Ева Ночь – Няня по контракту (страница 2)
– Тебя невозможно не узнать, Ань, – я не вздыхаю, не превращаюсь в нормального мужика. Всё так же замораживаю её – деревянный шарнирный босс. – Итак, какое собеседование? – поворачиваю русло нашей беседы в нужном мне направлении.
– Руководитель маркетингового отдела, – а Варикова вздыхает. – Собеседование на десять.
– А! – щелкаю я пальцами, чувствуя одновременно злорадство и облегчение. – Так ты уже опоздала. А кто опоздал – тот не успел.
Смотрю ей прямо в глаза. Холодно. Расчётливо. Мне позарез нужна няня. И, чёрт побери, я хочу на это место Варикову! Её и никого другого. Самодур я или где?
Анна
Его слова подобны взрыву гранаты, у которой и чеку выдернуть не успели, а она всё равно бабахнула. Что значит опоздала?! И по своей ли вине? Я сюда не стремилась, между прочим!
– Произошла чудовищная ошибка, – зловеще цежу я слова, стараясь не заорать, не бегать по стенам и не грохнуть напольную вазу, что уныло стоит в углу и собирает пыль и паутину каким-то засохшим гербарием, что воткнут в неё сто миллионов лет назад. Эпическое уродство. Пылесборник. Ода дурному вкусу и неряхе-уборщице. – Твоя помощница или секретарша – понятия не имею, кто она, – насильно меня сюда впихнула.
Иванов приподнимает брови, на губах его блуждает улыбка.
– Критика принята. Васнецова получит выговор и лишится премии.
Я тут же остываю. Зачем так сурово-то? Тем более, что это не решит моей проблемы.
– Достаточно будет, чтобы меня всё же выслушали. Рассмотрели мою кандидатуру. Тебе ведь не всё равно, кто будет руководить отделом?
– И ты считаешь, что лучше тебя кандидатуры не найти? – наклоняет голову набок Иванов.
Мне бы уверенности побольше и наглости, но я мешкаю, и тогда…
– Давай поставим точки над «і», – произносит этот заносчивый сноб, поправляя запонки. – Тебе нужна работа?
– Д-да, – снова заикаюсь я. Столько стрессов… Дар речи потерять можно. – Но…
– Ты пришла на собеседование? – сверлит тяжёлым взглядом.
– Да, но… – пытаюсь ещё раз донести до него, что это ошибка и я попала к нему по недоразумению.
– Ты меня впечатлила своими деловыми и душевными качествами, няня номер восемь. У тебя есть шикарная возможность показать, какова ты в деле, а не на словах.
– Но мне нужно было быть на собеседовании на должность руководителя отдела продаж! – выкрикнула я в отчаянии. Он что, глухой?! Не слышит и не понимает?
– А мне нужна няня, – хлопнул он рукой по столу, одним движением разрушая все мои надежды и мечты. – Впрочем, я тебя не держу. Беги, спеши, пытайся. А когда у тебя ничего не получится, мы вернёмся к нашему разговору.
Я стискиваю зубы. Если б могла, я бы одним взглядом поджарила и кресло, и сидящего в нём Иванова.
Он меня плохо знает. Возьму – и пойду.
– Если я тебя так впечатлила, ты бы постарался исправить косяк своей подчинённой и заполучить меня. Не могу сказать, что я лучшая, хотя, возможно, это так и есть.
С этими словами я разворачиваюсь и ухожу. Стараюсь не очень сильно вдавливать каблуки в пол, иначе он поймёт, как я зла и какие бури во мне бушуют.
– Ань? – догоняет меня Димкин голос. Я притормаживаю, но не оборачиваюсь. У него совесть проснулась? – Сколько получает руководитель отдела продаж?
Я молчу. Дурацкий вопрос. Он директор компании. И прекрасно знает хотя бы приблизительные цифры. Это что, провокация? Проверка, насколько я в курсе дела? Так я в курсе, конечно же. Ведь я мечтала получить это место!
– Я дам больше. Подумай, – припечатывает он меня жёстко.
Да пошёл ты! Встряхиваю кудрями и выхожу из кабинета. Закрываю за собой дверь. Аккуратно. Это тренировка на стрессоустойчивость. Потому что больше всего на свете хочу грохнуть дверью так, чтобы она с петель слетела. Чтобы штукатурка посыпалась. Чтобы пол в директорском кабинете провалился, а вместе с ним летел с семнадцатого этажа на первый Дмитрий Иванов. И это его я любила когда-то до потери пульса?
Глава 3
Анна
С Леонидой Сергеевной мы общались заочно – онлайн. Милая женщина за сорок с жёстким взглядом. На лбу у неё написано: умная. Наверное, поэтому одинокая. Я ещё тогда подумала: пройдёт лет десять, и я стану на неё похожа, если буду думать только о карьере. Отмахнулась от этой мысли, как от назойливой мухи.
Личная жизнь у меня не сложилась, поэтому всю свою страстную натуру я направила в другое русло. Я трудоголик. Это факт. А ещё карьеристка, да. Начинающая.
– Вы опоздали, – срезала она меня на низком старте. К слову, юбка таки порвалась. Я представляю, как красиво я выглядела сзади. Иванов небось любовался и скалился. – Пунктуальность – важное качество руководителя. Вы провалили самый простой тест. Думаю, говорить нам не о чём.
Я блеяла и пыталась объяснить силу непредвиденных обстоятельств, но Леонида была непреклонна. В реале эта железная тётка выглядела ещё мужиковатее, чем по скайпу.
– Умение выйти из любой ситуации – ещё одно важное качество. Что значит вас затащили насильно? Васнецова – субтильное создание. Если бы вы были понастойчивее и потвёрже, то поставили бы её на место и прибыли на собеседование в срок. Или сразу же, как только поняли, что не туда попали, ушли бы из кабинета Дмитрия Александровича. Но вы растерялись. Потеряли драгоценное время. Поэтому – что ни случается, всё к лучшему. До свидания, госпожа Варикова. Мне очень жаль. Вы казались мне очень перспективной. Реальность, увы, доказала обратное.
Короче, меня вышвырнули с ноги. Я, конечно, подозреваю, что господин Иванов мог подсуетиться и позвонить этой несгибаемой бабе, но как-то не хотелось думать о нём совсем уж плохо.
Взгрустнулось. Женат. Дети. Няня вон нужна. Неужели он не понимает, что я не могу? И даже не потому, что это ниже моего достоинства, нет. Но находиться рядом с детьми, которых я стараюсь избегать и обходить стороной, выше моих возможностей. А рядом с его женой – и подавно. Не могу. На фиг.
Я вышла от Леониды, вздохнула и направилась к лифту. Провал не повод биться головой об стену. Не повезло здесь, повезёт где-нибудь ещё. Мне нужна работа, и я её найду. Есть пара вакансий, которые я не рассматривала всерьёз, потому что нацелилась на более перспективное и – что уж – высокооплачиваемое место. И вот – всё профукала из-за глазастой Васнецовой. Хотя, Леонида, наверное, всё же права: никто не виноват в моих косяках.
Я покидала здание офиса с горечью. Убитая, похожая на линялую тряпку. Плелась, еле переставляя ноги. Уже никакого «цок-цок» уверенного. Скорее, «чап-чап» унылое.
Я села в машину и замерла. Надо прийти в себя, собраться, перевернуть страницу и забыть. Подвернётся что-то получше. Я в свою счастливую звезду верю!
Я сдула с глаз кудряшку и положила руки на руль. Но мотор завести не успела. Дверь авто распахнулась, и господин Иванов, схватив меня за руку, выволок на свет божий, как нашкодившего ребёнка.
Я пискнула. От неожиданности.
– Надо поговорить, – заявил несостоявшийся босс и потянул меня за собой. Пёр как ледокол, а я, подпрыгивая, семенила сзади, чувствуя, как ногам становится свободнее.
Юбка мстительно продолжала расходиться по шву. Ещё несколько таких кульбитов – и я буду светить кружевным задом. Трусы у меня красивые, но как бы сейчас не то место, где б я хотела их демонстрировать.
Как там говорила Леонида? Нужно быть твёрже. Я поднатужилась и выдернула руку из ивановской ладони. Не скрою: это было нелегко, но в одном Леонида ошиблась: я умела и отпор давать, и защищаться, и настойчивой быть. Просто… она ж не знает, что Димка – мой бывший парень. И что я на губы его пялилась – тоже. Я всё ж человек, женщина. А он… слишком хорррош был когда-то. Да он и сейчас – хоть куда, но уже не мой. Давно.
– Куда ты меня тянешь? – смерила его возмущённым взглядом.
Димка моргнул. Хлоп ресницами, и я теряю контроль. Засматриваюсь на него, забываю, что мы стоим посреди подземной парковки.
– Мороженого поесть. Ты ж всегда любила, Ань.
Мороженое. Да. Срочно охладиться. Глотнуть кусок не разжёвывая. Вместо таблетки АнтиИванов. Иначе случится пожар, и никакие пожарные не спасут – сгорю заживо.
– Пойдём, Варикова. Тут есть одно классное место. Как будто специально для тебя созданное.
Он протягивает руку, а я пячусь и обороняюсь вытянутыми ладонями.
– Без рук, пожалуйста.
Иванов плечами пожимает и делает шаг вперёд. Но больше он не прёт, разрезая кормой льды, а оглядывается, чтобы посмотреть, сдвинулась я с места или нет.
Глубокий вдох. Он не отвяжется – вижу по взгляду. О, я очень хорошо, оказывается, помню это его выражение лица. Упрямый чёрт. Подбородок выпятил, глазами буравит. А если я сейчас развернусь и побегу – догонит и сделает всё, как задумал.
Но мороженое – это хорошо. Поэтому я иду за Димкой, но уже независимо. Мне даже удаётся каблучками «цок-цок» делать. Главное – тылом не поворачиваться. Там юбка поздоровается с Ивановым прорехой. Помнится, ему нравились мои ноги. Сейчас они стали доступнее для обзора, нежели с утра.
Дима вывел меня к кафе – почти пряничному домику под весёлой оранжевой крышей с белыми стенами, разрисованными узорами-завитушками. Можно и внутрь не входить – я впечатлилась. Могла б, открыв рот, ходить вокруг, разглядывая фасад.
Внутри – ещё краше: воздушные занавески из нежно-жёлтой органзы с золотыми искрами, беленькие столики и стулья, весёлые, разрисованные чьей-то талантливой рукой, стены.