Ева Никольская – Охота на невесту (страница 5)

Под прозрачным куполом взмывали вверх и снова опускались на желеобразное дно разноцветные кабинки с сидящими внутри ребятишками. В синей с белыми полосками и нарисованной спереди кошачьей мордой катался мой Яшка, он с очень серьезным видом дергал за рычаги, заставляя свою «машину» то и дело подпрыгивать.

Аттракцион, как и все в парке, был вполне безопасный, так как специальная программа мгновенно просчитывала возможности столкновений и уводила кабинки из-под удара. Так что я без страха отпустила туда своего малыша, заплатив сразу за четыре сеанса, потому что сын попросил полетать подольше.

Сама же устроилась с рожком мороженого на скамейке в нескольких шагах от карусели и, наблюдая за тем, как веселится мой отважный автомобилист, думала о котах. Даже то, что Северьян выбрал «машину» с хитрой усатой мордой, казалось мне сейчас знаком.

Я всегда хотела завести кошку, но то одно мешало, то другое. Заводить же жениха-«кота», пусть даже и фальшивого… кхм. Такое в мои планы точно не входило.

Одетая в джинсы, легкую кофту и удобные балетки, я чувствовала себя куда свободней, чем в форменном платье и на каблуках. Но все это не помогало расслабиться.

Где-то внутри беспокойно ворочался червячок сомнений, шептавший, что выгодная с виду сделка на деле может оказаться чем-то совсем иным. И дело было даже не в том, что меня вынудили подписать договор, не оставив другого выбора.

Просто слишком много особенностей имелось у модифицированных, и слишком мало об этих особенностях знала я.

Однако у Ильи теперь было мое слово. А это значило даже больше, чем соглашение из нескольких пунктов, двусторонне подписанное и заверенное личными печатями каждой из сторон.

Кошачий вожак носил свою в перстне, как и подобает главе клана. Наверное. Другие вожаки, возможно, печать где-то еще хранят.

Мне же за своей пришлось сходить домой, причем под конвоем Юлианы, которая чем-то приглянулась уже проснувшемуся Яшке, решившему показать рыжей бьёрне коллекцию собственных поделок.

Пока они с «тетей», взиравшей на детское творчество с не меньшим интересом, чем их маленький создатель, занимались друг другом, я отдала несколько распоряжений Катрине и, взяв все необходимое, включая и чересчур увлекшуюся Юлиану, вернулась на седьмой этаж.

После заключения сделки мы просидели еще где-то час, обсуждая различные нюансы от легенды нашей «большой любви» и того, что мне стоит говорить, а где надо просто мило улыбаться, до длины платья, которое я надену на прием в честь помолвки.

Она, кстати, будет вовсе не фальшивой, а очень даже настоящей. И ближайшие месяца три, если не больше, мне придется жить в соответствии со статусом невесты Ильи Нечаева.

Потом, как прописано в договоре, мы разыграем «семейный скандал» и разбежимся. А перед этим жених перепишет на меня обещанную недвижимость в качестве свадебного подарка.

Жмот, конечно. Как есть жмот!

Мог бы избраннице и весь доходный дом подарить, у него наверняка такой не один. Хотя настоящей невесте, наверное, и подарит. А подставная, то есть я, будет просто счастлива получить то, на чем мы сошлись.

Стоили моя лавка вместе с квартирой немало, учитывая престижный район и бойкое торговое место в центре города. Но, к счастью, достойная пара, в которую должны были поверить все рыжие коты, их предводителю требовалась больше, чем эти несчастные квадратные метры. Я, по мнению обоих бьёрнов, была достойной. Ну, не мне с ними спорить.

Мысль пожаловаться на шантаж и угрозы властям даже в голову не пришла. Во-первых, очень уж хотелось никуда не переезжать, а во-вторых, желтоглазые мало того что были весьма влиятельны в нашем обществе, так еще и частенько оказывали услуги гвардам, если требовалось кого-то отыскать или расследовать какое-нибудь сильно запутанное дело с минимумом зацепок.

Среди людей хватало талантливых следователей, но иногда было проще привлечь кого-то из магов или модифицированных, чтобы они проявили свои таланты, чем топтаться на месте, пытаясь найти след.

Чародеи видели нити силы, пронизывающие пространство, и могли плести из них поисковые заклинания. Некроманты при должном разрешении допрашивали убитых. Ищейки же бьёрнов, носившие в ухе желтый кристалл – символ их профессии, обладали безупречным нюхом и отменной интуицией, а некоторые и какой-то паранормальной способностью.

У бьёрнов дар если и был, то всегда один. Зато обычно четкий и ярко выраженный, как, например, телекинез, воспламенение взглядом или абсолютная память. Просыпался он в детском возрасте и окончательно формировался где-то к совершеннолетию.

Желтоглазые жили почти столько же, сколько и все остальные люди: взрослели и умирали так же, как и мы, разве что старели немного медленней из-за хорошей регенерации.

Но в отличие от чародеев одаренные зверолюды не обладали магическим зрением, позволявшим распознавать структуру мира, и уж, тем более, не умели с ней работать. Зато они прекрасно видели в темноте и могли взять след лучше любого животного.

И если некоторые маги пополняли после обучения ряды стражей порядка, бьёрны не делали этого никогда. Как-то не принято это было в среде модифицированных. Но помощь следователям оказывали охотно, каждый раз давая понять, что заботятся о жителях города не меньше, чем власти.

На самом деле, и правда заботились: строили детские площадки, закупали оборудование для больниц, спонсировали дома сирот и многое другое. Всего в мире было около тридцати разных кланов, и три из них примерно двести лет назад обосновались в Гримшере.

За это время город вырос и изменился, а желтоглазые окончательно влились в его жизнь, став неотъемлемой частью. Богатые, сильные, с хорошим заделом из прошлого… они являли собой еще одну власть, с которой приходилось считаться и градоправителю, и другим чиновникам.

Но, несмотря на реальный вклад в процветание Гримшера и довольно большие отчисления на благотворительность и в местный фонд развития медицины и науки, бьёрны активно расширяли индустрию азартных игр, плодили дома желаний и, по слухам, вели не всегда законную деятельность, которую с успехом прикрывали работавшие на них юристы.

Так что понять, чего больше было от зверолюдов: вреда или пользы, лично я не могла. Как-то раньше мне с ними связываться особо не приходилось. Ну, заглядывали в магазин, покупали что-то, обменивались ничего не значащими фразами и все.

Хотя нет, один господин из черных «ящериц» уже несколько раз пытался навести мосты в общении со мной, периодически заказывая эксклюзивные амулеты или обереги.

Даже звал меня штатным артефактором в их клан, причем дважды, но я отказывалась, ссылаясь на лавку, содержание которой требовало моего времени и сил.

Недавно черный бьёрн снова явился, чтобы поручить мне создание весьма деликатной и очень дорогой вещицы, что, признаться, польстило моему самолюбию.

Такую работу доверяли только достойным мастерам. И все же не могу сказать, что наше общение с Эльдаром Броуди выходило за рамки отношений артефактор – клиент, и уж точно оно не попадало в категорию невеста – жених, хотя бы потому, что этот «ящер» был давно и счастливо женат.

Невеста…

Надо же! А ведь я, как и любая девчонка с моего курса, когда-то мечтала о белом платье и свадебном букете, который брошу в толпу веселых подружек, выйдя на ступени величественного храма.

Потом, конечно, гнала прочь всю эту романтичную чушь, убеждая себя, что уже взрослая, чтобы верить в сказки. Но иногда, засыпая, все равно грезила о чем-то красивом, торжественном, несущем безграничное счастье.

И вот она – правда жизни! Сегодня ночью я стану невестой бьёрна. Не просто бьёрна, а главы рыжего клана!

И это наверняка тоже будет красиво и торжественно, как и все свадебные ритуалы, вот только счастья оно не принесет. По крайней мере, до тех пор пока я не получу документы на квартиру и магазин.

Время катания на аттракционе закончилось, и, выбравшись из усато-полосатой кабинки, ко мне со всех ног бросился мой сероглазый ветер. И мысли, беспокоившие меня, разом улетели, уступив место затопившей душу нежности.

– Хочешь мороженого? – спросила я сына, посмотрев на вафельный хвостик, оставшийся от моего рожка. – Я бы еще съела, – сказала, хитро взглянув на мальчишку.

– А горло у тебя не заболит? – строго спросил мой маленький мужчина, продолжая заботиться о своей маме даже на отдыхе.

– У меня нет, – рассмеялась я. – А у тебя?

– Тоже! – заулыбался Яшка, радуя меня ямочками на щеках, и тут же деловито сообщил, что хочет клубничное с шоколадной верхушкой.

Любимое лакомство сына я знала прекрасно, поэтому, порывшись в сумке, достала деньги и, попросив его подождать меня на скамье, пошла за десертом для нас обоих. Пока стояла в очереди, любовалась собственным ребенком. Хороший он у меня получился все-таки… самый лучший!

И стихию мамы моей унаследовал, как и все почти в роду Вельских. Одна я в семье пошла в прабабку, получив при рождении покровительство воды.

Хотя, если уж совсем честно, от сирены мне достались не только необычные глаза и способность снимать любую усталость, прогулявшись под дождем или искупавшись в природном водоеме, но и кое-какие способности, которые я до сих пор плохо контролировала, что порой сильно раздражало. Поэтому наличие морской девы среди своих предков старалась не афишировать. Ведьмой меня растили, ведьмой я стала, ведьмой и дальше хотела быть.