Ева Никольская – Звездный факультет. Бал поцелуев (страница 51)

Всего месяц тут живем, а у меня уже и вода убегала, и блинчики на плите подгорали так, что народ чуть пожарных не вызвал. Сестренка, которой тогда дома не было, потом мне такой разнос устроила… у-у-у. За меня испугалась. А я что? Я же ничего! Подумаешь, надымила! Для нее же ужин готовила, вернее, пыталась. Больше, правда, такие эксперименты не ставила. Заказывала еду на дом или покупала холодные обеды в ближайшем супермаркете. С ними учудить что-то сложно: сунул в микроволновку — и вуаля! Кушайте, не обляпайтесь.

Из ванной я выползла, широко зевая. Если бы вода не остыла, я бы и дальше спала. Никто ведь не будит, не верещит над ухом, пеняя на мою безответственность. Вытерлась, кое-как расчесала заметно почерневшую гриву и, натянув одну из любимых безразмерных футболок, коих у меня было, конечно, не семь, как у Евы, а всего парочка, вышла в прихожую. Сестра и тут не налетела коршуном, требуя объяснений. Зато это сделал «цирюльник», болтавшийся по квартире, как неприкаянный. Обнаружив меня, удивленно поглядывающую на него, он радостно растопырил свои щупальца, и на всех парах кинулся ко мне явно не обниматься.

Странно. Ева что… запрограммировала его на работу и с моими волосами тоже? Но я ведь еще не определилась, хочу избавляться от наращенных прядей или нет!

— Е-е-ева? — позвала, по стеночке пятясь от робота, который так и норовил добраться до моей мокрой шевелюры, ибо сушить мне ее было влом. — Евуля?! — рявкнула, влетая в комнату, где ее оставила. Вернее, туда влетели мы оба, потому что металлическое паукообразное, вооруженное тюбиками и расческами, упорно не отставало. Сестры на диване не оказалось. Зато там были недоеденные печеньки, одну из которых я тут же бросила в рот. — Что за шуточки, Ев? — возмутилась, не обнаружив ее и в соседней комнате. Туалет, кухня, прихожая… ну не к соседке же она выскочила, правда? За солью. — Отстань, чудовище! — отмахнулась от дорогущего «цирюльника», который с довольным шуршанием принялся избавлять меня от лишних волос. А меня ли? Может, сестренку мою, с которой мы так сильно похожи. — Не до тебя сейчас.

Понимая, что робот не успокоится, ибо робот он, а не существо разумное, я поставила его на паузу, после чего метнулась к гаджету и начала торопливо набирать номер сестры. Абонент не абонент — час от часу не легче! Проверила ее вещи и обувь в прихожей — все на месте. Значит, Ева ушла телепортом. Но куда? Неужели очередное задание поющих? Тогда почему не оставила сообщение или какую-нибудь примитивную записку. Она же знает, как я буду переживать. Особенно в свете недавних покушений!

Решив поискать сестру за пределами общежития, я быстро обулась и натянула штаны, даже попыталась заправить в них растянутую футболку, но вышло не очень. Плюнув, сняла ее и побежала к шкафу, стоявшему в спальне, чтобы взять там что-нибудь подходящее для внеплановой ночной прогулки. Одеваясь, мысленно перебирала, кого можно подключить к поискам. Первым на ум пришел брат: у него и опыт есть, и связи. К тому же он взрослый, умный и спокойный ведьмак в отличие от постепенно впадающей в панику меня. Пропади я сама — беспокоилась бы меньше. Но Ева… она же такая… неприспособленная! Ее защищать надо!

Пока носилась по комнате, наскоро собираясь, заметила лежащую на столе открытку, подаренную «заводчиком белых кроликов». Вернее, не открытку, а приглашение поискать оных. Сама не знаю, что зацепило взгляд. Звездное небо на ней было все таким же безмятежным… или не таким? Нахмурившись, я присмотрелась, и плоское изображение начало становиться объемным, а незнакомые созвездия на глазах складывались во что-то очень даже знакомое. Э… кролик?

Мгновение — и призрачный зверек соскочил с открытки и рванул в прихожую. Я за ним. Он просочился сквозь стену, я растерянно замерла, не зная, что делать дальше. Пока не увидела проступившую на месте его ухода надпись: «Следуй за белым кроликом!»

Иллюзия это или шутка какого-то звезданутого любителя «Алисы» — мне было невдомек. Я даже про пропажу сестры забыла. Вернее, не забыла, просто это все стало казаться каким-то неважным, будто происходило не со мной. Мысли мои были лишь о полупрозрачном ушастике, которого непременно следовало найти. Прямо сейчас! Забыв про гаджет и звонок брату, я, точно зомби, отправилась на поиски кролика, откуда-то точно зная, что он ждет меня на улице.

Он… или его заГАДочный хозяин?

Еванжелина

— Рад, очень рад… — говорил папа, а я невольно представляла его, сидящего в кресле, недавно покинутом мною, и потирающего от волнения руки. Если не так, то шевелюру свою огненную разлохматит, а неопрятность профессору ни к чему. — Рад, наконец, познакомиться с вами лично, ваше высокопревосходительство! — выпалил отец, как на параде.

— Лучше господин Рэйн, — предложил безопасник.

Мягко, спокойно. Подозреваю, даже с улыбкой, едва мелькнувшей в изгибе его бледных губ. Странно, но образ Аллегро, которого я знала меньше суток, представлялся мне не менее четко, нежели папин.

— Конечно, господин Рэйн! — Готова поклясться, теперь отец согласно качает головой и снова трет ладони, а потом наверняка спрячет их в карманы просторного пиджака. Не очень-то вежливо, но привычка — вторая натура. — Я узнал, что вы здесь, в кабинете. Решил зайти и поблагодарить вас за то, что присмотрели сегодня за моими девочками, — после недолгой паузы озвучил цель своего визита он.

Я одобрительно кивнула, сильнее кутаясь в мундир, в ЕГО мундир. Ведьмак действительно в последние часы был нашим с Крис ангелом-хранителем. Хорошо, что папа решил сказать ему спасибо за всех нас.

Но почему в такую рань?! В чем срочность?

Плотная черная ткань с серебристыми пуговицами, погонами и нашивками предательски зашуршала, и я испуганно замерла, вспомнив, что шевелиться мне противопоказано, если не хочу выдать свое присутствие. В шкафу, к счастью, оказалось довольно удобно. Одежды у хозяина кабинета было мало, так что я с комфортом разместилась внизу большой, идеально чистой ниши. Только вот форма его теперь точно помнется. Не очень это, конечно, хорошо, но он ведь сам мне ее дал!

— Не стоит благодарностей, господин Ландау. С понедельника Кристина официально станет моей ученицей, — сообщил Аллегро то, что папа и так знал. — Это моя прямая обязанность — присматривать за ней.

Мне показалось, что он пожал плечами. Или нет? Черт! Как же плохо-то без картинки! Сиди тут, слушай и наслаждайся «кино», которое перед внутренним взором крутит собственное воображение.

— За Крис, но не за Евой! — продолжал настаивать на обоснованности своих благодарностей папа. — Вот уж от кого я не ожидал проблем, так это от нее, — заявил он, а я аж рот приоткрыла в возмущении, но, конечно же, промолчала.

Где это от меня проблемы?! Нет таких! И меня тут тоже нет, угу.

Безопасник не ответил, и отец продолжил говорить, выбалтывая ему то, чего мне знать не полагалось:

— Хорошо еще, парня к ней приставил. Надежного! Чтобы поухаживал красиво, да весь этот озабоченный молодняк разогнал, который на мою красавицу позарится.

— Парня… — эхом повторил ведьмак.

— Джета, — беззвучно прошептала я и снова чуть не выдала себя глупой возней.

— Да-да, парня… квазара. Капитан рэтбольной команды нашей академии. Вы любите рэтбол, господин Рэйн?

— Не уверен, — сухо ответил Аллегро.

— Это потому что на игре настоящей не были! Не были же, я прав? Вживую не смотрели, не болели за наших. Обязательно надо сходить. Глядишь, и распробуете вкус спортивного азарта, — с жаром заявил мой отец — большой фанат рэтбола и, как выяснилось, хороший друг проклятого лицемера по фамилии Янг. — Так вот о парне… — Да-да, давайте о нем, желательно со всеми подробностями, чтобы было потом, что в морду этому кибергаду бросить! — Он обещал приглядеть за обеими сестренками, но, сами понимаете, сделать это сложно. Если не одна, то другая уж точно приключений на свою голову найдет. Это я про Кристину: она у нас хоть и умненькая, но балбеска. — Отец вроде и ругал нас, но по-доброму. И улыбался, говоря это, — сто процентов, улыбался! Я бы тоже улыбнулась, слушая его, если бы не новость о квазаре.

Грош цена его признаниям, получается? Все дело не в симпатии ко мне, а в услуге профессору. Но зачем тогда Джет нес бред про наш особенный момент? Голову мне пытался задурить? Или действительно что-то было. А сцены ревности… тоже фальшь? Или я умудрилась задеть его мужское самолюбие? Он же у нас звезда среди квазаров, а тут какая-то ведьма изволит артачиться, вместо того чтобы растекаться лужицей у его ног и таять от поцелуев. А ведь я почти купилась на эту сказку… дура! Еще и виноватой себя чувствовала.

— Увлекся я что-то, — усмехнулся отец. — Дочери — мое главное сокровище. Вы же понимаете? Даже сейчас сижу, и кажется, будто Евой пахнет. Эти ее любимые зелья для ванн, всякая девчачья ерунда в цветных флакончиках…

— Угу, — буркнул Аллегро, а я всерьез испугалась, что папа меня унюхает.

Но как?! Я в том кресле провела каких-то минут пять, может, десять. Что за обострение обоняния у него? Опять чего-то в лаборатории нахимичил? Вернее, ученики его нахимичили. Сам-то он давно не практикует.

— Вы, кстати, где остановились? Я ведь еще вот чего зашел, думал предложить вам пожить у меня. Квартира после переезда близняшек практически пустует. Я дома почти не бываю, все время на работе торчу. Не знаю, нужны ли вам, наблюдателям, еда и сон, но…