Ева Мелоди – Условный рефлекс (страница 11)

Сначала подумала о Ленке, моей последней пассии. Сначала думал, что интрижка на пару раз, потом вроде затянуло, в постели огонь баба… Но позже Лена стала слишком навязчивой, а в последнее время еще и Женьку доводила, не зная истинной ситуации. После того что случилось, а вены Тодорова порезала именно после встречи с Леной, видеть последнюю мне не хотелось… По хорошему Ленку из города надо куда-нибудь отправить. Велел Петровичу подобрать для нее работу за рубежом, и чтоб в ближайшие дни убралась из Москвы и на глаза ни мне, ни Тодорову не попадалась. Прощальный секс? Хм, пожалуй, не в моих приоритетах.

Поехал к Арине, одной из постоянных любовниц. Мне нравилось, что она никогда ни на что не претендовала, сама была занята модельной карьерой, и в то же время готова была принять меня в любое время дня и ночи. Идеальные отношения с женщиной. Арина не изменяла мне, со смехом говорила: некогда. И в то же время я мог быть с кем угодно, зная, что и слова не скажет. Редкая женщина, а может хитрая, до конца пока не разобрался. Иногда подумывал жениться на ней… Но к институту брака во мне стойкое презрение воспитали родители…

С женой ведь все по-другому будет… Я привык встречаться сразу с несколькими, одной мне было мало. Да и мало кто мой темперамент выдержит… При этом я никогда не занимался сексом с первой встречной – бабы постоянно суют мне свои визитки и шепчут, что не пожалею. Но я всегда сначала узнавал своих любовниц, пробивал по нужным каналам. Был осторожен. Второй постоянной была Лариса, старше меня на десять лет, но выглядела великолепно. Своя фирма, богачка, не знающая ни в чем нужды, она не желала связывать себя семейными узами, жила в собственное удовольствие и одним из таких удовольствий был я. Меня устраивало. Редкие встречи, горячий секс, готовность партнерши попробовать новое. А то некоторые бабы обожают делать вид, что им это в тягость, боятся быть некрасивыми, стесняются брать в рот, и так далее. Терпеть не могу подобное ханжество, мне нравится раскрепощенность.

После моего звонка Арина ждала меня в одних трусиках с дыркой на промежности, которые я тут же порвал на ней и, скинув пиджак, опрокинул ее в холле на маленький комод.

Легонько шлепаю по внутренней стороне бедра, приказывая раздвинуть ноги. Она уже мокрая. Расстегиваю брюки, приспускаю трусы. Достаю член и сразу вхожу на полную, под громкий женский стон. Арина жадно притягивает меня к себе, гладит спину, впивается острыми ногтями в ягодицы, притягивая ближе. Убираю ее руки, прижимаю их у нее над головой, упираю в стену. Усиливаю ритм, вбиваясь все сильнее. Стоны Арины все громче, почти оглушают меня. Стоит отпустить ее руки, хватает меня за шею и притягивает к себе. Животная страсть бурлит в крови, вынуждая двигаться все жестче, быстрее, ощущая, как сокращаются мышцы влагалища вокруг члена. Я уже на грани. Пододвигаю Арину ближе, чтобы с каждым новым толчком проникать глубже, пока наконец не взрываюсь внутри женского тела, яростно рыча.

– Похоже, ты перевозбужден сегодня, – произносит Арина, поднимая порванное белье с пола.

– Извини, да… Проблемы на работе.

– Не извиняйся, ты же знаешь, мне нравится, когда жестко.

– Иногда мне кажется я по-другому и не умею.

– Ну да, нелегко жить по законам джунглей и не стать зверем. Есть будешь?

– Да, конечно.

Как я и говорил, Арина идеальна во всем. Уже переоделась, благоухает свежестью, на стол накрывает. Готовит тоже вкусно. Абсолютное совершенство, так какого рожна мне еще надо? Сам не понимаю… Ведь даже не предохраняюсь с ней. И в этом доверяю. Говорит, что на таблетках.

После ужина и пары бокалов вина, сажусь еще раз просмотреть бумаги перед утренней встречей. Хотя время почти полтретьего. Завтра рано вставать. Но я привык спать мало. Мне достаточно пары часов, не каждый день конечно. Но спать долго мне никогда не нравилось…

Снова мысленно возвращаюсь к общению с Солнцевой. Сам не понимаю, с чего, с какого перепугу именно сейчас проигрываю в голове встречу в клубе, наш танец, ее неловкие попытки поначалу избежать контакта, скрыться от меня… А потом прикосновения… Почему они вызвали… даже слово не подберу, что-то похожее на… трепет? Блядь, ну что за выражения, как у барышни Пушкинской. Но по-другому не получается сформулировать. В моих объятиях Виола нежна и трепетна. А еще… пахнет вкусно. Так что облизать хочется. Духи простые, свежие, ненавязчивые. Не перебивающие собственно запах женщины. Обычно меня окружают дамы с удушливо сладким ароматом. Интересно, почему они думают, что вылив на себя полфлакона станут привлекательнее?

Ну что ж, завтра вечером у меня будет возможность еще понаблюдать за этой девушкой. Узнать поближе. Может даже затащить в постель, почему нет? Мне нравится как она пахнет, волосы красивые, глаза. Этого достаточно для флирта, перетекающего в страстную ночь. Тем более она целых два дня будет в моей власти…

В пятницу у меня полдня болела голова, заставляя пожалеть, что отправилась вчера в клуб. Но зато работалось мне спокойно, Жанны Аркадьевны не было видно на горизонте, и я гадала – неужели Багримов и впрямь отправил ее в Сибирь? А что, он может… теперь я в этом не сомневалась. Еще больше уверовала в силы босса, когда в пять часов вечера, на пороге квартиры оказалась хрупкая молоденькая девушка, заявив, что она сиделка для Кузи. Показала документы – является дипломированным фельдшером, заканчивает пятый курс Скрябинки, и второй год работает в престижной ветеринарной клинике.

– Ни о чем не волнуйтесь, – успокаивает меня, протягивая еще и паспорт.

– Даже не знаю, квартира не моя… хозяйке это вряд ли понравится.

– Могу сказать, что я ваша младшая сестра, если вдруг вернется. Не бойтесь, я не вор-домушник. И раньше сотрудничала с компанией Багримова, у меня есть рекомендации.

– Нет, я вам верю… да и брать тут нечего, кроме Кузи. Даже стиральной машинки нет…

– Вот и отлично. Отправляйтесь и не переживайте. Можем созваниваться по скайпу. Буду вам котика показывать…

– Нет, спасибо, мы не настолько близки, – отвечаю, нахмурив брови. Меня сейчас больше вопрос одежды занимает. Еду на два дня – обратно вечером воскресенья. Через час за мной пришлют машину. От всей души надеюсь, что не сам Багримов будет выступать в роли водителя. Это уж слишком – пара часов в его компании, в тесном салоне…

За пятнадцать минут до отъезда я была на грани нервного срыва, и попихала в чемодан почти все… что подарил мне щедрый Данила Петрович.

И вот в шесть зазвонил телефон, незнакомый мужской голос представился водителем Багримова, назвал номер машины, которая стоит и ждет меня у дома. С трудом застегнув чемодан (он у меня маленький, этим я успокаивала свою взбунтовавшуюся совесть – ну зачем было набирать столько барахла), я спускаюсь вниз. Машина прямо возле подъезда, большой черный внедорожник. Делаю глубокий вдох, на всякий случай, мысленно собираюсь, готовясь к тому, что босс внутри… Открываю заднюю дверь, сажусь и слышу радостное:

– Ого, привет подруга! А я все гадаю, за кем Гоше еще заехать велено…

– Данила Петрович! – восклицаю радостно. – А вы какими судьбами здесь?

Нет, правда, что делает завхоз в машине шефа? Мы разве не к олигарху в загородный дом направляемся? Или Багримов для начала поручил еще что-то сделать? А если мне, а я забыла? Взволнованно перебираю в уме вчерашний разговор. Но ничегошеньки связанного с завхозом не припоминаю… Ни словечка.

– Очень рада вас видеть, но не могу не признаться – удивлена.

– А я-то как… Шучу. Сам вызвался подхватить тебя. Ты, дорогая – звезда вечера. Спасительница блудной дочери. Тодоров уверен, жирный чек тебе вручит. И ты этого заслуживаешь, детка.

– Не понимаю о чем вы… В смысле, меня вроде как отец Евгении очень желал увидеть… А зачем Багримову завхоз на вечере? – вырывается у меня, и тут же краснею. Нет, точно язык враг мой. Вдруг Данила Петрович обидится на такие пренебрежительные слова?

Но в ответ завхоз начинает громко смеяться.

– Ты просто прелесть, мон ами, ты это знаешь? Завхоз… это ж я так прикалываюсь, душенька. На самом деле я – правая рука Эмира, заведую новостным отделом, а также рекламной сферой. У босса на этом вечере важные переговоры с одним агентством. Долго объяснять, я вкратце. Он взял меня для этих переговоров. Сам боится не справиться, – подмигивает мне Данила Петрович. – Иметь дело предстоит с некой рыжей бестией, о которой в узких кругах ходят страшные легенды. Аж дрожу от предвкушения…

Ого! Я и правда идиотка! Подумала бы, откуда в такой огромной, многоэтажной фирме – должность завхоза? Дура, кретинка. Так опозорилась!

– Мне ужасно стыдно, простите меня… – начинаю покаянную речь.

– Перестань, милочка! Ты что, это было забавно, я давно так не веселился, как с тобой. Думаешь, это прикольно, когда перед тобой все трепещут? Только не для меня! Никогда не выпячиваю вперед свою должность, не кичусь тем, что правая рука Эмира, потому как я с ним, можно сказать, со дня основания компании.

– Потрясающе, но… та комната, с одеждой…

– О, это правда мое детище. Ну не сам лично там разбираюсь, но придумал я… хотя какое там придумал, «сдернул» идею в нашем с тобой любимом фильме, – хитро подмигивает.

– «Дьявол носит Прада»? – уточняю с улыбкой.