Ева Никольская – Обворожительна. Мертва (страница 3)
Поначалу я списывала ее поведение на стресс из-за частых концертов (Элла невероятно талантливая скрипачка), однако тревога не отпускала, и, решив выяснить, в чем дело, я связалась с Грэйс – нашей экономкой, которая работала в фамильном особняке О'Коннелл, еще когда были живы наши родители. А после их смерти стала для нас практически семьей.
Она-то все мне и выложила, рассказав, что Элке не только пишет письма с витиеватыми угрозами какой-то неизвестный маньяк, но и продюсер мутит воду, загоняя девочку в творческую кабалу.
Еще и дядя наш, в очередной раз проигравшись, повадился просить у племянницы деньги, чтобы погасить карточные долги. Одним словом, круг неприятностей все сильнее сжимался вокруг Элайзы, а она продолжала улыбаться мне с экрана, уверяя, что у нее все хорошо.
Только когда я в лоб спросила про послания, выдержка младшей О'Коннелл дала трещину, и девушка созналась, что жутко боится за свою жизнь и карьеру.
Правда, явных угроз в письмах не было, скорее, прослеживалось фанатичное обожание Эллы душевнобольным человеком, мечтавшим разделить с объектом своей нездоровой привязанности не только жизнь, но и смерть. Причем второе предпочтительней, ибо красота не должна увядать с годами.
По моему мнению, такой поклонник был не менее опасен, чем наемный убийца. Естественно, я решила приехать и во всем разобраться! Мне было столько же, сколько ей сейчас, когда родители погибли в автокатастрофе, где чудом выжила семилетняя Элайза.
Первое совершеннолетие в нашем графстве отмечали в шестнадцать, так что проблем с опекой в неполных восемнадцать лет у меня не возникло. Я отбила сестру у дяди, который мечтал вместе с заботой о малышке получить половину нашего наследства, и вырастила ее сама.
У нас все было замечательно, и только в последние годы теплые родственные отношения перенесли череду испытаний, а пути разошлись.
Сестра полностью посвятила себя музыке, под присмотром Грейс живя в родительском доме на проценты от отцовских инвестиций и гонорары от концертов. А я плотно занялась развитием любимого дела, которое стремительно пошло в гору после того, как моя мастерская запатентовала состав нового омолаживающего средства.
Полтора года назад мы вместе с двумя женщинами-добровольцами согласились на роль подопытных кроликов для тестирования этого чудодейственного эликсира, в основе которого были выжимки из трав, собранных в Гримвуде.
Благодаря этому эксперименту в свои двадцать семь я выглядела немногим старше сестры. Не то чтобы раньше было сильно хуже – за собой я ухаживала, компенсируя воздействие стрессов на кожу косметическими средствами, но восемнадцать мне точно никто не мог дать, а вот двадцать пять – вполне.
Признаться, эксперимент не совсем удался, ибо омолаживаться настолько в мои планы не входило, но об этом никто, кроме близких не знал.
Несоответствие возраста занимаемой должности я легко компенсировала с помощью макияжа, придавая лицу более взрослый и строгий вид. А порой вернувшаяся юность даже играла мне на руку, сбивая с толку мошенников, незнакомых с хозяйкой салонов красоты «О'Коннелл».
Эти глупцы считали, что молоденькую дурочку можно легко обвести вокруг пальца, и сполна получали за свою самонадеянность. Обидчики Элайзы тоже должны были поплатиться, для этого я и вернулась в Гримуршир.
Но… что-то пошло не так. Все не так! Я попалась в чью-то искусно расставленную ловушку, даже не заметив этого. Где была моя хваленая интуиция? А опыт, осторожность, в конце-то концов?!
От злости на саму себя я с остервенением стиснула промокший плед, ткань которого неприятно скрипнула в пальцах.
– Водички? – предложила Рокси, мельком взглянув на меня, так как все ее внимание занимала подсвеченная зеленым дорога.
– А есть? – обрадовалась я.
Ничего не изменилось: мне по-прежнему очень хотелось пить, да и холод, завладевший телом, все никак не желал отпускать. Тепло, исходящее от пышущей жаром печки, не помогало. Вода в бутылке, протянутой мне, тоже оказалась бесполезной. Едва сделав глоток, я выплюнула ее, будто яд.
– Что это? – воскликнула возмущенно. – Вы хотите меня отравить?!
– Деточка, я же при тебе распечатала бутылку, – невозмутимо парировала Рокси. Достав из бардачка мятую тряпку, она сунула ее мне со словами: – Вытри консоль, болезная.
Я машинально взяла темный лоскут и бездумно провела по стилизованной под дерево панели, которую забрызгала. Часы с циферблатом в центре латунной шестерни показывали четыре утра.
Свет всемогущий, что же со мной происходило в последние пятнадцать часов?
– Простите, – пробормотала я, чувствуя себя не в своей тарелке, и принялась вертеть в руках бутылку, всматриваясь в этикетку с эмблемой Большой Земли.
Ну надо же, воду и ту с материка возят, будто у нас своей мало!
– Высший сорт, лучшая очистка, – глядя на дорогу, прокомментировала старуха. – Но тебе, думаю, надо что-то попроще.
Уголок ее тонких губ изогнулся, и лицо приобрело какое-то таинственное выражение. Будто Роксана знала то, что было неведомо мне. Или это моя паранойя продолжала искать двойное дно там, где его нет?
– А есть попроще? – спросила я, комкая в руках тряпку.
– Колодец на участке, – не поворачивая головы, отозвалась хозяйка монструозного пикапа и забрала у меня несчастный лоскут.
Странная она… Седые лохмы торчат из-под пиратской банданы, очки съехали набок, и вообще неясно, зачем они ей.
Поверх рубахи с закатанными рукавами накинут приталенный жилет, изобилующий карманами и всякими металлическими штучками в лучших традициях моды, популярной в среде мастеровых. На запястье кожаный браслет с бронзовыми вставками, в ухе целый набор сережек в виде разноразмерных шестеренок, которые поблескивают в темноте. А коротко остриженные ногти окрашены черным.
И кто эта женщина? Изобретательница со стажем, опытный наемник или просто член одной из безумных семеек мастеровых? А может, она ангел-хранитель, посланный мне небесным светом?
Зловещий полумрак и искаженное нервной встряской восприятие мешали разглядеть соседку получше. Жажда обжигала горло, но других напитков в салоне не было.
Промокший плед, впитавший, точно полотенце, влагу с моего тела, стал доставлять дискомфорт. Продолжая на нем сидеть и укрывать ноги, я стянула холодную ткань со спины и плеч, после чего откинулась на спинку жесткого кресла и, смежив веки, попробовала восстановить цепочку недавних событий.
Свой день до обеда я помнила до мелочей. Завтрак с сестрой, обсуждение очередного послания от ее психически неуравновешенного поклонника, к поиску которого мы решили подключить частного сыщика.
В полиции сочли записки глупой шуткой, после того, как сходу не смогли установить личность неуловимого «воздыхателя», если, вообще, пытались это сделать. Поэтому я и уговорила Элайзу обратиться к человеку, который отнесется к ее проблеме с должной серьезностью.
У нас с мистером Блэйком когда-то давно уже было одно общее дело, и работой этого человека я осталась довольна. Так что без лишних раздумий обналичила банковский жетон, дабы по правилам найма выплатить ему половину гонорара.
Встреча была назначена на время вечернего чаепития, но, судя по моему пробуждению в лесу, так и не состоялась. После разговора с сестрой я отправилась к Мэг – замечательному адвокату, которая не раз помогала мне искать законные лазейки в безвыходных, казалось бы, ситуациях, способствуя развитию сети салонов «О'Коннелл».
Потом был звонок в мою первую и главную мастерскую, беседа с моей подругой Изольдой, которая ее возглавляла, и недолгая прогулка по местным лавкам – собиралась в Гримуршир я в спешке, не проверив прогноз, так что вещи, привезенные из столицы, оказались слишком теплыми для изменчивой погоды.
Ну и последним, что запомнилось, был визит в уютное кафе, где мы раньше частенько бывали с Эллой, там я заказала ланч и выпила чай, показавшийся слишком сладким.
На этом все!
Дальше только туман, похожий на клубы дыма от украшенной латунным орнаментом трубки Рокси, да набор неясных образов, стремление понять которые приводило к дикой головной боли. Но я не сдавалась.
Зажмурившись, попыталась вспомнить то, что скрывала память. Если надо мной надругались, я хотела знать, кто и почему! Иначе как искать этих подонков, чтобы наказать?
Сначала ничего не получалось, но спустя несколько долгих минут мое упорство было вознаграждено. Перед внутренним взором один за другим стали мелькать какие-то темные силуэты, затем послышались обрывки фраз, смысл которых пока что ускользал от меня, раздался чей-то мерзкий смех, звон ключей… или это были цепи?
Меня передернуло, ногти впились в плечи и почему-то обожгло лоб, будто от укуса ядовитого насекомого. Машинально вскинув руку, я провела дрожащими пальцами по гладкой коже переносицы и нахмурилась.
– Не мучайся, Кайли. – Хриплый голос Рокси вывел меня из задумчивости. – Скоро приедем. Напьешься вдоволь, отдохнешь, переоденешься в сухое и… все вспомнишь. А заяву в полицию и правда подавать бестолку: дождь смыл следы – хрен теперь что докажешь!
Недоверие старухи к органам правопорядка я полностью разделяла, особенно после недавнего общения на тему преследователя моей сестры, но развивать тему не стала. В салоне вновь пахнуло табаком, и я невольно поморщилась.