Эва Мун – Авалон (страница 11)

Пока мы разговариваем, к нам возвращается Атти и с только ей свойственной бесцеремонностью влезает между нами с Айрис, начиная яростно шептать нам о том, чтобы мы заканчивали свои «королевские» посиделки и шли веселиться по-настоящему.

Мы втроем одновременно поднимаемся, просим прощения и выходим из-за стола. Но не успеваю я пойти вслед за девочками, как королева подзывает меня к себе. Я с удивлением подхожу к ней.

– Авалон, вы идете праздновать в город? – Ее аметистово-фиолетовые глаза встречаются с такими же моими. Я послушно киваю, потому что скрывать такое глупо, да это и не запрещено. – Прошу тебя, будьте предельно осторожны. Я думаю, ты понимаешь, какая обстановка и какие настроения сейчас царят в народе. Не подвергайте себя ненужному риску, кто-то может перебрать лишнего и резко высказаться. Ты же будь умнее, не распыляйся и не вступай в перепалки. Как только почувствуешь, что дело может принять плохой оборот, вы с девочками сразу же уйдете. Обещаешь мне? – На этих словах она сжимает мою руку, я снова согласно киваю и проглатываю непонятно откуда взявшийся ком в горле. – Хорошо вам повеселиться. – Она отпускает мою руку, подмигивает и возвращается к беседе за столом.

Я иду, как будто оглушенная мешком с мукой. Пересказываю им, что сейчас произошло, и они с удивлением оборачиваются и смотрят на королевский стол. Атти качает головой и строит предположение, что ее покусал отец Айрис. Мы смеемся, и уже с легким настроением идем в мои покои, чтобы переодеться попроще. Пока подруги заняты обсуждением вариантов причесок и нарядов, я стараюсь не вспоминать взволнованный и обеспокоенный взгляд матери, благодаря которому я буду сегодня предельно осторожна.

Глава 8

Айрис без спроса проходит в гардеробную и методично начинает копаться в моих вещах, что-то бесцеремонно выбрасывая на пол. Мы с Атти разваливаемся на пуфиках, которые находятся тут же. Наряды нас интересуют, но в последнюю очередь. Больше нас занимает то, куда мы пойдем. И я предлагаю начать с представления, которое обычно проходит на главной площади. После заката там собирается много уличных артистов с различными Силами, которые показывают нешуточные трюки. Атти согласно кивает. Айрис высовывает голову из кучи органзы и шелка и интересуется хочу ли я пойти в штанах или в платье.

– О, мне даже дают выбор, – усмехаюсь я.

– Только сегодня.

– Пусть будут брюки.

– Кто бы сомневался, – ворчит она.

Атти первая сдается и присоединяется к ней, чтобы выбрать наряд и себе. Я наблюдаю за ними со стороны и чувствую в душе щемящую нежность. Я обожаю этих двоих. Айрис что-то с улыбкой на лице рассказывает Атти, и та заливисто смеется. Кажется невероятным, что она уже давно выросла в красивую, умную девушку, когда я еще помню ее четырехлетним приставучим ребенком. Именно тогда нас познакомили. Я заметила ее, прогуливающейся в нашем саду. Она пыталась с помощью своих Сил сорвать сливы. Но не для того чтобы их съесть, а чтобы закидать ими своего братца. Когда я подошла к ней и поинтересовалась, кто она и что здесь делает, она назвалась чужим именем и тут же растворилась в воздухе, окатив меня ледяной водой от переноса. Ее Сила тогда только начала просыпаться, и первые попытки переноса она делала неуклюже, используя больше Силы, чем нужно. Я тогда не знала о способностях адкартцев, поэтому опешила от такого. В последующем мы много смеялись над этим, а она лишь отмахивалась и говорила, что я застала ее врасплох.

В детстве мы с Атти были недовольны, когда она приезжала к нам. Она повсюду бегала за нами, канючила и напрашивалась поиграть, но мы считали себя уже достаточно взрослыми для ее глупых игр и часто прятались от нее по всему замку или убегали в город. В отместку за это она постоянно доносила на нас моим наставницам и своим родителям: что мы сломали, где были и что делали. За что мы получали нагоняй. Не удивительно, что мы не очень любили друг друга. Но все изменилось когда мы стали немного старше. Примерно когда нам было по двенадцать лет, мы уже брали ее в наши игры. Да и она стала менее плаксивой и изнеженной, насколько было возможно с отношением в ее семье.

Я всегда говорила Кайдену и королю Вардену, что их забота сделала ее капризной. Варден отмахивался и говорил, что она это перерастет, а Кайден и слышать ничего не хотел. Он мчался к ней по первому зову, ночами сидел возле ее кровати, пока она болела, гладил по волосам, когда она получала в наших играх небольшую царапину. Айрис отлично все понимала и пользовалась этим. Я же закатывала глаза, зная, когда ей действительно больно, а когда это всего лишь притворство.

Однажды он сильно на меня накричал, когда мы пошли на горное озеро, и я подговорила всех прыгать с невысокого каменного утеса. В этой части глубина была совсем небольшой, а дно покрыто острыми камнями. Но тогда я этого не знала. Айрис прыгнула первой и чуть не расшиблась, но Кайден появился вовремя и с помощью своей Силы создал петли из воды, которые, как жгуты, обхватили Айрис и подняли ее наверх. Как только ее ноги коснулись земли, он набросился на меня. Какими только словами он меня не распекал! Я впервые видела, как он вышел себя: его лицо покраснело, а ноздри раздувались, пока он кричал какая я глупая, и если бы в моей голове была хоть крупица здравого смысла, я бы такого не допустила. После этого случая он неделю не отпускал Айрис гулять со мной, а я истратила весь свой словарный запас и воздух в груди, прося у него прощения.

Я встряхиваю волосами, чтобы прогнать из головы эти воспоминания, и возвращаю свое внимание на девочек.

Айрис уже переоделась в платье достаточно простое по фасону, но кроваво-красного цвета, к подолу переходящее в черное, а Атти помогает ей затянуть корсет. Свою тиару она оставляет на столике, волосы заплетает в косу и укладывает ее венцом на голове, закрепляя заколкой из черного серебра. Выглядит довольно мило.

– Не перебор? Не хочу привлекать лишнего внимания, – она разворачивается ко мне, разводя руки.

Мы с улыбками на лице переглядываемся с Атти.

– Ты и в колючем мешке будешь привлекать внимание. – Я подхожу к ней и осторожно обнимаю за закрытые плечи. – Но не переодевайся, ты хорошо выглядишь.

– Отлично! – Она хлопает в ладоши. – Одевайтесь, я заплету вам волосы.

Мы с Атти надеваем одинаковые черные обтягивающие брюки и в тон им по камзолу. Они достаточно строгие, так как полностью закрывают шею и руки и чем-то похожи на сетонскую военную форму, только без защитных пластин. Айрис искусно убирает мои волосы наверх, оставляя мою шею открытой. Глядя на себя в зеркало, понимаю, что мне нравится мой образ. Я выгляжу очень строго и сойду за какого-нибудь капитана. Айрис накидывает на плечи теплый плащ, и своей небольшой компанией мы покидаем замок.

Солнце уже зашло, улицы города полны людей, мы со смехом уворачиваемся от снежков, в которые играют дети на площади. Я с открытым ртом наблюдаю, как двое жонглеров перекидывают друг другу палки, с двух концов объятые голубым пламенем. Один подкидывает свою очень высоко, другой делает кувырок и точно ловит ее посередине, избегая контакта с пламенем. Толпа восхищенно ахает и разражается аплодисментами.

Девочки тянут меня за рукав, чтобы пройтись по рынку и присмотреть себе что-нибудь на прилавках торговцев. Айрис приводит в восхищение палантин из тончайшего сетонского шелка. Продавец заботливо заворачивает палантин в бумагу и кланяется. Мое внимание привлекает другой прилавок, на котором явно представлены изделия адкартцев. Больше всего меня занимает небольшой стеклянный шар на подставке. В нем заключена самая прекрасная миниатюра великолепного дворца. Его серые каменные стены покрыты морозными узорами, окна блестят и сверкают под падающими лучами рассеянного лунного света. На дворец падают мельчайшие хлопья снега, и он весь окружен высокими зелеными елями.

– Это миниатюра дворца в Керте, – поясняет продавец, замечая мое внимание, – выполнен с точностью до всех деталей.

– О да, а вот это мой… Хм… Это балкон принцессы Айрис. – Айрис недовольно потирает бок от моего тычка локтем.

– О, госпожа бывала во дворце?

– Однажды. – пожимает плечами Айрис, – моя мама много лет работала во дворце. Я же правильно понимаю, что шар отображает реальную погоду в Керте? – Она улыбается и ловко переводит тему.

– Все верно, госпожа. Шар показывает ту погоду, которая сейчас в столице Адкарта.

– Великолепно! – одновременно восклицаем мы с Атти.

– Я беру. – Отсчитав столько серебряных монет, сколько назвал продавец, я беру шар и подношу на уровень глаз. Не могу оторвать взгляд от этой красоты. Айрис наблюдает за мной, смеется и говорит, что, если бы она знала, что я буду рада такому подарку, то давно бы привезла мне его. Такого добра в Керте полно, и никого уже не удивить этим.

Мы несколько часов бродим по рынку и площади, перекусив лепешками, которые продают на улице, и послушав пение артистов. Их голоса такие сильные и мощные, что разносятся на всю площадь. Когда становится совсем холодно, заваливаемся в ближайший трактир, битком набитый людьми. Но нам удается найти в темном дальнем углу свободное место. Пока Атти пробирается сквозь толпу, чтобы взять нам выпить, мы с Айрис скидываем плащи и устало рассаживаемся на скамье.