Ева Никольская – Единственная (страница 3)

— Чем он был занят? — спросила она, накрыв гибкий гаджет, похожий на широкий браслет, рукой.

— Заключением перемирия между городами и еще много чем другим.

— А! — выдала сестра глубокомысленно.

— С кем ты без конца переписываешься? — возмутился брат, отодвигая в сторону тарелку. — Мы в кои-то веке все вместе за столом собрались, а у тебя там что? Роман в сообщениях? — поддел ее он.

— Нет, конечно, — мотнула головой Ева, отчего-то краснея.

Неужто, правда, роман?

— Тогда говори, кто тебя донимает! — потребовала уже я. — Уши ему надеру, — пригрозила шутливо.

— Это Кай, — призналась Ева.

— Да? И чего хочет? — еще больше заинтересовалась я.

— Хочет, чтобы я не маялась фигней и спокойно отдыхала, — вздохнула она.

— О! — Теперь на отдельные гласные перешел и папа.

Меня так и подмывало добавить в общую копилку озадаченную «Э» или многозадачную «Ы», но я сдержалась.

— Хороший мальчик, — одобрил вокалиста «Стихий» Ник. — Прислушайся к его совету, Ев, отруби мобильник и давай… расскажи нам свою версию вашей поездки на космический корабль. А то вариант Крис напоминает фантастический триллер с элементами комедии.

— Чефо фэто? — возмутилась я с набитым ртом.

— Прожуй сначала, потом будешь спорить, — ласково потрепал меня по волосам брат.

— Мы с Шииро поладили. В конце концов. — Не в пример мне, сестра уложилась в два предложения. — Он… милый, — добавила она третье. — Я буду скучать, — расщедрилась и на четвертое тоже.

— Шииро? Это кто? — не понял папа. — Кто-то из команды?

— Звездолет. Его так зовут.

— О! — Отец явно начал повторяться, и выражение лица при этом было у него какое-то странное. Загадочно-недоверчивое.

Видя, что папа хочет расспросить ее поподробней, Ева быстренько перевела стрелки, заявив:

— Почему только мы отчитываемся? У нас там на орбите ничего особенного не происходило… ну, кроме выходок Крис, конечно же. А у вас тут полно новостей! Кай сказал, что «Стихии» отыграли в выходные концерт вместе с «Темным ангелом» и перевели все полученные от него средства на реабилитацию Светланы из «Листопада». Что с ней? Она сильно пострадала? И еще он сказал, что нашел похищенную девушку именно ты, Ник. — Сестра выразительно посмотрела на брата, как, впрочем, и я.

— Да, братик, — поддакнула ей. — Колись давай! Что за история с этим странным похищением? Расследование уже завершилось? — От радости, что мы, наконец, дома, я напрочь забыла про события в клубе. А вспомнить времени не хватило. Сначала я разбирала подарочки с пожеланиями скорейшего выздоровления от друзей, которые думали, что мы с Евой захворали, потом суетилась у стола, раскладывая посуду. Не до интернет-новостей, короче, было. — Мне тогда показалось, что хотели украсть Еву, а не Свету. Я думала, это очередной коварный план «свободных людей». Их, кстати, всех переловили?

— Иначе бы господин Рэйн нас не вернул в Таалис, — резонно заметила сестра, но вид у нее при этом был какой-то нерадостный. — Так что со Светланой, Ник? — повторила вопрос она. — Как ты ее обнаружил? Где? И кто причастен к похищению? Крис права, это Князь и его приспешники?

— Представь себе, нет, — скривился Ник, почему-то глядя на еду, а не на нас. — Любовница Арса Гроу все организовала. Мелоди Грэйс. Из ревности.

Он говорил, тщательно подбирая слова, чтобы не сболтнуть лишнего. Тайна следствия, все такое… помним, знаем, уважаем.

— Да ладно! — Я чуть не подавилась от такого поворота. — Вот стерва! Не зря она мне не понравилась. И зачем мы все переживали за нее, разыскивая столько времени. Мало того что предательница — ребят из «Стихий» променяла на Темного ангела, так еще и преступница. Ее, надеюсь, арестовали?

— Нет.

— Почему это? — нахмурилась я. — Адвокаты отмазали?

— Мелоди отравилась, написав предсмертное признание.

— Гонишь! — заявила я. — Такие самовлюбленные гадины руки на себя не накладывают. А вот инсценировать суицид могут, рассчитывая, что их вовремя откачают.

— Возможно, так и было, но что-то пошло не по плану, — пожал плечами брат, хмуря темно-рыжие брови. — Расследование еще продолжается. Не будем об этом. Похитительница мертва — это факт, ее подельники задержаны, а Лана уже идет на поправку.

— Лана? — в один голос переспросили мы с сестрой и, переглянувшись, понимающе заулыбались.

— Хорошая девочка. — Закивал папа, будто тоже ее знал. Хотя, может, и знал — он ведь не только координатор поющих, который тайно служит в СБ, но и профессор, читающий лекции в нашей академии.

Наши взгляды скрестились на Николасе, повисла неловкая пауза.

— Что вы все на меня так смотрите? — пробурчал брат, снова начиная есть, хотя уже вроде как наелся. Скулы его слегка порозовели, и, если у меня были раньше какие-то сомнения насчет его увлеченности Светланой, они исчезли окончательно. — Я случайно оказался в том парке ночью. По делу. Увидел девушку без сознания, отвез в больницу. Это моя работа!

— Оправдываешься, братец, — протянула Ева, хитро щурясь.

— И краснеешь! — добавила я. — Это так мило! — воскликнула, прижав к груди руки. — Ты попал, братишка. Смирись!

— Дурочки малолетние, — фыркнул Ник, озадаченно рассматривая содержимое своей большой тарелки, куда наложил явно лишнего. — Так, а чай сегодня будет? — сказал он, подняв глаза почему-то на меня, хотя именно я угробила предыдущий фарфоровый чайник.

— С тортиком! — оживилась сестра. — Сейчас все организую, — вскочив с места, она побежала на кухню.

Я же, подперев кулачком щеку, уставилась на брата.

— И как себя чувствует… Лана?

— Хорошо она себя чувствует, — ответил он. — Сегодня выписалась из больницы.

— Какая невероятная осведомленность, — продолжала его троллить я. — А может, ты сам ее оттуда и забрал? Да? Нет? Чего молчишь? — допытывалась я. Папа все это время лишь тихо посмеивался, наблюдая за нами. Совсем как в старые добрые времена. — А мы-то с Евой думали, что у тебя уже есть девушка.

— Не было и нет.

— Но скоро будет?

— Крис, ты же знаешь — я слишком занят в следственном отделе.

— Для Светланы же время нашлось.

— Она… Ай, да что тебе говорить! — махнул рукой брат. — Все равно ничего не понимаешь. Маленькая еще!

— Я не понимаю? Я все понимаю! А ты… ты… старый, скучный, одинокий медведь! Вот! — обозвала его привязавшимся с детства прозвищем. — Как только милая хрупкая Света не испугалась, увидев тебя ночью в парке?

— Она была без сознания, — напомнила Ева, вернувшаяся с подносом, на котором стояли чайник, четыре чашки и нарезанный аккуратными кусочками торт. Йогуртовый с вишней — ее любимый.

— М-м-м, — замурлыкала я, предвкушая сладкое удовольствие. — Па, где вы его достали? На заказ пекли?

— После оттепели, которая наметилась в отношениях между городами, у нас кондитерскими изделиями марки «Вишборо» теперь все полки завалены.

— Оттепель — это хорошо, — улыбнулась я, догадавшись, кому за все это стоит сказать спасибо. — Ректора, кстати, с поста еще не сняли?

— С чего вдруг? — удивился отец.

— Да так… — пожала плечами я, понимая, что не все так просто, когда дело касается сильных мира сего. Спасибо, как говорится, и за оттепель. — А что с ведьмаками из «свободных людей»? Теми, которые ОСОБЕННО отличились.

Я подразумевала поющих, захапавших себе чужие способности, но при брате побоялась называть вещи своими именами. Ева тоже из поющих, папа — их координатор, ну а мне Иоши милостиво позволил быть в курсе всего этого, сняв с сестры ментальный запрет рассказывать о тайной стороне своей жизни. Ник же, несмотря на службу в органах правопорядка, вряд ли был посвящен в наши дела.

Или нет?

— Они по-прежнему спят, — правильно понял меня отец.

— А Китти? — забеспокоилась о несостоявшейся подруге Ева. — Она ведь не из… особенных?

Я рассказала ей, что видела ведьму из V-братства среди толпы, которая пыталась убить господина Рэйна, но гнева сестры хватило ненадолго. Обмозговав все, она решила, что старшекурсницу загипнотизировали, как меня пытались, а значит, девушка жертва, а не преступница.

— Нет больше Китти, — сказал отец.

— Погибла? — Сестра опустила ложку с кусочком торта, так и не донеся до рта.

— Просто… изменилась, — уклончиво ответил папа. — Кстати, девочки! — воскликнул он, хлопая себя по карманам просторного пиджака: по всем прошелся, пока не обнаружил, наконец, во внутреннем стопку каких-то открыток. — Это вам! — Он положил их на середину стола, рассыпая веером. На фиолетово-голубом фоне, усыпанном цветами, было написано одно заветное слово «Приглашение!»

— Уи! — взвизгнула я радостно, хватая верхнюю карточку и начиная ее изучать. — Ты заказал ресторан на субботу?! И приглашения напечатал! Такие красивые, бумажные. Спасибо, папуля! — Я потянулась к нему с объятиями прямо через торт.

— В крем не вляпайся, — проворчала Ева, отодвигая десерт. — Папочка, спасибо, — поблагодарила она его тоже. — Хотя я думала, что мы отпразднуем наш день рождения дома. Семьей, — добавила сестра с намеком, что надо бы чаще встречаться.