Ева Никольская – Жених для Красной Шапочки, или Чудовище моей мечты (СИ) (страница 32)
– Какие аппетитные новобрачные! – сообщил… ну, видимо, олень. И это высказывание мне совсем не понравилось. Красивые, забавные, странные… да хоть страшные, но не соблазнительные же в гастрономическом плане! Нас тут благословлять или на вкус пробовать собираются?
– Одно другого не исключает, – пакостно захихикал рогатый, вероятно, прочитав мои мысли. Я так и представила эту ехидную морду с мимикой, как у белочек. Картинка была такой яркой, что даже страх прошел. Оторвавшись от Джетта, посмотрела на оленя, гарцевавшего напротив нас, и, к своему удивлению, поняла, что он вовсе не ледяной и даже не стеклянный, а, как и Роки, огненный.
– Так-так-так… – с усталым кряхтеньем со своего насеста сполз дракон. Такой же большой, как и его парнокопытный приятель. И такой же синий. – Хвостом чую, намечается веселье! – изрекла огненная рептилия, отчего мне стало как-то совсем невесело. Какие, интересно, развлечения у этой шайки? Калеба, по словам Миранды, хранители в свое время заставили в море со скалы сигануть, спасая невесту. Если мне придется за Джеттом в драконью пасть лезть… хм… а может, не надо?
– И танцы, танцы! – скатился к нам ушастый еж, вскочил на задние лапки, снял с колючек треуголку и галантно (насколько позволяло его специфическое телосложение) поклонился, взмахнув головным убором, зажатым в когтях. Я машинально поправила свой венок, глядя на это представление. – Будут танцы? – спросил дух нас.
– Как скажете, – ответил Джетт, не моргнув и глазом. Лапочка мой на все готов… Эх, мне бы его настрой!
Я с опаской поглядывала на другие скульптуры, боясь, что они тоже оживут, обратятся элементалями и придут требовать от нас черт-те что, но, кроме этих троих, никто так и не пошевелился. И слава небесам! Потому что заданий, которыми фонтанировали эксцентричные хранители, нам с лесником хватило с лихвой!
Сначала был перекрестный допрос. Причем темы поражали таким разнообразием, что я с трудом улавливала логику. Вернее, совсем не улавливала. Оно и понятно, сложно найти общее между интересом к моему первому сексуальному опыту и предпочтениями Джетта в еде. Вопросы сыпались один за другим, вводя в ступор и сбивая с толку. Пока я думала над ответом для дракона, вспоминая моменты своей биографии, олень уже требовал поклясться в вечной любви жениху. И так постоянно! После нашей сумасшедшей беседы, длившейся минут двадцать, не меньше, я пришла к единственному верному выводу: над нами откровенно издеваются!
– Стоп! – воскликнула, схватившись за голову, чтобы не слышать этот разноголосый треп. – Хватит! Прекратите!
– Невеста недовольна? – насупился ежик, поправляя треуголку. Он висел в воздухе, качая лапками, отчего подозрительно напоминал мне Роки – такой же мелкий, пакостный и с пастью на полфизиономии! – Может, сразу тогда перейдем к танцам? – ехидно ухмыльнулась вышеупомянутая пасть, сверкнув острыми клычками.
– Танцы-шманцы-обниманцы, – скривился олень, окидывая нас задумчивым взглядом. – Успеется!
– А можно огласить всю программу, пожалуйста, – смирившись с неизбежным, попросила я. – И цели разных этапов испытаний озвучить. Например, к чему были все эти расспросы?
Джетт сжал меня сильнее, видимо, призывая помолчать, но мне правда очень хотелось узнать больше. Я уже поняла, что все элементали с придурью, и характер у них не сахар, но хотя бы пусть скажут, к чему нам готовиться.
– Чтобы оценить вашу совместимость, надо узнать вас получше, – ответил ежик, который всегда охотно шел на контакт.
– Разве рассказ о любимой еде и о том, как я отношусь к сексу в пушистых наручниках, даст представление о нас? – усомнилась я. – А если мы соврем, отвечая?
– Я почую ложь, – мотнул рогатой головой олень.
– А почуять, что мы с Джеттом подходим друг другу, без всего этого балагана вы никак не можете? – поинтересовалась я.
– Можем, – сказал дракон.
– И чуем, – поддержал его колючий хранитель.
– Но без балагана скучно! – подвел итог олень.
И я внезапно поняла, у кого белочки плохому научились. Если низшие духи родом из этого чудо-костра, неудивительно, почему они такие. Странно другое, как высшие духи, возродившиеся в двуипостасных, умудряются скрывать свою шутовскую натуру. Джетт, например. Он ведь тоже лесной дух в человеческом теле, пусть и полукровка.
– Что же ты так плохо о нас думаешь, Сашка? – насупился дракон, прочтя мои мысли. Я была бы рада перестать думать вообще, но как?
– Раз думает, надо соответствовать, – решил олень. Из всей троицы он, как по мне, был самым пакостным. А пока статуей прикидывался, казался таким благородным. Эх!
– Придется, – кивнул и саблезубый ежик, растеряв в моих глазах всю свою мимимишность. – Запускаем второй тур испытаний! Потом третий и… танцы!
В море прыгать меня не заставили. В пасть к дракону лезть – тоже. Мне, как личности творческой, задание дали соответствующее: вырезать по памяти статую жениха. Даже стремянку организовали, чтобы я смогла без труда соблюсти все пропорции. Без труда, ёшкин кот! С резцом и стамеской против огромной глыбы льда – да это все равно что ложкой подземный ход копать!
Пока я, онемев от привалившего счастья, хлопала глазами, хранители наперебой говорили, что если действительно люблю, копия будет очень похожа на оригинал. Нормально, да? Ладно бы хоть натуру оставили, так нет же: едва колючий злыдень объявил начало второго тура, как Джетт исчез, а я плюхнулась на сверкающий пол, пребольно ударившись копчиком.
На вопрос, куда дели моего мужа, троица элементалей шепотом сообщила, что его тоже ждет испытание любовью. Что имели в виду – не знаю, но точно что-то нехорошее. Мне так и представились эротические танцы в исполнении Лами и Тами, которые проверяют на прочность чувства Джетта ко мне. И в таком взвинченном эмоциональном состояние я начала ковырять огромный белый куб инструментами, упавшими мне прямо в руки.
Вообще-то для работы со льдом требовалось гораздо больше разных приспособлений. Но этот блок, как выяснилось, на лед походил только внешне. На деле же материал был достаточно мягкий, что сильно облегчало задачу. Пусть я ни разу не скульптор, но кое-что о профессии знала, так что совсем уж беспомощной себя не чувствовала. Однако и особой уверенности, учитывая объем работ, тоже не было.
Начать решила с головы. Мысленно представила лицо лесника, наметила линиями контур и принялась методично срезать кусочки, добиваясь нужной формы. Так увлеклась работой, что не заметила, когда и куда исчезли хранители. Слои белого «льда» снимались один за другим, и мне даже нравилось это занятие, пока я не обнаружила внутри проклятого блока сюрприз.
То, что это человек, поняла не сразу. Сначала решила, что там просто болванка. Для того чтобы рассмотреть «манекен» получше, пришлось срезать еще несколько кусков. Каково же было мое удивление, когда я вдруг осознала, что статую Джеттеро делаю из него самого. У меня чуть истерика не случилась от нахлынувших эмоций. Страх смешался с болью, сковавшей сердце. На глаза навернулись слезы, а сознание погрузилось в пучину отчаяния. Как-то вдруг сразу поняла, что не могу и не хочу без него жить, что только рядом с ним вижу свое будущее… НАШЕ будущее. А эти твари его замуровали! Да какого черта?!
Думать логично не могла, только действовать. Бросив на пол инструменты, принялась с остервенением сдирать с лица Джетта «ледяную маску» руками, потому что боялась навредить острым резцом. Мысль, что он уже давно там задохнулся без воздуха, в голову мне не приходила. А если и приходила, я упорно к ней не прислушивалась, продолжая методично освобождать своего мужчину из плена.
В процессе немного успокоилась, убедила себя, что все это не по-настоящему, и в блок запаян вовсе не живой человек, а похожая на него кукла – ведь о смертельном исходе экстремального бракосочетания речи не шло. Уговаривая себя не паниковать, я продолжала спасательную операцию. Очистив лицо, коснулась мужских губ и, отшатнувшись, рухнула со стремянки, когда «манекен», похожий, как две капли воды, на Джетта, внезапно открыл глаза. До пола не долетела – на этот раз хранители, видимо, решили пожалеть мой копчик. Вместо болезненного приземления ухнула в очередной огненный портал, но очутилась не на лесной поляне, а в темной комнате, полной… оборотней!
Мама дорогая, за что?!
Джетт чувствовал себя марионеткой в руках кукловодов с очень странным чувством юмора. Он наслушался разных историй об испытаниях, которые хранители Великого костра придумывали для других пар, прежде чем одобрить или нет их брак, но то, что происходило с ним и с Алей, мало походило на рассказы предшественников.
Проснуться скованным по рукам и ногам в какой-то белой глыбе было не только неожиданно, но и крайне неприятно. Конечно же он разнес на куски проклятый блок, но Алекса к тому моменту уже исчезла. Почти как в первый раз, когда Джетт держал ее на руках, а потом понял, что сжимает в объятиях воздух. Едва он успел перевести дух, как интерьер начал терять очертания, превращаясь из светлого зала в темную комнату, полную двуипостасных мужчин в звериной сущности. Сам он тоже, помимо воли, покрылся шерстью и стал мохнатым чудовищем, которому огненный еж на ухо сообщил: