Ева Никольская – Жених для Красной Шапочки, или Чудовище моей мечты (СИ) (страница 25)
– И правда пушистый! – заявила восторженно, когда потерлась щекой о согнутую в локте руку. – Не верю, что все это реально, – прошептала, проведя ладонями по плечам оборотня. – Ощущение, что еще немного – и я очнусь.
– От кошмара?
– От фантастического сна, похожего на сказку. Может, я не красавица, но свое чудовище в лесу нашла. Собственный брат наложил на него проклятие, снять которое могу только я. Знакомый сюжет?
Джетт пожал плечами, а я начала медленно обходить его, продолжая изучать на ощупь. На спине шерсть удлинялась, спускаясь роскошной гривой с головы до самого копчика. Признаться, я надеялась обнаружить там хвост, но, увы. Разочарованно вздохнув, принялась исследовать супруга дальше.
– Что-то не так? – спросил он, уловив мое настроение.
– Хвост бы не помешал, но и без него неплохо, – ответила, улыбаясь.
Страха не было, зато появилось какое-то нездоровое веселье, и я невольно заподозрила, что, убрав с глаз долой картину, в которой, как мне думалось, прятался Роки, вряд ли избавилась от самого духа. Впрочем, на «хи-хи» меня порой пробивало и без его участия.
– Тебе еще и хвост подавай! – восхитился моей наглостью Джетт. – Уши, зубы и прочие части тела тоже проверишь, Красная Шапочка?
– А то! – заверила я, увлеченная исследовательским процессом.
Под густой шерстью прятались мускулы: рельефные, тугие, напряженные. А мне так хотелось, чтобы оборотень наконец расслабился. Ведь, несмотря на внешнее преображение, он по-прежнему был мужчиной, которого я знала. Излишняя волосатость вкупе с удлинившимися когтями, может, и превратили его в зверя, но это никак не повлияло на характер и интеллект. Наверное.
– Не боишься, что съем? – пошутил мой Серый Волк, терпеливо снося все ощупывания, поглаживания и даже подергивания наиболее длинных волосков – должна же я была убедиться, что это не разводка.
– А хочешь? – Вопреки беззаботному тону в голосе моем проскользнуло беспокойство.
– Хочу… но не съесть, – глухо ответил он, и я, выдохнув с облегчением, закончила обходить его по кругу.
Глядя в глаза чудовищу, положила руку на его бархатную грудь, тяжело вздымавшуюся под моими пальцами, затем опустила ладонь на твердый живот, очертила один за другим каменные кубики и утонула в густой шерсти, скрывавшей бедра, чтобы тут же натолкнуться на нечто твердое и… выдающееся.
– М-да, – вырвалось у меня, когда, разорвав зрительный контакт, я уставилась на свою находку, которой совсем недавно не было видно в серебристых зарослях. – Действительно хочешь. – И замолчала.
Джетт тоже молчал, не пытаясь высвободить то, во что я так самоотверженно вцепилась. В голове возникла мысль, что с запретом на ролевые игры я погорячилась. Испугавшись собственных желаний, резко разомкнула пальцы и отпрянула от объекта своего нездорового интереса.
От неловкости нас, как ни странно, спасли белочки. Судя по всему, кто-то снова забыл закрыть дверь, потому что в гостиную верхом на флегматичном псе въехали сразу три рыжих проказницы. На этот раз без грибов, зато с самодельными маракасами, которыми они очень ловко трясли, высекая незатейливый ритм. От тихого рычания, раздавшегося со стороны Джетта, поежилась даже я. Рэй замер, посмотрел на хозяина и также молча развернулся, увозя обратно пушистых музыкантов. Маракасы по-прежнему шуршали от движения, но угадать в этом хаотичном звуке мелодию было сложно.
– А… мы… – начала я, не зная толком, что сказать.
– А мы наверх! – заявил оборотень, надевая на шею связку амулетов.
– Танцевать? – неуверенно предположила я, помня о данном обещании.
– Угу, – кивнул он, стремительно меняясь. – Парный танец.
Подхватив меня на руки, Джетт рванул к лестнице, а я, обхватив его шею, жадно наблюдала очередную смену ипостаси. Так близко, что можно пощупать, поймать момент, когда волчья морда становится человеческим лицом, а серебристый ковер шерсти рассыпается искрами, оставляя после себя гладкую кожу.
– Волшебно, – прошептала, уткнувшись в мужское плечо. Подумала немного, вспомнила о происхождении своей метки… и тоже его укусила.
– Александра? – В человеческом голосе Джетта, раздавшемся над моей головой, послышалось удивление.
– Тебе можно, а мне нет? – спросила с вызовом. – Почему я одна должна меченая ходить?! Обручальные кольца надевают оба.
– И то верно, – странно усмехнулся он, унося меня в свою спальню.
Она танцевала…
Закрыв глаза и чуть запрокинув назад голову, наслаждаясь волшебной мелодией, льющейся из динамиков, и задумчиво посасывая мятный леденец на тонкой палочке, который передала для нее Наоми. Запах его был таким сильным, что благоухать начала уже вся комната. «Не просто лакомство, а таблетка для укрепления нервов!» – сказала ведьма, вручая ему подарок. А он отложил его на потом, спрятав в карман, но Аля сама нашла конфету, когда собирала с пола разбросанные вещи.
После тревожных событий ночи и умопомрачительного утреннего секса Джетт чувствовал себя уставшим, но очень довольным. Алекса приняла его таким, какой он есть. И отдалась ему с не меньшим пылом, чем до истории со сменой ипостаси. Значит, он ей действительно нравится. И она ему – тоже. Чем не повод для радости?
Джетт думал, они так и уснут, обнявшись, и очнутся только к обеду, но эта невозможная женщина, понежившись немного в его руках, внезапно вскочила, заявила, что за ней должок, и, замотавшись в покрывало, отправилась его отрабатывать, хотя никто не настаивал. Поначалу танец был похож на шутку: Аля откровенно дурачилась, изображая стриптизершу, больше смахивающую на клоунессу, но потом втянулась, увлеклась и окончательно забыла о зрителе. Зато он ни на секунду не забывал о ней.
Совсем недавно она лежала рядом с ним, пытаясь отдышаться, и вот уже кружит по комнате в ворохе бордового шелка, плавно изгибается в такт чарующей мелодии и, прикрыв глаза, посасывает пресловутый леденец. Причем так эротично, что просто созерцать это с каждой секундой становилось все труднее.
Приподнявшись на постели, Джетт прислонился к высокой спинке, продолжая любоваться своей идеальной женщиной и чувствуя, как былая расслабленность сменяется напряжением, тугие узелки которого стягиваются к низу живота, и мужская плоть вновь наливается силой.
Хм, а усталость-то как ветром сдуло. Не жена, а волшебница!
Темно-красный шелк тонкого покрывала норовил соскользнуть с гибкого девичьего тела, но Алекса легко подхватывала капризную ткань, незаметно поправляла и продолжала свой незатейливый танец. Вроде не было в нем ничего особенного, но Джетт никак не мог отвести взгляд от танцовщицы. Маленькая лгунья! Пыталась убедить его, что не умеет танцевать. Впрочем, ладно: пусть заблуждается дальше и танцует только для него.
Наверное, он слишком громко думал, лелея свои собственнические планы, потому что Алекса внезапно остановилась, открыла глаза и внимательно посмотрела на мужа. За окном уже рассвело, так что видела она его прекрасно. Он даже не попытался прикрыться, с интересом наблюдая за ее реакцией.
Пару секунд Аля раздумывала. Потом по губам ее, блестящим и ярким, скользнула проказливая улыбка, а в зеленых глазах заплясали лукавые огоньки. Сделав шаг, она отпустила на волю покрывало, которое тут же сползло к ее ногам, очертив на прощание изгибы стройной фигурки. Оставшись в том же виде, что и Джетт, Аля, точно домашняя кошечка, начала медленно подкрадываться к нему с явным намерением поиграть.
– Мне нравится твой настрой, – хрипло проговорил Джетт, побуждая ее на подвиги, и рассмеялся, когда она, еще больше усилив сходство с пушистым зверьком, вильнула бедрами и тихо мурлыкнула.
Я чувствовала себя маньячкой, дорвавшейся до вожделенной игрушки. Не знаю, что за фрукт был покойный братец Джетта, но мне он все больше нравился. Потому что именно благодаря его стараниям я стала счастливой обладательницей чудовища моей мечты, которое, ко всему прочему, оказалось еще и потрясающим мужчиной. Конечно, я допускала, что семейная жизнь у нас может не заладиться, понимала, что короткого знакомства с очешуительным сексом маловато для крепких брачных уз, но продолжала откровенно наслаждаться ситуацией. И, судя по поведению оборотня, не только я.
На этот раз он не пытался доминировать, а позволил мне проявить инициативу. Не разрывая зрительного контакта, я принялась медленно поглаживать его ноги от ступней и выше, скользя ладонями по крепким икрам и коленям, постепенно подбираясь к узким бедрам с порослью жестких волос, тонкой струйкой спускавшихся от пупка к налитой кровью плоти. Хотелось не просто сделать любовнику приятно, но и почувствовать свою власть над ним. А еще подразнить, завести… хотя он и так уже порядком завелся, пока я, танцуя, обдумывала план очередного покорения этого расслабленного самца. Не то чтобы мне было мало недавнего секса, просто очень уж хотелось пошалить.
Шалость мою Джетт оценил, издав короткий вздох и впившись пальцами в мои плечи, едва я коснулась губами его мужского достоинства.
– Понежнее, пожалуйста! – потребовала, целуя бархатную головку.
Лизнула ее и снова мурлыкнула, ощутив, как вздрогнул мужчина. Он принялся осторожно массировать мою шею, поощряя инициативу, и перебирать волосы на затылке, направляя мою голову, контролируя движения. И я бы даже возмутилась, напомнив, кто ведущий в этой игре, но очень уж не хотелось отрываться от своего занятия. Я ласкала новую игрушку: чуть посасывала упругий кончик, легонько щекотала языком уздечку, поглаживала рукой основание. Его налитая кровью плоть была слишком большой, чтобы полностью взять ее в рот, но разве это повод отказывать себе в удовольствии?