Ева Никольская – Сбежавшая невеста (страница 4)

Вот только вряд ли Лалари, работающая в детективном агентстве вместе с Сашей, станет скрывать наше местоположение от своего лучшего друга, пусть даже из женской солидарности.

Да и мою с Алексом магическую связь, установленную Зовом сирены, тоже никто не отменял. Так что шанс сегодня же встретиться с сыскарем в стенах нового убежища у меня был, и не слабый.

Хотя за три дня, проведенных в обществе Лекса, я кое-чему и научилась. Например, заметать следы не только с помощью ведьмовских чар, но и благодаря магии морских дев, которую пыталась освоить с помощью наставника. Притуплять влияние пресловутого Зова у меня, к слову, тоже получалось.

Про магию сирен за последние дни я узнала многое. Не скажу, что полностью освоилась с даром, который долгое время пыталась подавлять из-за хаотичности всплесков, но и бояться его проявлений, как бывало раньше, перестала.

Благодаря кулону, впитавшему кровь истинной сирены, я стала ощущать свою вторую сущность как данность. Даже могла воззвать к инородной для человека силе, и она охотно откликалась, начиная ластиться к рукам и вплетаться незримой вязью в голос.

До того как я стала счастливой обладательницей артефакта с чужой кровью, дар, проявившийся через несколько поколений, никак не соотносился с речью. Даже тогда, на приеме клана рыжих котов, я бросила Зов в толпу, не произнеся при этом ни слова.

И все же нашлись те, кто на него откликнулся: Саша и Алина. Потому что оба искренне посочувствовали мне и, сами того не осознавая, открыли свои сердца для магии морских дев.

Но после упорных тренировок с Лексом, знавшем о сиренах гораздо больше меня, я поняла, что зачаровывать голосом намного приятней и проще.

Правда, заставлять людей исполнять мои приказы я по-прежнему не могла, хоть бьёрн и утверждал, что некоторые морские девы способны и на такое. А вот чувствовать эмоции собеседника во время разговора и усиливать те, которые мне были интересны, – да.

Трех дней теории и практики вполне хватило, чтобы освоить эту сторону моего необычного дара. Подобная способность чем-то напоминала тот самый приворот, наличие которого я подозревала у Алины с Алексеем, и мне даже подумалось, что истоки этого колдовства надо искать у жительниц Океании.

Вторым направлением, которому мы с Лексом уделяли особое внимание, была защитная магия. Так как оба прекрасно понимали, что долго я в охотничьем домике не просижу, требовалось как следует подготовиться к выходу в мир, где меня ожидали два конкурирующих жениха с кучей ищеек и непонятные личности со странными целями, на стороне которых играл маг десятого уровня силы.

Ведь выяснить, кто похищал Яшку с моей помощницей Катриной, так пока и не удалось, хотя Саша и подключил к решению этого вопроса всех своих знакомых. Зато нежданно-негаданно я узнала, кто запер в подвале меня, выкрав из машины «волков» после злополучной помолвки.

Правда открылась вчера вечером, когда сыскарь, как обычно, приехал ночевать в охотничий домик, где Алексей со скрипом выделил брату место на кожаном диване в кабинете.

Попивая за столом чай, гость обмолвился о ходе своего расследования, так как всерьез полагал, что мне из-за раздутой журналистами связи с Акилларом может грозить опасность.

О том, что в городе появился подражатель, убивающий девушек, как сидящий в психушке свадебный душитель, новости раструбили на следующий же день после обнаружения очередного тела.

Я и сама читала подсунутую мне Алиной короткую статью с фотографией сидящей у дерева блондинки в наряде невесты. Бьёрна с интересом следила за новостями, где постоянно появлялись свежие репортажи о взаимоотношениях белого вожака и его неугомонных избранниц.

Судя по рейтингам, эта тема интересовала не только беременную «волчицу», но и весь Гримшер, соседний Гэргросс и бо́льшую часть столицы.

Эдакое реалити-шоу из разряда «кто кого». И сообщение об убитой желтоглазой девушке, которая в свое время была любовницей Акиллара, на фоне его брачных планов вызвало совсем не тот эффект, который обычно производят подобные известия.

С легкой руки журналистов родилась версия, что какой-то псих нацелился на женщин главы белого клана. И для красочности своих ужасных деяний решил подражать больному на всю голову зверолюду.

Тут же поползли слухи, что и с Тамарой Истоминой, убитой несколькими днями ранее и, как и блондинка, оставленной в людном месте в свадебном венке, Акиллар тоже когда-то крутил роман, хоть и не афишировал это, как в случае с Камилой Корской.

«Волчица» несколько лет считалась пассией предводителя белой стаи, пока перед женитьбой на Алине он не разругался с бывшей подругой и не выставил ее из города.

И вот пожалуйста: прошло всего полгода, а она снова здесь! Мертвая, и в свадебном головном уборе из белых карпиций, словно немое напоминание жестокому возлюбленному о том, что у них могло бы быть, но никогда не будет.

Впрочем, сам «волк» в очередном интервью расщедрился всего на пару коротких комментариев о Камиле. Первый звучал так: «Я понятия не имел о ее возвращении, так как мы давно не общались». А во втором он высказал сожаление о случившемся и искренне посочувствовал родственникам убитой девушки. Все!

Саша разделял мнение журналистов, что новый душитель нацелился на женщин Акиллара, но считал, что это дело рук вовсе не маньяка. А вот истинную причину происходящего он, несмотря на все старания, пока так и не разгадал.

Вариант, что какой-то фанатик (или того хуже – фанатка) устраняет избранниц Рурка, был самым простым и наиболее вероятным. Однако сыскаря такой расклад совершенно не устраивал.

Мою предшественницу – Тамару Истомину, которую Илья изначально готовил к роли своей фальшивой невесты и, как следствие, трофейной жены Акиллара, убийца тоже лишил жизни, хотя никакого романа, что бы там ни болтали СМИ, у «волка» с молодой стилисткой не было и в помине. И, если версия о существующей связи верна, преступник откуда-то должен был знать, что девушка скоро станет супругой предводителя белой стаи.

Значит, либо он сам из окружения рыжего вожака, раз в курсе его планов, либо у него там есть надежный информатор. Вычислением возможного шпиона Алекс и занимался последние дни, пока его помощница Лалари в паре с некроманткой активно ломали комедию на тему «свадьбы с Рурком», отвлекая на себя как внимание самого «волка», так и журналистов, и зрителей, и прочих любопытствующих.

Убийство Камилы подхлестнуло интерес Алекса к делу Тамары, и, объединив два расследования в одно, он пытался найти любые точки соприкосновения этих женщин между собой, взаимосвязь с Акилларом, с Ильей и с другими бьёрнами, которым могла быть выгодна смерть обеих.

Разговаривая со мной о желтоглазой покойнице, Саша предположил, что именно она была той женщиной, которую я видела в подвале, куда меня принесли после похищения.

Ненароком упомянув про магический маячок на обуви, обнаруженный гвардами на жертве, он лишь сильнее убедил меня в правильности своей теории. Когда же выяснилось, что это были за чары и на какой именно туфле, я окончательно уверилась в причастности Корской к той жуткой ночи, которую мне пришлось пережить по ее милости.

И хотя все вышеперечисленное могло оказаться лишь совпадением, интуиция подсказывала, что женщина, бросившая меня связанную помирать в заброшенном здании, была именно Камила.

Внешность, простенькая «следилка», поставленная мною из последних сил на обувь замаскированной стервы… все совпадало! Но главное – у обиженной любовницы Акиллара был мотив поступить так с невестой бывшего.

Сыскарь согласился с моими выводами, хотя и не со всеми. Он полагал, что Камила действительно заплатила переодетому в «кота» наемнику за похищение. Но что она являлась истинным организатором этого спектакля, Саша сомневался.

Радости известие о том, что моя похитительница мертва, увы, не принесло, хотя жалости к «волчице», задушенной «маньяком», заметно поубавилось. И все же я предпочла бы, чтобы Корская осталась жива и понесла наказание за свои преступления в соответствии с законом, предварительно рассказав, кто был ее сообщником в этом деле.

А заодно и объяснив, зачем после неудачного похищения меня потребовалось воровать еще и моего сына, вынуждая нас с ним снова вернуться к «волку» и исполнить дурацкий закон бьёрнов.

Одним словом, гибель Камилы лишь сильнее все запутала.

Поэтому я совершенно серьезно поинтересовалась у сыскаря, нельзя ли устроить допрос ее трупа с помощью некроманта?

Но, к сожалению, чтобы провести подобный ритуал, требовалось разрешение, на получение которого могли уйти дни, которых у нас не было. Если душа бьёрны уже прошла процесс перерождения, призвать ее в старую оболочку нельзя. Так что из первых уст узнать о том, кто убил «волчицу», нам было не суждено.

По словам Алекса, гварды разрабатывали версию с очередным больным психом, возомнившим себя последователем свадебного душителя, хотя и возможных врагов жертвы со счетов не сбрасывали.

Сыскарь же, получив относительную свободу действий от Ильи и Акиллара, а также парочку белых и рыжих ищеек в компанию, искал сообщника «волчицы» среди окружения обоих вожаков, параллельно пытаясь по кусочкам восстановить последние месяцы жизни Корской, и особенно – ее последние дни.