Ева Никольская – Звёздный факультет. Бал поцелуев (страница 5)

А-а-а… не вечер, а черная дыра какая-то! Куда все исчезают?!

Снова набрав номер Евы, я выслушала раздражающий ответ робота, утверждавшего, что абонент – не абонент, и, подойдя к зеркалу, принялась бездумно менять цвет искусственной пряди, нарощенной в салоне.

В группе «Стихии» у всех были такие. У вокалиста огненно-рыжая, у гитариста белая, у барабанщика зеленая, а у сестренки моей – аквамариновая. По задумке, этот цвет символизировал водную стихию, что ничуть не мешало ему прекрасно гармонировать с бледной кожей Евы и ее ярко-голубыми глазами.

Я же добавила сей штрих к своей прическе, чтобы иметь возможность меняться с сестрой местами, как раньше. Прядь, перебрав всю гамму цветов, окрасилась в синий, и сердце снова защемило.

Ева, Евочка… да где же тебя бес носит, зараза ты такая! Явишься – придушу… в объятиях.

Когда приятный голос «домового»[6] сообщил о визитере, я как раз закончила возиться с волосами. Радостно взвизгнув, выбежала в прихожую. Не удосужившись проверить, кто за дверью, открыла.

Слова, готовые сорваться с губ, застряли в горле. На пороге стоял не папа и уж точно не Ева – это был Кай Огненный, чей последний альбом я недавно слушала. Привалившись плечом к стене, стихийник смотрел на меня сверху вниз. Оценивающе так, с легкой ленцой во взгляде.

Кай?

Огненный?

Явился к нам поздно вечером… сам… без охраны и орды звезданутых поклонниц…

Я точно не сплю? Нет? Может, надо его пощупать… исключительно, чтобы убедиться в реальности происходящего. А то вдруг он плод моего воображения?

– Маскарадный костюм? – спросил фронтмен Евиной группы, улыбнувшись уголком губ, – четко очерченных, красивых. Целовать такие, наверное, одно удовольствие. И голос у него в жизни не хуже, чем на сцене. Повезло же моей сестренке! – Впечатляет, – одобрил наряд гость. Помолчал немного, после чего осторожно уточнил: – Аква?

Я машинально кивнула, и только спустя пару секунд осознала, что случайно выдала себя за сестру. Упс! Дар речи внезапно забуксовал, мешая исправить недоразумение. Это у меня-то! В жизни за словом в карман не лезла, а тут вылупилась на человека, как пустынный скорпион на купол Таалиса, и молчу, аки рыбка. Стресс… во всем виноват стресс, не иначе!

– Помнишь, о чем я тебя просил?

Кай продолжал изучать меня, щуря необычные глаза. У инициированных псиоников они ярче, чем у простых людей, и радужки порой неестественного цвета. У этого конкретного ведьмака глаза были янтарные, будто запертое в радужках пламя.

Сгореть бы в нем без остатка! А лучше долго и с удовольствием плавиться, наслаждаясь теплом мужского взгляда. Эх, мечты-мечты.

Тряхнула головой, прогоняя наваждение, и неопределенно пожала плечами. Ева ничего не говорила про его просьбы. Интересно почему?

– Рисунок… абстракция. Я отдал тебе папку позавчера. – Он махнул рукой будто в подтверждение своих слов, и я заметила мелькнувший под рукавом край металлического браслета. – Ты обещала написать по нему музыку. До бала.

Точно! Сестра такое умела. Ева не просто сочиняла песни, вдохновляясь картинками, она на самом деле переводила изображения в звуки. Это была одна из особенностей ее дара. Возможно, именно это и повлияло на решение ребят принять первокурсницу в группу, где играли выпускники.

Кай хмурился. Несмотря на спокойный, даже мягкий тон, во взгляде его промелькнуло раздражение. По-видимому, этот красавчик привык получать все и сразу, а тут я с приступом немоты и тугодумия. Приятно познакомиться, угу! Взяв себя в руки, выдавила:

– Прости, еще не закончила.

А может, и не начинала – что-то я не видела сестричку за работой с какими-то картинками.

– Печально. – Теперь в его голосе мне послышалось разочарование. – Завтра днем репетиция в студии, постарайся доделать.

– Завтра… – эхом повторила я, продолжая гипнотизировать стихийника взглядом.

Посмотреть действительно было на что. Выше меня на голову или чуть больше, худощавый, но не тощий – идеальное, на мой вкус, телосложение. Хотя идеальное оно было на вкус многих студенток, фанатеющих от его песен.

Лицо узкое, с высокими скулами и острым подбородком, тонкий нос, густые брови с хищным изломом и глаза… взирающие на меня из-под косой черной челки, в которой огненной лентой горела рыжая прядь.

Хорош!

Было в Кае что-то демоническое… настоящий ведьмак! И псих, если верить колонкам новостей, тоже настоящий! Впрочем, сейчас он вел себя на удивление миролюбиво.

– Увидимся! – Парень явно решил, что конструктивного диалога у нас не получится, и засобирался восвояси.

Еще и соседка, как назло, из своей берлоги выползла. Уронила книжки и вылупилась на моего гостя, как… да почти как я несколько минут назад. Это разозлило. А еще вывело меня наконец из состояния «очарованной амебы».

Втянув звезду нашего факультета в прихожую, я закрыла входную дверь.

Так-то лучше!

– Ты куда сейчас? – спросила, радуясь собственному многословию.

– Похоже, что к тебе, – криво усмехнулся он, с интересом озираясь.

Кажется, мой внезапный порыв его удивил. Оно и понятно – Ева никогда себе такого не позволяла. А я… мне просто позарез требовалось найти сестру и папу!

– Слушай, у меня просьба… Надо кое-что забрать в академии, а пропуск я отдала на перепрошивку, – соврала, не моргнув и глазом. – У тебя же тоже есть доступ в здание, да? – Я даже не сомневалась, что фронтмена «Стихий» охрана пропустит куда угодно – он же местная знаменитость! – Проводишь?

А что? Наглеть так наглеть! Если согласится, убью сразу двух зайцев: и в стены альма-матер просочусь под благовидным предлогом, и с красивым парнем в ночи прогуляюсь. Почти свидание! Надеюсь, Ева меня за это потом не прибьет.

– Ну, пошли… Аква. – Кай взглянул на меня как-то странно. Или мне просто показалось?

– Ты ж мой спаситель! – воскликнула я, метнувшись в спальню. – Секундочку, штаны натяну… – Убегая в комнату, на ходу расшнуровывала корсаж, нисколько не стесняясь чужого присутствия.

– А что с твоей меткой, кстати?

Ой, про нее-то я и забыла. Вот балда!

– Так бал же… примеряла костюм, маскировалась по максимуму, чтобы не признали, – выкрутилась, солгав лишь отчасти. Судя по отсутствию дальнейших вопросов, объяснение его устроило.

Вот и славненько!

Едва я увидела выход из ситуации, ведьмак моментально превратился из объекта девичьих фантазий в средство достижения цели. Мелькнула мысль признаться ему, что я Кристина, но дальше этого дело не пошло.

Вдруг мой порыв честности вызовет негативную реакцию? Кай ведь может и обидеться на обман – творческие личности, избалованные всеобщим вниманием, такие чувствительные натуры. Пошлет еще меня в космос вместе с моими просьбами.

Нет уж! Вот найдем Еву, тогда и покаюсь.

– Перестань уже мельтешить, а? – поморщился квазар, которого мне послало само провидение. Легко ему говорить, меня, между прочим, ходьба успокаивает. Выслушав мою сбивчивую речь, парень моментально сориентировался и, сев на скамью, как был, в полотенце, принялся что-то сосредоточенно набирать на своем гаджете. К нему он подключил ключ-телепорт, который перенес меня в мужскую раздевалку. Плоский и массивный гаджет заметно отличался от моего гибкого и изящного. Большой, увесистый, мужской… он очень подходил этому полуголому великану. – Да сядь же ты, наконец, ведьма!

Я замерла на полушаге. Как-как он меня назвал? Ведьмой?! Но откуда узнал? По росту, что ли, вычислил?

Костюм поющего прятал не только лицо, но и фигуру, маскируя грудь, которая и в обычном-то состоянии не отличалась большими габаритами. Рон с Молнией за время миссии так и не поняли, девочка перед ними или мальчик, а этот с ходу вычислил.

Как, черт возьми?!

Джету я своим настоящим именем не представлялась, хотя его узнала сразу – он заходил иногда в архив, чтобы передать моему отцу документы или контейнер с очередным кристаллом.

Добычу координатору всегда сдавали предводители троек. Работа же поющих ограничивалась шаманским ритуалом и упаковкой камня в герметичную емкость. Судя по всему, именно предводителем Джет у других команд и был.

Во время этих визитов они разговаривали с папой, а я грела уши, делая вид, что очень занята разбором очередной порции данных. Поэтому кое-что про него знала.

Несмотря на последний курс академии, Джет Янг уже служил в ночной страже, а еще был капитаном студенческой рэтбольной команды, за которую болел мой отец. На этой почве они, видимо, и сошлись.

Мне же такие звезды во плоти не очень-то нравились. Слишком самоуверенный, слишком деловой, слишком большой и… короче, просто СЛИШКОМ!

Тем не менее сейчас я была безумно рада встрече. Джет быстро взял ситуацию под контроль и сообщил в спасательную службу координаты угодивших в ловушку ребят.

Информацию о том, что семнадцатый поющий не пострадал, он тоже передал куда следует. А передать меня по тому же адресу почему-то забыл.

– Они живы? Да? – с надеждой спросила я, когда квазар закончил строчить закодированные сообщения. Ну и скорость у него!

– Это будет известно не раньше, чем через час.

– Что?! – вопреки эмоциям, вложенным в вопрос, пропущенный через фильтр голос был до противного спокойным. – За час их там на ленточки порвут!

– Я сказал, что информация будет через час, а не спасательная операция.

– А… – только и выдавила я, опять чувствуя себя глупо.