Ева Никольская – Дракон и серебряная принцесса (страница 49)
Мой! Именно так я его теперь и воспринимала, хотя умом понимала, что претендовать на Тень могу, лишь пока он носит на руке руну защитника, но сердце буквально вопило: «Мой, мой, мой!», превращая меня в еще большую собственницу, чем сам ящер.
За эту ночь я готова была простить ему многое: и его поганый характер, и не менее поганую профессию. Дело было не только в страсти, которую пробуждал во мне киллер. Я, сама того не желая, в него влюблялась. И хотя знала, что это все рано или поздно разобьет мне сердце — ничего поделать с собой не могла. Он же МОЙ дракон. А я — его принцесса. Пусть всего на несколько дней, пусть… я хочу насладиться ими сполна, чтобы было потом, что вспомнить.
Сладко потянувшись, открыла глаза и, не в силах сдержать счастливую улыбку, которая, полагаю, выглядела по-идиотски, уставилась на покрытый растительным орнаментом потолок. Что-то не припомню раньше такого. Окинув заинтересованным взглядом пещеру, поняла: она разительно изменилась со времени моего последнего визита. А ведь всего несколько дней прошло!
Откуда здесь появилась другая кровать с высокими столбиками и резной деревянной спинкой, огромное напольное зеркало в красивой раме, новая мебель и эти невероятные барельефы на стенах, потолке — повсюду! Комната настолько преобразилась, что я не сразу обратила внимание на букеты в напольных вазах, которых оказалось ненормально много. Тень ограбил чей-то сад или скупил весь цветочный магазин? Но зачем? Неужели, чтобы порадовать меня?
И снова я почувствовала себя самой счастливой женщиной на свете. Ничто в этот конкретный момент не могло испортить мое настроение просто потому, что я запрещала себе думать о плохом: о сорванной свадьбе и брошенном у алтаря женихе, о морледоре, которая, возможно, обманом вышла за него замуж, и о бедных девушках, чьи жизни оборвала эта проклятая церемония. За Таис я не беспокоилась — во-первых, она не имела к подмене меня «Сашей» никакого отношения, а во-вторых, ящерка находилась под защитой мастера, которому подчиняются даже демоны. Он свою покупку обидеть точно не позволит.
Не позволит же, да?
Взяв с прикроватной тумбочки булочку и бокал вина, я принялась задумчиво есть. По-хорошему, следовало бы сначала умыться и поискать Тень в недрах его многокомнатной пещеры, но удержаться от искушения оказалось выше моих сил. Все так пахло и так выглядело, что живот недвусмысленно заурчал, требуя вкусненького. Когда я последний раз нормально ела? За ужином в замке лэда Риля? Да и тогда на нервной почве кусок в горло не лез. А выпечка, принесенная Тенью, очень даже полезла.
Откинув покрывало, я хотела было встать с кровати, как вдруг заметила странный светящийся браслет на своей левой щиколотке. Сначала наивно подумала, что это подарок от киллера, но, присмотревшись, очень быстро поняла: меня банально посадили на цепь. Не на настоящую, а на магическую, которая не причиняет неудобств и не натирает кожу, как реальные кандалы, но сути это не меняет!
Чертов собственник! Тиран чешуйчатый, садюга! Все, что совсем недавно простила наемнику, припомнилось разом, и по тонкому льду хорошего настроения начали расползаться уродливые трещины. Как он мог со мной так поступить? За что?!
— Тень! — гневно взвыла я, очень надеясь, что киллер дома. — Те-е-ень! — повторила протяжно. А потом вскрикнула, случайно облившись вином, и в сердцах швырнула бокал в стену.
Звон разбитого стекла подействовал лучше, чем мои грозные вопли. Дракон появился на пороге комнаты с мокрыми волосами и невинной улыбкой на свежевыбритой физиономии. Убью гада!
— Это что? — указала на плененную «кандалами» ногу, плотнее кутаясь в покрывало, ибо из одежды на мне были только чулки, которые любовник почему-то не захотел снимать, а сама я после наших ночных безумств уснула, обессиленная, не успев до конца раздеться.
— Цепь, — не стал отпираться мерзавец и улыбнулся мне еще шире, что лишь добавило бешенства в адское варево моего праведного гнева. — Магическая.
— Я вижу, что магическая. Чары, как и истинную сущность людей и нелюдей я видела, даже когда была слепой. Ой! — Осознание, что зрение мое снова стало идеальным (вероятно, лучшее лекарство от моей слепоты — Тень), слегка притупило раздражение, но отступать я все равно не собиралась. — Зачем ты привязал меня к своей пещере?!
— Чтобы ты не сбежала.
— Но я бы…
— Сбежала! — перебил он. — При первой возможности. Мы это уже проходили, принцесса.
— Тогда все было иначе: ты пытался меня убить!
— Если бы пытался — ты бы уже была мертва, — спокойно, будто говорил о чем-то будничном и неинтересном, ответил киллер. — Расслабься, я охранять тебя собираюсь, а не убивать. Булочки вон кушай, пока не остыли. Вкусные.
— Цепь сними! — потребовала я, пытаясь содрать магическую шлейку собственными силами, но пальцы проходили сквозь искусное плетение.
— Не-а.
— Сними немедленно! И верни мне Горыныча. Куда ты его дел?
— Кого?
— Кафф мой. Где он? Ты забрал его вчера. — Стало стыдно, что за туманной пеленой женского счастья я забыла о маленьком друге, выручавшем меня не раз.
Все, Натали! Пора снимать розовые очки. Реальность, увы, далека от мечтаний.
— А! — Тень снова улыбнулся, причем так предвкушающе, что я напряглась. — Минуту.
Сходив в свою сокровищницу, он вернулся оттуда с шаром, похожим на игрушку, внутри которого стоит маленький домик и идет снег. Такие, по рассказам Марины, обычно продавались в сувенирных лавках перед Новым годом. Я никогда раньше их не видела, но очень живо себе представляла. И теперь в стеклянной сфере, недовольно помахивая крылышками, сидел Горыныч, которого наемник и протянул мне вместе с его «тюрьмой».
— Разбивать не советую, — выразительно посмотрев на осколки бокала, предупредил он. — Стекло зачаровано, а приятелю твоему от удара и встряски придется несладко.
— Он там не задохнется? — прижав шар к груди, спросила я грустно.
— Артефакты не дышат. Во всяком случае, этот.
— Тень… — Перестав бушевать, я вздохнула. Криками и требованиями эту бесчувственную заразу, похоже, не пробить. Может, удастся договориться по-хорошему? — Но так ведь нельзя. Я не безвольная рабыня, а Горыныч — не снежный домик.
— Кто?
— Не важно. Присядь, пожалуйста, — позвала я наемника, похлопав по постели рядом с собой. — Давай поговорим как взрослые люди.
— Я дракон.
— Да какая разница! Просто сядь, я хочу, чтобы ты увидел ситуацию моими глазами. И чтобы объяснил мне свою точку зрения тоже.
Тень немного помолчал, раздумывая, потом кивнул.
— Хорошо, ведьма, поговорим. Минут через пять. — Развернулся и снова скрылся в своем хранилище, а я впилась ногтями в покрывало, пытаясь унять рвущиеся наружу эмоции. Надо было вести себя спокойно, очень надо… но так хотелось придушить паршивца! И поцеловать почему-то тоже хотелось.
И как после этого на него злиться?
Я все еще сидела на кровати, обняв… нет, не шар с Горынычем (его я аккуратно поставила на тумбочку рядом, попросив кафф немного потерпеть неудобства) и даже не Тень, которого за подарок, сделанный мне, следовало действительно расцеловать, — я прижимала к груди айрамэ!
Новенький, со свежим клеймом артефактора на дне чаши… Он, как ребенок, впервые оказавшийся в незнакомой обстановке, испуганно льнул ко мне. Волшебный музыкальный инструмент принял меня сразу: решительно и бесповоротно. Доверился, проникся симпатией и изъявил готовность служить до последнего звука. Я никогда не держала в руках «новорожденный» айрамэ, у которого не было еще ни одного хозяина. Наверное, это можно сравнить с появлением на свет долгожданного ребенка. Или с обретением пьянящей разум элы. Все мое недовольство испарилось с первым аккордом, доверчиво сыгранным мне в качестве робкого приветствия.
Мой собственный маленький оркестр… подарок от моего дракона.
И как после такого доказывать ему, что он не прав?
Сложно!
И все-таки, неосознанно баюкая свое сокровище, я попыталась.
— Тень, послушай, — сказала, когда он перестал перечислять преимущества моего вынужденного заточения в его логове. — Я это все уже проходила в башне лэда Риля…
— Не это! — с нажимом произнес киллер, которому сравнение явно не понравилось.
— Разве? — грустно улыбнулась я. — Там тоже была «золотая клетка» со всеми удобствами. И всевозможные украшения с нарядами мне его светлость обещал, как и ты. А еще он говорил, что делается это исключительно для моей безопасности. Ничего не напоминает? — съязвила я, рискуя разозлить дракона, но очень уж хотелось щелкнуть его по носу, доказав свою правоту.
— Вот и послушала бы умных дяденек, мы плохого не посоветуем. — Тень спрятал за шуткой раздражение. — Я серьезно, Натали. У тебя будет все…
— Кроме свободы.
— На данном этапе да. Такова участь мишени, ведьма. Привыкай! — заявил он. Честно и жестоко. Я за прочими переживаниями успела забыть про охоту, которую никто не отменял. Точнее, не забыть, а перестать воспринимать ее как главную проблему моей перевернутой с ног на голову жизни. — Я твой телохранитель. — Он показал мне свою руну. — Ты — моя подопечная. Мне решать, как эффективней тебя защищать…
— Если сейчас скажешь «смирись», я тебя ударю, — пробормотала, машинально поглаживая айрамэ, тот ласково мурлыкал в ответ, успокаивая.