Ева Никольская – Сделка для Золушки (страница 40)
--
--
Огни то убыстрялись, кружа вокруг Риши и вспыхивая, словно загадочные руны, то снова замедляли полет. Не настоящее пламя, а всего лишь иллюзия (использовать пси-способность и одновременно петь я не люблю), но на глаз их не отличить. На фоне этих пламенных декораций девушка и правда выглядела королевой мрачного замка. Таинственной и неприступной.
--
--
На этих словах зал начал аплодировать, но едва я перешел к припеву, как хлопки тут же стихли.
--
--
--
--
Я протянул к Тени руку, закончив петь, и замер в ожидании. Зал тоже замер, и только «Стихии» продолжали играть песню, которую я написал прямо тут, на Эламбрусе. Смешно, но, лишь встретив Ришу, я, наконец, смог родить что-то действительно романтическое. И меня от этого не только не коробит — я готов кричать ей на весь стадион «Иди ко мне!», подразумевая «Будь моей!».
Ира, Ирочка, Иришка… Чуть помедлив, она задумчиво склонила к плечу голову, а потом решительно преодолела разделявшее нас расстояние и вложила в мою раскрытую ладонь свои прохладные тонкие пальчики.
Кайф!
Ну все, мышка! Теперь ты точно попалась.
ГЛАВА 19
Ирина Снежина
Эйфорию, в которой я пребывала после баттла, даже Николетта не смогла испортить, хотя она старалась. На сцене мне было не до зрителей, в числе которых сидели и они с Ядвигой. Я видела только Кая, стихийников и напарников из квартета. Даже на табло старалась лишний раз не смотреть, чтобы не отвлекаться.
К тому же разговор в стихах у нас с Огненным получился весьма любопытный. И если поначалу я сомневалась, допуская, что выбор строк случаен или это какой-то рекламный ход с его стороны, призванный привлечь больше внимания к «исключениям», финальная песня ведьмака расставила все точки над «i».
Это было признание. Такое вот своеобразное, завуалированное и по-особому красивое. Молли бы точно оценила, будь она на стадионе. Но ее, увы, не было. После провала танцевального баттла (по сумме очков, а не по баллам во втором раунде) квазара как сквозь землю провалилась.
На сообщения она отвечала как-то очень уж односложно, и это сильно меня беспокоило. Для соседки конкурс много значил — наверняка она расстроилась после поражения и просто не хочет, чтобы другие это видели. Она же суперкиборг! С железной волей и непрошибаемой выдержкой.
Дурочка!
Я ее поискала, но не так чтобы долго, потому что нам с квартетом надо было самим готовиться к выступлению. А после него мы сначала праздновали с ребятами наш выход в финал (спасибо зрителям и Каю!), потом обменивались контактами на случай, если забудем это сделать в суете завтрашнего дня.
А после всего этого меня еще и к следователю зачем-то вызвали. Он долго и нудно расспрашивал о таинственном псионике из техзоны, но о том, что я в этой зоне делала — ни разу не спросил. Наверное, потому, что на плече моем сидел Иоши-ворон, который все объяснил дяденькам в серых костюмах еще вчера. А заодно и свою теорию о сходстве наших с подозреваемым пси-способностей им задвинул. Иначе с чего следователям думать, что я знаю больше других.
Странно! Утром слухи ходили, будто преступник уже пойман. Я решила, что охрана по горячим следам вычислила нашего загадочного ведьмака, но, судя по допросу, они кого-то другого заарканили, и этот другой, очевидно, оказался ни в чем не виноват. Иначе зачем продолжать расследование?
Печально! Сюрпризов от отравителя мне завтра совсем не хочется. Да никому их не хочется! Мы все порядком устали от этого внепланового нервяка. Уже две перспективных группы с конкурса вылетели из-за него, а многие другие провели несколько неприятных часов, сражаясь с последствиями легкого отравления. Кому такое «счастье» надо?
Разве что журналистам, для которых главное — сенсационный репортаж. Финал в конкурсе талантов для них — хорошо, но мало. А всякие запрещенные вещества со скандалами — это та перчинка, которая придает «блюду» из положительных новостей особый пикантный вкус. Зрители такое любят, а пресса, как и организаторы шоу, любят высокие рейтинги.
Это точно не они отравителя наняли? А то шуму много, но физически никто серьезно не пострадал. Та же «Мгла» уже в сети приветы оставшимся финалистам передает из больницы.
А, впрочем, фиг с ним… с этим отравителем. У меня свой имеется. Точнее, своя. Отравляла мне жизнь годами и опять угрожает этим заняться. Девушка-торт, от которой сводит скулы и подкатывает приступ тошноты. Она — моя самая главная соперница в завтрашнем финале. Кто бы знал, как я мечтаю оставить эту стерву за бортом музыкальной карьеры. Теперь особенно.
Скандал мне закатывать из-за скрипки сводная сестра, как ни странно, не стала, хотя я ожидала именно этого. Заявила лишь, что намерена отсудить у меня Лалали с помощью папиного завещания, и никакие чеки из магазина, подтверждающие покупку инструмента, мне не помогут.
Что ж… пусть попробует. Я, в свою очередь, потребую тогда провести экспертизу подлинности этого самого завещания, а, может, и вовсе его оспорю — я ведь такая же законная наследница, как и они с мачехой. Даже законней, если судить по кровному родству с отцом.
После аннулирования сделки Ника раскрывать ее суть репортерам не кинулась, понимая, что это положит конец не только моему участию в конкурсе, но и ее. Сестричка у меня подлая и мстительная, но точно не дура. Гадить она будет после, когда ее гадости будут для нее безопасны.
Так что зря я, наверное, повсюду таскаю Лалали за собой — вряд ли Николетта будет что-то предпринимать на Эламбрусе, привлекая нежелательное внимание к нашим с ней отношениям. Зато после конкурса она точно отомстит. Причем по-крупному.
Что, если, правда, уехать из Арэйи? В идеале занять первое место и сбежать под крыло продюсера, компания которого находится в Таалисе. К Каю поближе… в смысле, к Молли — сможем и дальше с ней общаться. А главное, от змеиного гнезда моих НЕкровных родственниц буду подальше жить!
За размышлениями о моем возможном будущем прошла пара часов. На сообщения квазара отвечать перестала окончательно, сославшись на неотложные дела. А какие у нее могут быть дела, если она теперь просто зритель и гость Эламбруса? Не к поимке же пси-невидимки ее привлекли, верно? Или все-таки к ней?
Еще и Иоши, который обычно следовал за мной, как привязанный, остался переговорить с глазу на глаз со следователем. К чему, спрашивается, весь этот фарс? Он же не птица, а мини-дрон с функцией голографера. Нет, не так — он инопланетная компьютерная программа, иоширский мегамозг и просто непонятно что, живущее в сети.
Этот ИИ везде, а значит, оставаться одной из его версий в кабинете начальника охраны, где обосновались пришлые детективы, не было никакой необходимости. Тогда зачем он так поступил? Решил самоустраниться под благовидным предлогом, чтобы… Что? Устроить мне очередное свидание с Каем? Только я почему-то не вижу сообщений от Огненного. Да и самого его после баттла тоже не видела.
А увидеть хотелось! Очень!
Во-первых, чтобы окончательно прояснить ситуацию с музыкальным признанием. Я, конечно, уверена, что это было именно оно, но всегда есть шанс обмануться, особенно когда речь идет о шоумене и бабнике. Во-вторых, мы с ребятами ему задолжали как минимум благодарность — без лидера «Стихий» мы бы с квартетом коротали завтрашний денек на трибунах среди прочих неудачников. Ну и, в-третьих, я просто соскучилась.
Глупо, да?
У меня куча проблем с сестрой, соседка непонятно где шляется, на носу финал конкурса, в котором я всерьез вознамерилась если не победить, то точно обойти Николетту по всем статьям, а я никак не могу перестать думать о проклятом ведьмаке.
Никакая я не Тень, а глупый белый мотылек, который, невзирая на голос разума, все-таки спалил свои крылья в жарком пламени проклятого фронтмена. Слишком уж этот Кай притягателен. А также убедителен, обаятелен и до фига всего еще.
Не знаю, влюбилась я в него или нет, но фанаткой точно стала. А еще я начала меняться под его влиянием и совершать поступки, на которые вряд ли решилась бы одна. Например, личность свою рассекретила, хотя до этого упорно скрывала ее под «масками» несколько лет.
До сих пор не верится, что я это сделала. Еще и скрипку засветила, будто специально дразня Николетту. До последнего сомневалась: доставать ее или пусть дальше под стулом лежит — финальную композицию можно было и на инструменте Дианы сыграть. И все-таки я решилась.
Избавившись от образа Тени, мне на самом деле захотелось показать себя настоящую. Причем всем! Каю, Нике, зрителям… и самой себе тоже. Возможно, это было опрометчиво, но лицо сестрицы и ее рыжей подружки в момент, когда я положила на плечо Лалали, дорого стоило.
Я, как выяснилось, изрядно устала от своей «скорлупы», от глупых страхов и от одиночества. Раскрыться, бросая вызов себе и миру, оказалось чертовски приятно. Правда, особо умные комментаторы в сети уже и то, что я Золушка, установили, сопоставив со мной кадры с блондинкой из сквера, удирающей от Огненного на эш-борде.