокоил её визит домой, запланированный на начало декабря. Она скучала по родителям и сестре, но не хотела терять ни дня на подготовку. В результате, она почти все выходные провела в своей комнате, уткнувшись в книжки – к вящему неудовольствию Руты.
А в понедельник, когда студенты чинно сидели на парах, Университет был снова заблокирован. Из тюрьмы сбежал Нот Арктус, и теперь опасный преступник был на свободе. На сей раз блок продержали неделю. Нота безуспешно искали по всему Граю, но Арктус как сквозь землю провалился. Розу Эльбу даже вызвали во Дворец, и она пробыла там до самого вечера. Ива и Меркурий как раз возвращались из библиотеки, когда увидели на дорожке знакомый силуэт. Розу Эльбу сопровождал декан Лунгма, и они что-то оживлённо обсуждали.
– Так значит вы говорили с Главным дожем? Невероятно!
– Да, он был весьма любезен, впрочем, как и всегда.
– Добрый вечер! – поспешил обратить на себя внимание правильный Меркурий, чтобы не услышать ненароком ничего лишнего. Ива подосадовала на друга, но по спокойному сиянию магии Розы Эльбы поняла, что разговор во Дворце её, скорее, ободрил.
После этого не происходило ничего, что бы нарушило привычный ход дел. Сессию Ива умудрилась сдать даже лучше, чем рассчитывала. А в последний день перед каникулами на кампусе устроили традиционный праздник с глинтвейном, музыкой и танцами. Молодёжь по большей части веселилась на улице, но некоторые клубы устроили отдельные вечеринки для своих участников. Второкурсники толпились на дорожках в ожидании главного события вечера – фейерверка. Меркурий окинул взглядом друзей и нахмурился: