Ева Миллс – Принцесса и Ястреб (страница 16)

– Ждешь, когда подействует окситоцин?

– Угу, – я кивнула. – Работает?

– Работает, как видишь.

– Но давай еще немножко пообнимаемся.

– Чокнутая.

– Придурок.

– Прости меня.

– Хватит, Марк. Прекрати извиняться. Твоей вины – половина.

– Если бы я не настаивал… – завел он привычную волынку, но я резко оборвала его.

– Ты был готов отменить сделку, помнишь? Я заставила тебя на это пойти, а потом сама же изменила решение.

– Под воздействием моей умелой манипуляции.

– Я хотела этого. Не оправдывай меня. Мы партнеры, помнишь?

– Шелли, мы в кабале на пять лет. Это угнетает меня!

Я высвободилась из его рук.

– Марк. Марк, посмотри на меня. Посмотри вокруг. – я обвела рукой помещение. – У нас прекрасная лаборатория, любые материалы доступны нам, мы получаем за свою работу деньги. Скажи, если бы это место нам предложили по окончании курса, не мотивировав дополнительно парой пинков под зад, согласился бы ты на такое предложение?

Марк нахмурился.

– Я бы дрался за такую возможность.

– Ну так в чем разница?

– Он бил тебя, Шелена. Унизил, избил и в довершение ко всему чертов Ястреб вломился к тебе в голову.

– Это было немного не так, как выглядело со стороны…

– Не рассказывай мне, как это выглядело со стороны. Я просыпаюсь ночами от кошмаров, в которых ебаный Ворон насилует тебя, а у меня связаны руки.

– И как я выгляжу без одежды?

– Не смешно.

– Прости. Мне тоже снятся сны. Просто… просто мне проще смеяться над этим, чем в действительности допустить в свою голову мысль, что со мной происходили те ужасные вещи. И я не хочу, чтобы мы из-за этого перестали быть друзьями. Понимаешь?

Марк медленно кивнул.

– Понимаю. Мне тоже тебя не хватало все это время. Твоего занудства и командирских замашек.

Я пихнула его кулаком.

– Мир?

– Мир.

Мы продолжили работу, и через некоторое время я вспомнила кое-что, что больше всего не давало мне покоя.

– Знаешь, я почти забыла унижение – будем честны, мы заслужили это сполна, и условия мне нравятся…

– Но…?

– Но я никак не могу смириться с тем, что мы отдадим им все, что изобретем за это время! Меня начинает трясти при мысли об этом! Потребуй его высочество мою честь в обмен на разработки, я бы ни мгновение не сомневалась, так мне жалко нашего труда!

Марк довольно хмыкнул.

– Не беспокойся об этом.

– Легко сказать!

– Да нет же, ты не поняла. Помнишь, как точно звучит контракт?

– Ээээ…

–Да, я глупость спросил. Так вот, точная формулировка, что мы не претендуем на четко определенные составы по четко определенными названиями. (как бы это по-юридически?)))

– И?

– И не мне тебе объяснять, как легко можно изменить формулу, добавив звучный, но не влияющий на основной компонент элемент.

До меня начало доходить.

– То есть, мы можем добавить, например, к «влюбленности» аромат ванили и пыльцу дамасской розы…

– Обозвать все это «первым поцелуем» …

– И продавать …

– Те же яйца в новой упаковке? Да!

Я завизжала и бросилась ему на шею.

– Марк! Ты – гений! Нет! ГЕНИЙ! Я люблю тебя! Пьяный Ланселот, ты обвел вокруг пальца самого черта Колина, если он пропустил это в нашем контракте.

Марк задумчиво протянул.

– Ты знаешь, Шел, мне кажется, я его совсем не обманул. Он так странно посмотрел на меня, когда читал этот пункт… Я думал, что он сожрет меня с потрохами за дерзость. Но старый сыч какого-то хрена промолчал. Черт, хотел бы я когда-нибудь стать вполовину таким же опытным, как он…

Я не слушала. Главное я узнала, и это была самая прекрасная новость за последнее время!

– И ты даже не расстроена, что не придется отдаваться его высочеству?

– Мне все равно, что ты придурок, сегодня ни одна твоя пошлость не поколеблет мое счастье. Пойдем в «Гарпию»? Хочу напиться как свинья и танцевать всю ночь!

– Ну так это же ты все о пизде думаешь, вместо того, чтобы побыстрее закончить работу и свалить отсюда к чертовой бабушке! Все вы девки такие, ненадежные.

Как хорошо было видеть прежнего Марка! Я весело засмеялась и принялась за дело.

Валет пик

Ястреб нехотя признал, что он начинает привыкать.

К тому, что большую часть западного дворцового крыла отдали двум сумасшедшим гениям.

К тому, что эти гении оказались детьми.

И к тому, что они с каждым днем нравились ему все больше и больше.

Как-то незаметно вышло, что каждый день он приходил в лабораторию: сначала с инспекцией, потом формально, но только когда однажды ему вручили специально заваренный к его приходу кофе, он понял, что что он тут, потому что ему хорошо.

Поначалу они сторонились его: боялись и явно испытывали неприязнь. Всегда веселые и разговорчивые, оба замолкали, замыкались и работали в тишине, пока он не уходил, и первое время он явственно чувствовал молчаливый вздох облегчения, как только за ним закрывалась дверь. Их явное недружелюбие забавляло его, было таким свежим в удушливой вежливости двора, где каждый смотрел ему в рот и мечтал лизнуть задницу поглубже. Он не лез к ним с бесполезными советами и замечаниями, но искренне интересовался их работой и задавал вопросы, много правильных вопросов, и понемногу они втягивались в объяснения, увлеченно пытались найти аналогии, понятные непрофессионалу. В итоге постепенно лед тронулся, и теперь они уже яростно спорили и подкалывали друг друга, не стесняясь его присутствия.

Сейчас, зная их достаточно много времени, он удивлялся про себя, как могли они с Вороном решить, что ди Анджело был главным в этом тандеме. Было очевидно, что все идеи идут от Гатинэ, и именно она решает, как и над чем они будут работать. Осторожно расспрашивая их, он выяснил, что Марк – прирожденный торговец, и именно он когда-то придумал экономить материалы и трудовые затраты, клонируя готовый эликсир магическим путем. При этом сильно терялась интенсивность воздействия препарата: от получаса-двух до пятнадцати-двадцати минут, но и цена продукта существенно падала, позволяя расширить целевую аудиторию покупателей.

Он смотрел на них и видел себя пять лет назад: наглого, дерзкого, безрассудного, полного идей и сумасшедшего распиздяйства. Подмечал их помятые, но все равно юные лица после загульных выходных, слушал безумные истории, которые случаются с людьми только в молодости, мысленно улыбался бесконечным пикировкам, любовался слаженностью движений людей, между которыми давным-давно нет секретов.

– Впал в ностальгию? – только железная выдержка помогла ему не вздрогнуть от вкрадчивого голоса Ворона у себя над ухом.